Туча для героя Пуш­ки­на  — оли­це­тво­ре­ние чего-то гроз­но­го и не­при­ят­но­го, страш­но­го, воз­мож­но, какой-то беды. Он по­ни­ма­ет, что ее по­яв­ле­ние не­из­беж­но, од­на­ко ждет, когда она прой­дет, и все снова на­ла­дит­ся. Для героя сти­хо­тво­ре­ние есте­ствен­ным яв­ля­ет­ся со­сто­я­ние покоя, уми­ро­тво­рен­но­сти, гар­мо­нии. Чего нель­зя ска­зать о герое лер­мон­тов­ских «Туч». Для него «тучки не­бес­ные»  — это и его «сест­ры», и, в то же время, ан­ти­по­ды. Мы по­ни­ма­ем, что в чем-то поэт ас­со­ци­и­ру­ет себя с ту­ча­ми:

Мчи­тесь вы, будто как я же, из­гнан­ни­ки

С ми­ло­го се­ве­ра в сто­ро­ну южную».

В со­от­вет­ствии с от­но­ше­ни­ем к тучам в дан­ных сти­хо­тво­ре­ни­ях поэты под­би­ра­ют лек­си­че­ские сред­ства. У Пуш­ки­на много эпи­те­тов. Те, ко­то­рые ха­рак­те­ри­зу­ют тучу, окра­ше­ны не­га­тив­но, в уны­лые, стро­гие тона («туча рас­се­ян­ной бури», «уны­лую тень», «та­ин­ствен­ный гром», «алч­ную землю»). Этим эпи­те­там про­ти­во­по­став­ле­ны свет­лые, ра­дост­ные эпи­те­ты, опи­сы­ва­ю­щие про­свет­лен­ное небо («по ясной ла­зу­ри», «ли­ку­ю­щий день», «с успо­ко­ен­ных небес»).

Сти­хо­тво­ре­ние Лер­мон­то­ва от­ли­ча­ет­ся зна­чи­тель­но боль­шим ко­ли­че­ством эпи­те­тов и ме­та­фор. Так, сами тучки ха­рак­те­ри­зу­ют­ся как «веч­ные стран­ни­ки», «из­гнан­ни­ки», «вечно хо­лод­ные», «вечно сво­бод­ные». Ин­те­рес­но, что почти во всех опре­де­ле­ни­ях туч при­сут­ству­ет на­ре­чие «вечно»  — тем самым автор под­чер­ки­ва­ет их бес­смер­тие, на­пол­нен­ное кос­ми­че­ским оди­но­че­ством.

Таким об­ра­зом, сти­хо­тво­ре­ния Пуш­ки­на «Туча» и Лер­мон­то­ва «Тучи» со­вер­шен­но раз­лич­ны по на­стро­е­нию и идей­но­му со­дер­жа­нию, од­на­ко в обоих про­из­ве­де­ни­ях опи­са­ние туч  — это воз­мож­ность по­го­во­рить о мире че­ло­ве­ка, его души, от­но­ше­ний с окру­жа­ю­щи­ми.