По­яс­не­ние. 1.  Ис­то­рия вза­и­мо­от­но­ше­ний Гри­не­ва и Пу­га­че­ва  — это пре­жде всего ис­то­рия ми­ло­сер­дия. С ми­ло­сер­дия на­чи­на­ет­ся эта ис­то­рия, когда Гри­нев при­ка­зы­ва­ет от­дать Пу­га­че­ву свой за­ячий тулуп. Са­ве­льич изум­лен. И дело не толь­ко в том, что тулуп дорог. По­да­рок бес­смыс­лен. «Зачем ему твой за­ячий тулуп ? Он его про­пьет, со­ба­ка, в пер­вом ка­ба­ке». Но в бла­го­дар­но­сти Гри­не­ва не про­сто бла­го­дар­ность. Тут жа­лость, ми­ло­сер­дие и... ува­же­ние. Ува­же­ние к че­ло­ве­ку и его до­сто­ин­ству.

2.  В опи­са­нии ха­рак­те­ра Пу­га­че­ва Пуш­кин ис­поль­зу­ет мно­го­об­раз­ные ху­до­же­ствен­ные сред­ства. Эпи­те­ты «живые боль­шие» ха­рак­те­ри­зу­ют глаза бег­ло­го ка­торж­ни­ка, в со­че­та­нии с ме­та­фо­рой «быст­ро бе­га­ли» сразу поз­во­ля­ют чи­та­те­лю за­ду­мать­ся, что перед ним не обыч­ный че­ло­век: у него что-то в мыс­лях, он про­ду­мы­ва­ет какой-то план дей­ствий. Ма­не­ра го­во­рить тоже под­твер­жда­ет наши до­гад­ки. Речь Пу­га­че­ва изоби­лу­ет ино­ска­за­ни­ем. Для этого ис­поль­зу­ет­ся ал­ле­го­рия: «Молчи, дядя,  — воз­ра­зил мой бро­дя­га,  — будет дож­дик, будут и гриб­ки; а будут гриб­ки, будет и кузов. А те­перь (тут он миг­нул опять) за­ткни топор за спину: лес­ни­чий ходит...»

Таким об­ра­зом, нам уда­лось под­твер­дить на при­ме­рах, что ху­до­же­ствен­ные сред­ства, ис­поль­зу­е­мые ав­то­ром, по­мо­га­ют про­явить ха­рак­тер Пу­га­че­ва.

По­яс­не­ние. 1.  Са­ве­льич  — слуга Гри­не­вых, от­прав­лен­ный вме­сте с Пет­ру­шей в Бе­ло­гор­скую кре­пость. Са­ве­льич про­яв­ля­ет оте­че­скую за­бо­ту о ба­ри­не, готов жерт­во­вать ради него даже жиз­нью. Пре­дан­ность хо­зя­и­ну он про­яв­ля­ет и в сцене, когда после за­хва­та Пу­га­че­вым Бе­ло­гор­ской кре­по­сти Гри­нев ока­зы­ва­ет­ся на ви­се­ли­це. Ста­рик ки­да­ет­ся в ноги но­во­му «им­пе­ра­то­ру» со сло­ва­ми: «От­пу­сти его; за него тебе выкуп дадут; а для при­ме­ра и стра­ха ради вели по­ве­сить хоть меня ста­ри­ка!»

2.  В ро­ма­не Пуш­ки­на «Ка­пи­тан­ская дочка» есть порт­рет­ная ха­рак­те­ри­сти­ка им­пе­ра­три­цы Ека­те­ри­ны II.

