Вот ветры, внуки Стри­бо­га, веют с моря стре­ла­ми

на храб­рые полки Игоря.

Земля гудит,

реки мутно текут,

пыль поля при­кры­ва­ет,

стяги го­во­рят:

по­лов­цы идут от Дона

и от моря

и со всех сто­рон рус­ские полки об­сту­пи­ли.

Дети бе­со­вы кли­ком поля пе­ре­го­ро­ди­ли,

а храб­рые ру­си­чи пе­ре­го­ро­ди­ли черв­ле­ны­ми щи­та­ми.

Ярый тур Все­во­лод!

Бьешь­ся ты впе­ре­ди,

пры­щешь на во­и­нов стре­ла­ми,

гре­мишь о шлемы ме­ча­ми бу­лат­ны­ми.

Куда, тур, по­ска­чешь,

своим зо­ло­тым шле­мом по­све­чи­вая, —

там лежат по­га­ные го­ло­вы по­ло­вец­кие.

Рас­щеп­ле­ны шлемы авар­ские тво­и­ми саб­ля­ми ка­ле­ны­ми,

ярый тур Все­во­лод!

Двое топ­чут­ся по кругу,

Слов­но пара на кругу,

И гля­дят в глаза друг другу:

Зверю-зверь и враг-врагу.

Как на древ­нем поле боя,

Грудь на грудь, что щит на щит, —

Вме­сто тысяч бьют­ся двое,

Слов­но схват­ка все решит.

А вб­ли­зи от де­ре­вуш­ки,

Где за­стал их свет днев­ной,

Са­мо­ле­ты, танки, пушки

У обоих за спи­ной.

Но до боя нет им дела,

И ни звука с тех сто­рон.

В оди­ноч­ку — гру­дью, телом

Бьет­ся Тер­кин, дер­жит фронт.

На пе­чаль­ном том за­двор­ке,

У по­ки­ну­тых дво­ров

Дер­жит фронт Ва­си­лий Тер­кин,

В за­бы­тьи гло­тая кровь.

Бьет­ся на­смерть па­рень бра­вый,

Так что дым стоит сырой,

Слов­но вся стра­на-дер­жа­ва

Видит Тер­ки­на: —

Герой!

Что стра­на! Хотя бы рота

Ви­деть из­да­ли могла,

Ка­ко­ва его ра­бо­та

И какие тут дела.

Толь­ко Тер­кин не в обиде.

Не затем на смерть идешь.

Чтобы кто-ни­будь уви­дел.

Хо­ро­шо б. А нет — ну что ж...

Бьет­ся на­смерть па­рень бра­вый —

Так, как бьют­ся на войне.

И уже рукою пра­вой

Он вла­де­ет не впол­не.

Кость гудит от раны ста­рой,

И ему, чтоб креп­че бить.

Чтобы слева класть удары,

Хо­ро­шо б лев­шою быть.

Бьет­ся Тер­кин,

В драке зор­кий,

Ути­ра­ет кровь и пот.

Из­не­мог, убил­ся Тер­кин,

Но и враг уже не тот.

Я по­ки­нул ро­ди­мый дом,

Го­лу­бую оста­вил Русь.

В три звез­ды бе­рез­няк над пру­дом

Теп­лит ма­те­ри ста­рой грусть.

Зо­ло­тою ля­гуш­кой луна

Рас­пла­ста­лась на тихой воде.

Слов­но яб­лон­ный цвет, се­ди­на

У отца про­ли­лась в бо­ро­де.

Я не скоро, не скоро вер­нусь!

Долго петь и зве­неть пурге.

Сте­ре­жет го­лу­бую Русь

Ста­рый клен на одной ноге.

И я знаю, есть ра­дость в нем

Тем, кто ли­стьев це­лу­ет дождь,

От­то­го, что тот ста­рый клен

Го­ло­вой на меня похож.

С. А. Есе­нин, 1918

Пре­крас­но небо го­лу­бое!

Пре­кра­сен поезд го­лу­бой!

— Какое место вам?  — Любое.

Любое место, край любой.

Еще вол­ну­ет все, что было.

В душе былое не про­шло.

Но слиш­ком дождь шумел уныло,

Как будто все про­изо­шло.

И без мечты, без по­тря­се­ний

Среди одних и тех же стен

Я жил в пред­чув­ствии осен­нем

Уже не луч­ших пе­ре­мен.

— Про­сти,  —ска­зал род­но­му краю,  —

За мой отъ­езд, за па­ро­воз.

Я не­се­рьез­но. Я играю.

По­го­во­рим еще все­рьез.

Мы раз­лу­ча­ем­ся с тобою,

Чтоб снова встре­тить­ся с тобой.

Пре­крас­но небо го­лу­бое!

Пре­кра­сен поезд го­лу­бой!

Н. М. Руб­цов, 1966