По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му Москва глу­бо­ко разо­ча­ро­ва­ла Чац­ко­го? (По ко­ме­дии А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума».)

Глав­ный кон­фликт пьесы  — столк­но­ве­ние мо­ло­до­го дво­ря­ни­на Чац­ко­го с об­ще­ством, к ко­то­ро­му он при­над­ле­жит по рож­де­нию. Герой Гри­бо­едо­ва яв­ля­ет­ся пред­ста­ви­те­лем той части пе­ре­до­вой дво­рян­ской мо­ло­де­жи, ко­то­рая уже осо­зна­ет всю фаль­ши­вость окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти, ни­что­же­ство и пу­сто­ту людей, ко­то­рые ее окру­жа­ют. Это че­ло­век не­за­у­ряд­но­го ума, сме­лый, чест­ный, ис­крен­ний, спо­соб­ный трез­во и не­за­ви­си­мо мыс­лить и от­кры­то вы­ска­зы­вать свое мне­ние, че­ло­век, ко­то­рый видит по­ро­ки и про­ти­во­ре­чия окру­жа­ю­ще­го об­ще­ства и стре­мит­ся бо­роть­ся с ними. Чац­кий  — гу­ма­нист, за­щит­ник сво­бо­ды и не­за­ви­си­мо­сти лич­но­сти, при­вер­же­нец са­мо­сто­я­тель­но­го об­ра­за мыс­лей, слу­же­ния делу, а не лицам, вы­со­ко це­ня­щий честь и долг, на пер­вое место воз­во­дя­щий об­ще­ствен­ную роль и обя­зан­но­сти че­ло­ве­ка. Раб­ство, кре­пост­ни­че­ство, за­стой, кос­ность вы­зы­ва­ют в нем рез­кий, ре­ши­тель­ный про­тест. Мы видим, на­сколь­ко не похож Чац­кий на осталь­ных ге­ро­ев ко­ме­дии. Все стрем­ле­ния фа­му­сов­ско­го об­ще­ства сво­дят­ся к за­бо­те о соб­ствен­ном бла­го­по­лу­чии, Чац­кий же меч­та­ет о бес­ко­рыст­ном слу­же­нии от­чиз­не, сво­е­му на­ро­ду, ко­то­рый он счи­та­ет «умным и доб­рым». Од­на­ко, в от­ли­чие от тупых сол­да­фо­нов, вроде Ска­ло­зу­ба, все мысли ко­то­ро­го со­сре­до­то­че­ны лишь на ка­рье­ре и чинах, герой Гри­бо­едо­ва пре­зи­ра­ет сле­пое чи­но­по­чи­та­ние, угод­ни­че­ство и ка­рье­ризм. «Слу­жить бы рад, при­слу­жи­вать­ся тошно»,  — за­яв­ля­ет он. Стре­мясь вло­жить в науки «ум, ал­чу­щий по­зна­ний» или за­нять­ся ис­кус­ством «твор­че­ским, вы­со­ким и пре­крас­ным», он видит во­круг лишь без­дар­ных и не­об­ра­зо­ван­ных лен­тя­ев. В дво­рян­ском об­ще­стве про­цве­та­ют ли­це­ме­рие, ту­пость, хан­же­ство, раз­врат. Имен­но по­это­му Москва, с ко­то­рой Чац­кий встре­ча­ет­ся по воз­ра­ще­нии, глу­бо­ко ему чужда.

2.  В чем видит кра­со­ту род­ной земли ли­ри­че­ский герой сти­хо­тво­ре­ний С. А. Есе­ни­на? (По двум-трем сти­хо­тво­ре­ни­ям поэта.)

Тема Ро­ди­ны, род­ной при­ро­ды – одна из ве­ду­щих тем твор­че­ства С.Есе­ни­на. Осо­бен­но­стя­ми изоб­ра­же­ния Ро­ди­ны в сти­хо­тво­ре­ни­ях поэта яв­ля­ют­ся не­обык­но­вен­ная по­э­ти­за­ция род­ной при­ро­ды, иде­а­ли­за­ция кре­стьян­ской Руси. Даже ре­во­лю­ции Есе­нин при­ни­мал, по его сло­вам, с осо­бым «кре­стьян­ским укло­ном». При на­пи­са­нии со­чи­не­ния можно оста­но­вить­ся на двух – трех сти­хо­тво­ре­ни­ях поэта, по­свя­щен­ных теме Ро­ди­ны: «Нивы сжаты, рощи голы…», «Спит ко­выль. Рав­ни­на до­ро­гая…», «Русь», «Каж­дый труд бла­го­сло­ви, удача!..»

3.  Как на­зва­ние рас­ска­за Л. Н. Тол­сто­го «После бала» свя­за­но с глав­ной мыс­лью про­из­ве­де­ния?

В про­из­ве­де­ни­ях рус­ских пи­са­те­лей можно найти от­ве­ты на самые жи­во­тре­пе­щу­щие во­про­сы. Во­про­сы, на ко­то­рые не может от­ве­тить ни одна наука, во­про­сы че­ло­ве­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний, мо­ра­ли, нрав­ствен­но­сти. Имен­но по­это­му ли­те­ра­ту­ра  — осо­бое ис­кус­ство.