Образ ца­ри­цы, спра­вед­ли­вой, ми­ло­серд­ной, бла­го­дар­ной, на­пи­сан Пуш­ки­ным с не­скры­ва­е­мой сим­па­ти­ей, овеян ро­ман­ти­че­ским орео­лом. Это не порт­рет ре­аль­но­го че­ло­ве­ка, а некий обоб­щен­ный образ. Ека­те­ри­на – это та свя­ты­ня, ко­то­рую за­щи­ща­ли дво­ря­не в войне с Пу­га­че­вым. По­это­му даже порт­рет Ека­те­ри­ны дан на кон­тра­сте с порт­ре­том Пу­га­че­ва. «Лицо ее, пол­ное и ру­мя­ное, вы­ра­жа­ю­щее важ­ность и спо­кой­ствие, а го­лу­бые глаза и лег­кая улыб­ка имели пре­лесть не­изъ­яс­ни­мую».

По­яс­не­ние. 1.  Лер­мон­тов не мыс­лил себя без ро­ди­ны, без Рос­сии. А Рос­сию не мыс­лил без рус­ско­го на­ро­да.

Люблю от­чиз­ну я, но стран­ною лю­бо­вью!

Не по­бе­дит ее рас­су­док мой,  —

при­зна­ет­ся поэт в сти­хо­тво­ре­нии «Ро­ди­на». Эта лю­бовь шла от са­мо­го серд­ца, ко­то­ро­му были бес­ко­неч­но до­ро­ги и «сте­пей хо­лод­ное мол­ча­нье», и «лесов без­бреж­ных ко­лы­ха­нье», и «раз­ли­вы рек ее, по­доб­ные морям», и «дро­жа­щие огни пе­чаль­ных де­ре­вень». Но взгляд поэта на лю­би­мую ро­ди­ну вовсе не был иде­а­ли­зи­ро­ван­ным. Его душу, стре­мя­щу­ю­ся к гар­мо­нии и сча­стью, не вол­но­ва­ли ни «слава, куп­лен­ная кро­вью», «ни пол­ный гор­до­го до­ве­рия покой», «ни тем­ной ста­ри­ны за­вет­ные пре­да­нья». Он пре­крас­но видел все тя­го­ты жизни сво­е­го на­ро­да, его стра­да­ния, воз­му­щал­ся кре­пост­ны­ми по­ряд­ка­ми, жан­дарм­ской им­пе­ри­ей с ее раз­де­ле­ни­ем на гос­под и рабов, на жан­дар­мов и «по­слуш­ный им народ». И серд­це поэта раз­ры­ва­лось на части. По­то­му что он все равно любил и не мог раз­лю­бить все то, что на­зы­вал «моим домом». В этом доме он «осуж­ден стра­дать», но лишь в нем он может быть спо­ко­ен. Имен­но по­то­му свою лю­бовь к ро­ди­не Лер­мон­тов на­зы­вал «стран­ною»  — в ней со­еди­ни­лись сча­стье и боль, стрем­ле­ние сде­лать все воз­мож­ное для род­ной земли и со­зна­ние соб­ствен­но­го бес­си­лия.

2.  Ана­фо­ра  — еди­но­на­ча­тие. Этот прием имеет опре­де­лен­ную ху­до­же­ствен­ную за­да­чу. По­вто­ре­ние в пер­вой стро­фе сти­хо­тво­ре­ния М. Ю. Лер­мон­то­ва ча­сти­цы «ни» уси­ли­ва­ет эф­фект от пе­ре­чис­ле­ния того хо­ро­ше­го, что могло бы для ли­ри­че­ско­го героя по­ме­шать вос­при­ни­мать ро­ди­ну здра­во:

Ни слава, куп­лен­ная кро­вью,

Ни пол­ный гор­до­го до­ве­рия покой,

Ни тем­ной ста­ри­ны за­вет­ные пре­да­нья...

Тем самым под­чер­ки­ва­ет­ся, что все пе­ре­чис­лен­ное до­ро­го герою, он хо­ро­шо знает об этих до­сто­ин­ствах, но в его любви к ро­ди­не есть и дру­гая сто­ро­на.

По­яс­не­ние. Лер­мон­тов не мыс­лил себя без ро­ди­ны, без Рос­сии. А Рос­сию не мыс­лил без рус­ско­го на­ро­да.

