1.  Объ­ек­том са­ти­ры у Н. В. Го­го­ля ста­но­вит­ся сама со­вре­мен­ная жизнь в ее ко­ми­че­ски урод­ли­вых про­яв­ле­ни­ях. При­чем, сами герои рас­ска­зы­ва­ют о себе все самое не­ли­це­при­ят­ное, ко­ми­че­ское, урод­ли­вое. С пер­вых стра­ниц мы узна­ем едва ли не все «греш­ки» го­род­ни­че­го от него же са­мо­го, по­это­му ему за что опа­сать­ся.

Не будь так на­пу­га­ны чи­нов­ни­ки и го­род­ни­чий, вряд ли Хле­ста­ко­ва можно было бы при­нять за про­ве­ря­ю­ще­го.

2.  Ре­мар­ка  — ав­тор­ское по­яс­не­ние в дра­ма­ти­че­ском про­из­ве­де­нии, с по­мо­щью ко­то­ро­го уточ­ня­ют­ся место дей­ствия, внеш­ний или ду­хов­ный облик пер­со­на­жей, раз­лич­ные пси­хо­ло­ги­че­ские со­сто­я­ния, пе­ре­жи­тые ими. В при­ве­ден­ной сцене ре­мар­ки ис­поль­зу­ют­ся, чтобы по­яс­нить пси­хо­ло­ги­че­ское со­сто­я­ние чи­нов­ни­ков после раз­об­ла­че­ния мни­мо­го «ре­ви­зо­ра» Хле­ста­ко­ва.

Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям:

1.  Как «немая сцена» в фи­на­ле ко­ме­дии Н. В. Го­го­ля «Ре­ви­зор» свя­за­на с ос­нов­ным ее со­дер­жа­ни­ем?

Финал пьесы Н. В. Го­го­ля «Ре­ви­зор»  — не­обыч­ное и уди­ви­тель­ное яв­ле­ние в рус­ской дра­ма­тур­гии. Так на­зы­ва­е­мая немая сцена, ко­то­рой за­кан­чи­ва­ет­ся ко­ме­дия, сле­ду­ет после того, как жан­дарм… объ­явил о при­бы­тии в город на­сто­я­ще­го ре­ви­зо­ра. По­тря­сен­ные чи­нов­ни­ки за­сты­ли в ожи­да­нии не­ми­ну­е­мой рас­пра­вы. Го­род­ни­чий стоит стол­бом по­сре­ди сцены; почт­мей­стер пре­вра­тил­ся «в во­про­си­тель­ный знак, об­ра­щен­ный к зри­те­лям»; судья при­сел почти до земли и слов­но хотел ска­зать: «Вот тебе, ба­буш­ка, и Юрьев день!» Кто по­ра­жен, кто изум­лен, кто зло­рад­ству­ет,  — все чи­нов­ни­ки со­став­ля­ют весь­ма жи­во­пис­ную и вы­ра­зи­тель­ную груп­пу. И эту немую сцену, слу­жа­щую важ­ным за­вер­ше­ни­ем ко­ме­дии, и зри­те­ли, и кри­ти­ки, и ли­те­ра­ту­ро­ве­ды трак­то­ва­ли по-раз­но­му.

Сам Н. В. Го­голь го­во­рил, что немая сцена вы­ра­жа­ет идею «за­ко­на», при на­ступ­ле­нии ко­то­ро­го все «по­блед­не­ло и по­тряс­лось». То есть финал ко­ме­дии  — это мысль о на­сту­па­ю­щем воз­мез­дии. В. Г. Бе­лин­ский го­во­рил об огра­ни­чен­но­сти немой сцены, но боль­шин­ство кри­ти­ков со­глас­ны все же с ав­то­ром. Дан­ный Го­го­лем намек на тор­же­ство спра­вед­ли­во­сти уси­ли­ва­ет ощу­ще­ние тре­во­ги, стра­ха. Дей­стви­тель­но, страх, воз­ник­ший в на­ча­ле сцены, а затем бла­го­по­луч­но рас­та­яв­ший, когда чи­нов­ни­ки от­ку­пи­лись от «ре­ви­зо­ра» и успо­ко­и­лись, вер­нул­ся. Но те­перь чув­ство тре­во­ги воз­рас­та­ет мно­го­крат­но  — чи­нов­ни­ки ока­зы­ва­ют­ся в еще худ­шей си­ту­а­ции, чем в на­ча­ле пьесы. Ведь бро­сив все силы на уго­жде­ние Хле­ста­ко­ву, они так и не удо­су­жи­лись на­ве­сти в своих делах хотя бы внеш­ний по­ря­док.

