По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  В чем смысл на­зва­ния про­из­ве­де­ния Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души»?

В на­зва­нии поэмы Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души» от­ра­жа­ет­ся глав­ная идея про­из­ве­де­ния. Если по­ни­мать на­зва­ние поэмы бук­валь­но, то можно уви­деть, что в ней со­дер­жит­ся суть аферы Чи­чи­ко­ва: Чи­чи­ков по­ку­пал души умер­ших кре­стьян. Но на самом деле в на­зва­нии за­клю­чен более глу­бо­кий смысл, от­ра­жа­ю­щий ав­тор­ский за­мы­сел пер­во­го тома «Мерт­вых душ». Су­ще­ству­ет мне­ние, что Го­голь за­ду­мал со­здать «Мерт­вые души» по ана­ло­гии с «Бо­же­ствен­ной ко­ме­ди­ей» Данте, ко­то­рая со­сто­ит из трех ча­стей: «Ад», «Чи­сти­лищ», «Рай». Им долж­ны были со­от­вет­ство­вать за­ду­ман­ные Н. В. Го­го­лем три тома. В пер­вом томе Н. В. Го­голь хотел по­ка­зать страш­ную рос­сий­скую дей­стви­тель­ность, вос­со­здать «ад» со­вре­мен­ной жизни, во вто­ром и тре­тьем томах  — ду­хов­ный подъ­ем Рос­сии.

2.  Яв­ля­ет­ся ли оди­но­кий и разо­ча­ро­ван­ный Оне­гин ро­ман­ти­че­ским ге­ро­ем? (По ро­ма­ну А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин».)

Не­смот­ря на то, что Оне­гин об­ла­да­ет при­зна­ка­ми ро­ман­ти­че­ско­го героя: про­ти­во­сто­ит толпе, сво­бо­до­лю­бив и не­за­ви­сим,  — он не ро­ман­ти­че­ский герой. Фор­му­ла ро­ман­тиз­ма гла­сит: не­обык­но­вен­ный герой в не­обык­но­вен­ных об­сто­я­тель­ствах ... Оне­гин как все, он ти­пич­ный герой, а это уже при­знак ре­а­лиз­ма. Хотя в жизни героя был этап, когда он тя­го­тел к ро­ман­тиз­му, но очень быст­ро разо­ча­ро­вал­ся в этих иде­а­лах и «к жизни вовсе охла­дел». А вот Лен­ский  — клас­си­че­ский об­ра­зец ро­ман­ти­ка, «по­клон­ник Канта и поэт».

3.  Как Пе­чо­рин от­но­сит­ся к про­бле­ме судь­бы? (По ро­ма­ну М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни».)

Что же для Пе­чо­ри­на «судь­ба», как он по­ни­мал это слово? Это нечто не­от­вра­ти­мое, не нами пред­на­чер­тан­ное, но че­ло­век дол­жен быть де­я­те­лен, горд, силен, смел в борь­бе и опас­но­сти, не­под­вла­стен и не­по­ко­рен об­сто­я­тель­ствам. Это по­зи­ция вы­зо­ва, не­при­ми­ри­мо­сти и от­ри­ца­ния, вы­ра­жа­ет­ся она и во всех по­ступ­ках Пе­чо­ри­на.

Осо­бен­но полно тема судь­бы рас­кры­ва­ет­ся в главе «Фа­та­лист». В ней го­во­рит­ся о том, что Пе­чо­рин за­клю­чил пари с по­ру­чи­ком Ву­ли­чем. Он свое­об­раз­но раз­ре­шил спор о судь­бе че­ло­ве­ка: если жизнь каж­до­го из людей пред­опре­де­ле­на, то вся­ко­го рода «не­за­пла­ни­ро­ван­ные» об­сто­я­тель­ства не смо­гут ее из­ме­нить. Пе­чо­рин не любил «во­про­сы ме­та­фи­зи­ки», и решил ис­пы­тать судь­бу: он решил в оди­ноч­ку обез­вре­дить того са­мо­го ка­за­ка, ко­то­рый убил Ву­ли­ча. Смерть снова не за­бра­ла Пе­чо­ри­на: казак успе­ва­ет вы­стре­лить, но «пуля со­рва­ла лишь эпо­лет».

