По­яс­не­ние. 1.1.2. Су­мрак дол­жен за­лить ду­шев­ный пожар че­ло­ве­че­ских чувств. Образ дол­го­ждан­но­го спа­си­тель­но­го су­мра­ка, про­хла­дой за­ли­ва­ю­ще­го душу, вы­не­сен в на­ча­ло вто­рой стро­фы, вы­де­лен по­вто­ром с ин­вер­си­ей («су­мрак тихий, су­мрак сон­ный»), что спо­соб­ству­ет уси­ле­нию ху­до­же­ствен­ной вы­ра­зи­тель­но­сти об­ра­за. Эту же функ­цию вы­пол­ня­ют эпи­те­ты «тихий, тем­ный, бла­го­вон­ный», ор­га­нич­но до­пол­ня­ю­щие друг друга. Оби­лие ху­до­же­ствен­ных опре­де­ле­ний де­ла­ет образ су­мра­ка за­га­доч­ным и уни­каль­ным, на­де­ля­ет его це­ли­тель­ской силой.

Сила ро­ман­ти­че­ских чувств ли­ри­че­ско­го героя под­чер­ки­ва­ет­ся мно­го­чис­лен­ны­ми вос­кли­ца­ни­я­ми: «Чув­ства  — мглой са­мо­заб­ве­нья / Пе­ре­пол­ни через край!.. / Дай вку­сить уни­что­же­нья, / С миром дрем­лю­щим сме­шай!» Гла­го­лы по­ве­ли­тель­но­го на­кло­не­ния («лейся», «все залей и утиши», «пе­ре­пол­ни», «дай», «сме­шай») еще более ре­льеф­но от­те­ня­ет вы­ра­зи­тель­ность вос­кли­ца­тель­ных кон­струк­ций.

Не­по­вто­ри­мая ме­ло­дич­ность стиха до­сти­га­ет­ся за счет ис­поль­зо­ва­ния раз­лич­ных типов со­зву­чий: ас­со­нан­са («звук уснул»), зву­ко­вых удво­е­ний («су­мрак сон­ный»).