Люблю от­чиз­ну я, но стран­ною лю­бо­вью!

Не по­бе­дит ее рас­су­док мой,  —

при­зна­ет­ся поэт в сти­хо­тво­ре­нии «Ро­ди­на». Эта лю­бовь шла от са­мо­го серд­ца, ко­то­ро­му были бес­ко­неч­но до­ро­ги и «сте­пей хо­лод­ное мол­ча­нье», и «лесов без­бреж­ных ко­лы­ха­нье», и «раз­ли­вы рек ее, по­доб­ные морям», и «дро­жа­щие огни пе­чаль­ных де­ре­вень». Но взгляд поэта на лю­би­мую ро­ди­ну вовсе не был иде­а­ли­зи­ро­ван­ным. Имен­но по­то­му свою лю­бовь к ро­ди­не Лер­мон­тов на­зы­вал «стран­ною»  — в ней со­еди­ни­лись сча­стье и боль, стрем­ле­ние сде­лать все воз­мож­ное для род­ной земли и со­зна­ние соб­ствен­но­го бес­си­лия.

По­доб­ны­ми на­стро­е­ни­я­ми про­ни­за­но и сти­хо­тво­ре­ние Блока.

Тебя жа­леть я не умею

И крест свой бе­реж­но несу…  —

вос­кли­ца­ет поэт. Ему, так же как и Лер­мон­то­ву, пре­крас­но зна­ко­мы все тя­го­ты жизни сво­е­го на­ро­да, его стра­да­ния, и по­то­му серд­це поэта скор­бит вме­сте с Ро­ди­ной. Од­на­ко все равно поэт верит, что Рос­сия не про­па­дет, воз­ро­дит­ся, какие бы ис­пы­та­ния не вы­па­ли на ее долю.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям.

1.  Ка­ко­во от­но­ше­ние Н. В. Го­го­ля к глав­но­му герою по­ве­сти «Ши­нель»?

«Зачем же изоб­ра­жать бед­ность...и не­со­вер­шен­ства нашей жизни, вы­ка­пы­вая людей из жизни, от­да­лен­ных за­ко­ул­ков го­су­дар­ства?... нет, бы­ва­ет время, когда иначе нель­зя устре­мить об­ще­ство и даже по­ко­ле­ние к пре­крас­но­му, пока не по­ка­жешь всю глу­би­ну его на­сто­я­щей мер­зо­сти»  — писал Н. В. Го­голь, и в его сло­вах за­ло­жен ключ к по­ни­ма­нию по­ве­сти.

«Глу­би­ну мер­зо­сти» об­ще­ства автор по­ка­зал через судь­бу глав­но­го героя по­ве­сти  — Ака­кия Ака­ки­е­ви­ча Баш­мач­ки­на. Образ его имеет две сто­ро­ны. Пер­вая  — ду­хов­ное и фи­зи­че­ское убо­же­ство, что со­зна­тель­но под­чер­ки­ва­ет­ся Го­го­лем и вы­во­дит­ся на пер­вый план. Вто­рая  — про­из­вол и бес­сер­де­чие окру­жа­ю­щих по от­но­ше­нию к глав­но­му герою по­ве­сти. Со­от­но­ше­ние пер­во­го и вто­ро­го опре­де­ля­ет гу­ма­ни­сти­че­ский пафос про­из­ве­де­ния: даже такой че­ло­век, как Ака­кий Ака­ки­е­вич, имеет право на су­ще­ство­ва­ние и спра­вед­ли­вое к себе от­но­ше­ние. Го­голь со­чув­ству­ет судь­бе сво­е­го героя. И за­став­ля­ет чи­та­те­ля не­воль­но за­ду­мы­вать­ся и об от­но­ше­нии ко всему окру­жа­ю­ще­му миру, и в первую оче­редь о чув­стве до­сто­ин­ства и ува­же­ния, ко­то­рые дол­жен вы­зы­вать к себе каж­дый че­ло­век, не­за­ви­си­мо от его со­ци­аль­но­го и ма­те­ри­аль­но­го по­ло­же­ния, а лишь с уче­том его лич­ных ка­честв и до­сто­инств.