После этого, ка­за­лось, по­че­му бы не сми­рить­ся с тем, что у тебя «на роду на­пи­са­но»? Но Пе­чо­рин не таков. «Я люблю со­мне­вать­ся во всем: это рас­по­ло­же­ние ума не ме­ша­ет ре­ши­тель­но­сти ха­рак­те­ра»,  — го­во­рит он. Че­ло­век, по его мне­нию, идет впе­ред сме­лее, когда не знает, что его ожи­да­ет. Это сви­де­тель­ству­ет о том, что Пе­чо­рин верит в судь­бу, но не хочет ей по­ко­рять­ся. Без­дей­ствие  — про­кля­тье его по­ко­ле­ния. «Ведь хуже смер­ти ни­че­го не слу­чит­ся  — а смер­ти не ми­ну­ешь!»  — при­зна­ет­ся Пе­чо­рин. И если все равно ее «не ми­ну­ешь», по­че­му бы не из­влечь из своей жизни как можно боль­ше ин­те­рес­но­го? Когда по­ни­ма­ешь, что «итог один», зачем нужно по­ко­рять­ся еще и судь­бе? Имен­но по­это­му все от­но­ше­ния Пе­чо­ри­на с лю­дь­ми яв­ля­ют­ся свое­об­раз­ны­ми пси­хо­ло­ги­че­ски­ми экс­пе­ри­мен­та­ми, ко­то­рые ин­те­рес­ны герою своей слож­но­стью и на время раз­вле­ка­ют его.

4.  По­ка­жи­те, опи­ра­ясь на текст поэмы А. Т. Твар­дов­ско­го «Ва­си­лий Тер­кин», как в ней со­че­та­ет­ся ве­се­лое и тра­ги­че­ское, ре­аль­ное и услов­ное. С какой целью автор ис­поль­зу­ет этот кон­траст?

В «Ва­си­лии Тер­ки­не» мало про­ти­во­по­став­ле­ний, зато много дви­же­ния, раз­ви­тия  — пре­жде всего в об­ра­зах глав­но­го героя и ав­то­ра, их кон­так­тах между собой и с дру­ги­ми пер­со­на­жа­ми. За­ду­мы­вая поэму, А. Твар­дов­ский писал вес­ной 1941 года: «Труд­ность еще в том, что таких «смеш­ных», «при­ми­тив­ных» ге­ро­ев обыч­но берут в пару, для кон­тра­ста к герою на­сто­я­ще­му, ли­ри­че­ско­му, «вы­со­ко­му». Боль­ше от­ступ­ле­ний, боль­ше са­мо­го себя в поэме», то есть для себя он пред­по­ла­гал осо­бую, более при­под­ня­тую по­зи­цию. В главе «Пе­ре­пра­ва», да и не в ней одной, слу­чи­лось, од­на­ко, об­рат­ное: имен­но герой под­дер­жал ав­то­ра, все­лил в него, в своих од­но­пол­чан на­деж­ду. Вза­и­мо­до­пол­не­ние по­сте­пен­но сме­ня­ет­ся вза­и­мо­про­ник­но­ве­ни­ем.

Пар­ность ге­ро­ев, хо­ро­шо из­вест­ная и по «Дон Ки­хо­ту», и по «Тилю Улен­шпи­ге­лю», у Твар­дов­ско­го в конце кон­цов тоже про­яви­лась свое­об­раз­но. На­ме­тив­ша­я­ся в пер­вых двух гла­вах функ­ци­о­наль­ность себя ис­чер­пы­ва­ет. Вы­со­кое и низ­кое, тра­ги­че­ское и ко­ми­че­ское  — то, что по ис­ход­ным за­мыс­лам долж­но было рас­пре­де­лять­ся между двумя об­ра­за­ми  — сов­ме­сти­лось.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.