Го­род­ни­чий. Я при­гла­сил вас, гос­по­да, с тем, чтобы со­об­щить вам пре­не­при­ят­ное из­ве­стие: к нам едет ре­ви­зор.

Аммос Фе­до­ро­вич. Как ре­ви­зор?

Ар­те­мий Фи­лип­по­вич. Как ре­ви­зор?

Гор дни­чий. Ре­ви­зор из Пе­тер­бур­га, ин­ко­гни­то. И еще с сек­рет­ным пред­пи­са­ньем.

Аммос Фе­до­ро­вич. Вот те на!

Ар­те­мий Фи­лип­по­вич. Вот не было за­бо­ты, так подай!

Лука Лукич. Гос­по­ди боже! еще и с сек­рет­ным пред­пи­са­ньем!

Го­род­ни­чий. Я как будто пред­чув­ство­вал: се­год­ня мне всю ночь сни­лись какие-то две не­обык­но­вен­ные крысы. Право, эта­ких я ни­ко­гда не ви­ды­вал: чер­ные, не­есте­ствен­ной ве­ли­чи­ны! при­шли, по­ню­ха­ли  — и пошли прочь. Вот я вам про­чту пись­мо, ко­то­рое по­лу­чил я от Ан­дрея Ива­но­ви­ча Чмы­хо­ва, ко­то­ро­го вы, Ар­те­мий Фи­лип­по­вич, зна­е­те. Вот что он пишет: «Лю­без­ный друг, кум и бла­го­де­тель (бор­мо­чет впол­го­ло­са, про­бе­гая скоро гла­за­ми)... и уве­до­мить тебя». А! Вот: «Спешу, между про­чим, уве­до­мить тебя, что при­е­хал чи­нов­ник с пред­пи­са­ни­ем осмот­реть всю гу­бер­нию и осо­бен­но наш уезд (зна­чи­тель­но под­ни­ма­ет палец вверх). Я узнал это от самых до­сто­вер­ных людей, хотя он пред­став­ля­ет себя част­ным лицом. Так как я знаю, что за тобою, как за вся­ким, во­дят­ся греш­ки, по­то­му что ты че­ло­век умный и не лю­бишь про­пус­кать того, что плы­вет в руки... (оста­но­вясь), ну, здесь свои ... «то со­ве­тую тебе взять предо­сто­рож­ность, ибо он может при­е­хать во вся­кий час, если толь­ко уже не при­е­хал и не живет где-ни­будь ин­ко­гни­то... Вче­раш­не­го дня я ...» Ну, тут уж пошли дела се­мей­ные: «... сест­ра Анна Ки­рил­лов­на при­е­ха­ла к нам со своим мужем; Иван Ки­рил­ло­вич очень по­тол­стел и все иг­ра­ет на скрып­ке...»  — и про­чее, и про­чее. Так вот какое об­сто­я­тель­ство!

Аммос Фе­до­ро­вич. Да, об­сто­я­тель­ство такое... не­обык­но­вен­но, про­сто не­обык­но­вен­но. Что-ни­будь не­да­ром.

Лука Лукич. Зачем же, Антон Ан­то­но­вич, от­че­го это? Зачем к нам ре­ви­зор?

Го­род­ни­чий. Зчем! Так уж, видно, судь­ба! (Вздох­нув.) До сих пор, бла­го­да­ре­ние богу, под­би­ра­лись к дру­гим го­ро­дам; те­перь при­ш­ла оче­редь к на­ше­му.

Аммос Фе­до­ро­вич. Я думаю, Антон Ан­то­но­вич, что здесь тон­кая и боль­ше по­ли­ти­че­ская при­чи­на. Это зна­чит, вот что: Рос­сия... да... хочет вести войну, и ми­ни­сте­рия-то, вот ви­ди­те, и по­до­сла­ла чи­нов­ни­ка, чтобы узнать, нет ли где из­ме­ны.

Го­род­ни­чий. Эк куда хва­ти­ли! Еще умный че­ло­век! В уезд­ном го­ро­де из­ме­на! Что он, по­гра­нич­ный, что ли? Да от­сю­да, хоть три года скачи, ни до ка­ко­го го­су­дар­ства не до­едешь.

Аммос Фе­до­ро­вич. Нет, я вам скажу, вы не того... вы не... На­чаль­ство имеет тон­кие виды: даром что да­ле­ко, а оно себе мо­та­ет на ус.

Го­род­ни­чий. Мо­та­ет или не мо­та­ет, а я вас, гос­по­да, предуве­до­мил. Смот­ри­те, по своей части я кое-какие рас­по­ря­же­нья сде­лал, со­ве­тую я вам. Осо­бен­но вам, Ар­те­мий Фи­лип­по­вич! Без со­мне­ния, про­ез­жа­ю­щий чи­нов­ник за­хо­чет пре­жде всего осмот­реть под­ве­дом­ствен­ные вам бо­го­угод­ные за­ве­де­ния  — и по­то­му вы сде­лай­те так, чтобы все было при­лич­но: кол­па­ки были бы чи­стые, и боль­ные не по­хо­ди­ли бы на куз­не­цов, как обык­но­вен­но они ходят по-до­маш­не­му.

Ар­те­мий Фи­лип­по­вич. Ну, это еще ни­че­го. Кол­па­ки, по­жа­луй, можно на­деть и чи­стые.

Н. В. Го­голь «Ре­ви­зор»