Свет­ле­ет грусть, когда цве­тут цветы,

Когда брожу я мно­го­цвет­ным лугом

Один или с хо­ро­шим дав­ним дру­гом,

Ко­то­рый сам не тер­пит суеты.

За нами шум и пыль­ные хво­сты  —

Все улег­ло­сы! Одно оста­лось ясно  —

Что мир устро­ен гроз­но и пре­крас­но,

Что легче там, где поле и цветы.

Оста­но­вив­шись в мед­лен­ном пути,

Смот­рю, как день, играя, рас­цве­та­ет.

Но даже здесь... чего-то не хва­та­ет...

Не­до­ста­ет того, что не найти.

Как не найти по­гас­нув­шей звез­ды,

Как ни­ко­гда, бродя цве­ту­щей сте­пью,

Меж белых ли­стьев и на белых стеб­лях

Мне не найти зе­ле­ные цветы...

(Н. М. Руб­цов, 1967)

И цветы, и шмели, и трава, и ко­ло­сья,

И ла­зурь, и по­лу­ден­ный зной...

Срок на­ста­нет  — Гос­подь сына блуд­но­го спро­сит:

«Был ли счаст­лив ты в жизни зем­ной?»

И за­бу­ду я все  — вспом­ню толь­ко вот эти

По­ле­вые пути меж ко­ло­сьев и трав  —

И от сла­дост­ных слез не успею от­ве­тить,

К ми­ло­серд­ным ко­ле­нам при­пав.

(И. А. Бунин, 1918)