2.  Ка­ко­вы осо­бен­но­сти изоб­ра­же­ния при­ро­ды в ли­ри­ке Ф. И. Тют­че­ва? (На при­ме­ре не менее двух сти­хо­тво­ре­ний по Ва­ше­му вы­бо­ру)

Одно из самых за­ме­ча­тель­ных яв­ле­ний рус­ской по­э­зии  — стихи Тют­че­ва о за­во­ра­жи­ва­ю­щей кра­со­те рус­ской при­ро­ды. При­ро­да в его сти­хах оду­хо­тво­ре­на, мыс­лит, чув­ству­ет, го­во­рит:

Не то, что мните вы, при­ро­да  —

Не сле­пок, не без­дум­ный лик.

В ней есть душа, в ней есть сво­бо­да,

В ней есть лю­бовь, в ней есть язык.

Тют­чев со­здал не­за­бы­ва­е­мые по­э­ти­че­ские кар­ти­ны «осени пер­во­на­чаль­ной», ве­сен­ней грозы, лет­не­го ве­че­ра, ноч­но­го моря. При­ме­ра­ми сти­хо­тво­ре­ний для рас­кры­тия темы могут быть «Есть в осени пер­во­на­чаль­ной…», «Как хо­ро­шо ты, о море ноч­ное…», «Как весел гро­хот лет­них бурь…» и др.

3.  Каким пред­ста­ет образ на­ро­да в сказ­ках М. Е. Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на? (На при­ме­ре одной-двух ска­зок по Ва­ше­му вы­бо­ру)

Боль­шая груп­па ска­зок Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на по­свя­ще­на теме вза­и­мо­от­но­ше­ний на­ро­да и гос­под. Эта тема зву­чит в «По­ве­сти о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил». Бес­по­щад­но вы­сме­и­ва­ет пи­са­тель ни­что­же­ство, глу­пость, лень и тру­сость ге­не­ра­лов, про­жив­ших, од­на­ко, всю жизнь в сы­то­сти и не­ве­же­стве. С горь­кой иро­ни­ей рас­ска­зы­ва­ет са­ти­рик Сал­ты­ков-Щед­рин о том, как «гро­мад­ней­ший му­жи­чи­на» без­ро­пот­но тру­дит­ся на этих ник­чем­ных ге­не­ра­лов. Автор осуж­да­ет на­род­ную пас­сив­ность и по­кор­ность, про­те­сту­ет про­тив чи­нов­ни­чье­го па­ра­зи­тиз­ма и ту­по­сти.

4.  По­че­му Ва­си­лий Тер­кин из од­но­имен­ной поэмы А. Т. Твар­дов­ско­го стал по­и­сти­не на­род­ным ге­ро­ем?

«Ва­си­лий Тер­кин»  — это «книга про бойца». Тер­кин по­яв­ля­ет­ся на пер­вых стра­ни­цах про­из­ве­де­ния как не­при­тя­за­тель­ный сол­дат-ба­ла­гур, уме­ю­щий по­за­ба­вить и по­ве­се­лить бой­цов в по­хо­де и на при­ва­ле, про­сто­душ­но по­сме­и­ва­ю­щий­ся над оплош­но­стя­ми то­ва­ри­щей. Но в его шутке все­гда со­дер­жит­ся глу­бо­кая и се­рьез­ная мысль: герой раз­мыш­ля­ет о тру­со­сти и храб­ро­сти, вер­но­сти и ве­ли­ко­ду­шии, ве­ли­кой любви и не­на­ви­сти. Од­на­ко свою за­да­чу поэт видел не толь­ко в том, чтобы прав­ди­во на­ри­со­вать образ од­но­го из мил­ли­о­нов людей, кто при­нял на свои плечи всю тя­жесть борь­бы с вра­гом. По­сте­пен­но образ Тер­ки­на все боль­ше при­об­ре­та­ет черты обоб­щен­ные, почти сим­во­ли­че­ские. Герой оли­це­тво­ря­ет собой народ:

В бой, впе­ред, в огонь кро­меш­ный

Он идет, свя­той и греш­ный,

Рус­ский чудо-че­ло­век.