В рас­ска­зе Л.Тол­сто­го «После бала» пи­са­тель за­став­ля­ет чи­та­те­лей за­ду­мать­ся над та­ки­ми нрав­ствен­ны­ми ка­те­го­ри­я­ми, как честь, долг, со­весть, ко­то­рые во все вре­ме­на де­ла­ли от­вет­ствен­ным че­ло­ве­ка за все про­ис­хо­дя­щее с ним и с об­ще­ством. К этим раз­мыш­ле­ни­ям нас под­во­дит сама ком­по­зи­ция рас­ска­за, по­стро­ен­ная на про­ти­во­по­став­ле­нии кар­тин бала и на­ка­за­ния бег­ло­го сол­да­та, пе­ре­дан­ных через вос­при­я­тие мо­ло­до­го че­ло­ве­ка Ивана Ва­си­лье­ви­ча. Имен­но ему пред­сто­ит по­нять, «что хо­ро­шо, что дурно», дать оцен­ку уви­ден­но­му и сде­лать выбор своей даль­ней­шей судь­бы.

Го­ря­чий, впе­чат­ли­тель­ный юноша впер­вые в жизни столк­нул­ся с же­сто­кой не­спра­вед­ли­во­стью, с уни­же­ни­ем че­ло­ве­че­ско­го до­сто­ин­ства, про­яв­лен­ны­ми даже и не по от­но­ше­нию к нему. Он уви­дел, что страш­ная рас­пра­ва над че­ло­ве­ком вер­ши­лась обы­ден­но, при­выч­но че­ло­ве­ком, ко­то­рый сам не­дав­но на балу был добр, весел.

В живую душу юноши вошел ужас от уви­ден­но­го, ему «было до такой сте­пе­ни стыд­но», что он «опу­стил глаза», «по­то­ро­пил­ся уйти домой». По­че­му же не вме­шал­ся в про­ис­хо­дя­щее, не вы­ра­зил свое не­го­до­ва­ние, не об­ви­нил в же­сто­ко­сти и без­ду­шии пол­ков­ни­ка? На­вер­ное, по­то­му, что такая страш­ная сцена, впер­вые уви­ден­ная, про­сто оше­ло­ми­ла мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, а еще сму­ти­ла та ис­крен­ность, с ко­то­рой вел себя пол­ков­ник при этом на­ка­за­нии. «Оче­вид­но, он что‑то знает такое, чего я не знаю,  — раз­ду­мы­вал Иван Ва­си­лье­вич.  — Если бы я знал то, что он знает, я бы по­ни­мал и то, что я видел, и это не му­чи­ло бы меня». Из рас­ска­за мы узна­ем, что «дойти до корня» в своих раз­мыш­ле­ни­ях Ивану Ва­си­лье­ви­чу не уда­лось. Но со­весть его не поз­во­ли­ла в даль­ней­шей жизни стать во­ен­ным, по­то­му что не смог он вот так «по за­ко­ну» рас­пра­вить­ся с че­ло­ве­ком, слу­жить же­сто­ко­сти.

Автор раз­об­ла­ча­ет объ­ек­тив­ные со­ци­аль­ные усло­вия, при­ви­ва­ю­щие че­ло­ве­ку лож­ные нрав­ствен­ные ка­те­го­рии, но ак­цент в этом рас­ска­зе сде­лан имен­но на от­вет­ствен­но­сти каж­до­го за то, что он со­вер­ша­ет в жизни

4.  Какие осо­бен­но­сти «По­ве­сти о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил» М. Е. Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на поз­во­ля­ют на­звать ее са­ти­ри­че­ским про­из­ве­де­ни­ем?

Щед­рин любил народ без сле­по­го по­кло­не­ния, без пре­кло­не­ния перед ним: он глу­бо­ко по­ни­мал силь­ные сто­ро­ны на­род­ной массы, но, тем не менее, зорко видел и сла­бые сто­ро­ны ее. И это дву­сто­рон­нее от­но­ше­ние к на­ро­ду  — лю­бя­щее и кри­ти­че­ское  — про­хо­дит крас­ной нитью через все твор­че­ство пи­са­те­ля. С горь­кой иро­ни­ей изоб­ра­зил Сал­ты­ков-Щед­рин раб­скую по­кор­ность кре­стьян­ства в «По­ве­сти о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил». Гро­мад­ный мужик, ма­стер на все руки, перед про­те­стом ко­то­ро­го, если бы он был на это спо­со­бен, не усто­я­ли бы ге­не­ра­лы, без­ро­пот­но под­чи­ня­ет­ся ту­не­яд­цам. Дал им по де­сят­ку яблок, а себе взял «одно, кис­лое». Сам же ве­рев­ку свил, чтоб ге­не­ра­лы дер­жа­ли его ночью на при­вя­зи. Да еще бла­го­да­рен, что ге­не­ра­лы «му­жиц­ким его тру­дом не гну­ша­ют­ся». Труд­но пред­ста­вить более ре­льеф­ное изоб­ра­же­ние силы и сла­бо­сти рус­ско­го на­ро­да в эпоху са­мо­дер­жа­вия.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.