Вы­со­кое ма­стер­ство поэта про­яви­лось в том, что он сумел, не при­укра­ши­вая, но и не «при­зем­ляя» героя, во­пло­тить в нем ко­рен­ные нрав­ствен­ные ка­че­ства рус­ско­го на­ро­да: пат­ри­о­тизм, со­зна­ние от­вет­ствен­но­сти за судь­бу Ро­ди­ны, го­тов­ность к са­мо­от­вер­жен­но­му по­дви­гу, лю­бовь к труду. Со­здан­ный Твар­дов­ским образ на­род­но­го героя Ва­си­лия Тер­ки­на оли­це­тво­ря­ет не­сги­ба­е­мый ха­рак­тер сол­да­та, его му­же­ство и стой­кость, юмор и на­ход­чи­вость. Поэма Твар­дов­ско­го  — про­из­ве­де­ние вы­да­ю­ще­е­ся, под­лин­но но­ва­тор­ское. И со­дер­жа­ние, и форма ее по­и­сти­не на­род­ные. По­это­му она и стала самым зна­чи­тель­ным по­э­ти­че­ским про­из­ве­де­ни­ем о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне, по­лю­би­лась мил­ли­о­нам чи­та­те­лей и по­ро­ди­ла, в свою оче­редь, в на­ро­де сотни под­ра­жа­нии и «про­дол­же­ний».

5.  В чем Вы ви­ди­те осо­бен­но­сти ге­ро­ев рас­ска­зов В. М. Шук­ши­на? (На при­ме­ре од­но­го-двух про­из­ве­де­ний по Ва­ше­му вы­бо­ру)

«Чу­ди­ки» В. Шук­ши­на своим су­ще­ство­ва­ни­ем, по­ступ­ка­ми опро­вер­га­ют обыч­ные пред­став­ле­ния о че­ло­ве­ке и жизни.

Это фан­та­зе­ры и меч­та­те­ли. При­чем меч­та­ют герои Шук­ши­на о вещах не­до­сти­жи­мых: об изоб­ре­те­нии ле­кар­ства от рака, из­бав­ле­нии мира от мик­ро­бов и т. д. Глав­ный герой рас­ска­за «Чудик»  — это дей­стви­тель­но че­ло­ве­чек со сво­и­ми чу­да­че­ства­ми. «Чу­дин­ка» его в том, что он осо­бен­но мыс­лит, по­это­му шук­шин­ский пер­со­наж со­вер­ша­ет не­обыч­ные и не­ожи­дан­ные по­ступ­ки в при­выч­ных си­ту­а­ци­ях. Но ими он вы­зы­ва­ет у чи­та­те­ля не стро­гое, ка­те­го­рич­ное, су­ро­вое, а на­о­бо­рот, тре­пет­ное, доб­рое и теп­лое от­но­ше­ние к себе. Чудик вос­при­ни­ма­ет­ся как про­стой че­ло­век, по­нят­ный и близ­кий мно­гим из нас. А то, что со­об­ща­ет нам сам Ва­си­лий Ма­ка­ро­вич о своем герое: «Обо­жал сы­щи­ков и собак. В дет­стве меч­тал быть шпи­о­ном», ха­рак­те­ри­зу­ет чу­ди­ка как че­ло­ве­ка меч­та­тель­но­го, доб­ро­сер­деч­но­го, на­ив­но­го, в хо­ро­шем смыс­ле этого слова, ве­ру­ю­ще­го во что-то уди­ви­тель­ное и вы­со­кое, и не пре­да­ю­ще­го своих на­дежд.