Вот по­че­му по­яв­ле­ние на­сто­я­ще­го ре­ви­зо­ра при­во­дит ге­ро­ев к немой сцене.

2.  Что Вас при­вле­ка­ет в ли­ри­ке А. А. Блока?

Твор­че­ство Алек­сандра Блока  — ве­ли­ко­го поэта на­ча­ла XX века  — одно из самых при­ме­ча­тель­ных яв­ле­ний рус­ской по­э­зии.

Что же при­вле­ка­ет меня в по­э­зии Блока? Пре­жде всего, то, что все яв­ле­ния окру­жа­ю­ще­го мира и все со­бы­тия ис­то­рии, все пре­да­ния веков, на­род­ное горе, мечты о бу­ду­щем  — все, что ста­но­ви­лось темой пе­ре­жи­ва­ний и пищей раз­ду­мий, Блок пе­ре­во­дил на язык ли­ри­ки и пре­жде всего вос­при­ни­мал как ли­ри­ку. Даже сама Рос­сия была для него «ли­ри­че­ской ве­ли­чи­ной», и эта «ве­ли­чи­на» была столь огром­ной, что да­ле­ко не сразу вме­сти­лась в рамки его твор­че­ства.

Его ли­ри­ка стала силь­нее его са­мо­го. Это яснее всего вы­ра­же­но в его сти­хах о любви. Сколь­ко бы он ни твер­дил, что жен­щи­ны, ко­то­рых мы любим, кар­тон­ные, он во­пре­ки своей воле видел в них и звез­ды, чув­ство­вал в них не­здеш­ние дали, и  — сколь­ко бы сам ни сме­ял­ся над этим  — каж­дая жен­щи­на в его лю­бов­ных сти­хах со­че­та­лась для него с об­ла­ка­ми, за­ка­та­ми, зо­ря­ми, каж­дая от­кры­ва­ла про­све­ты в Иное, по­это­му он и со­зда­ет свой пер­вый цикл  — «Стихи о Пре­крас­ной Даме». Пре­крас­ная Дама  — во­пло­ще­ние веч­ной жен­ствен­но­сти, веч­ный идеал кра­со­ты. Ли­ри­че­ский герой  — слу­жи­тель Пре­крас­ной Дамы, ожи­да­ю­щий гря­ду­ще­го пре­об­ра­же­ния жизни.

3.  Образ ав­то­ра и его зву­ча­ние в поэме «Слово о полку Иго­ре­ве».

Ос­нов­ная мысль «Слова...»  — мысль о еди­не­нии рус­ской земли. Автор об­ра­ща­ет­ся к по­хо­ду Игоря для того, чтобы страст­но, до­ка­за­тель­но за­щи­тить эту мысль. Взгляд ав­то­ра вы­ра­жа­ет пре­жде всего ин­те­ре­сы Ро­ди­ны в целом, а не честь кня­зей. Так как по­буж­де­ни­ем Игоря к по­хо­ду была за­щи­та Ро­ди­ны, в по­хо­де князь про­явил му­же­ство, вер­ность брату в плену, автор «Слова о полку Иго­ре­ве» сла­вит князя, хотя и не при­вет­ству­ет его поход.

4.  Герой  — ха­рак­тер  — по­сту­пок в со­вре­мен­ной оте­че­ствен­ной прозе. (На при­ме­ре од­но­го из про­из­ве­де­ний.)

Тема может быть рас­смот­ре­на на ма­те­ри­а­ле про­из­ве­де­ний В. Рас­пу­ти­на («Уроки фран­цуз­ско­го»), В. Аста­фье­ва («Ва­сют­ки­но озеро»), тогда это будет раз­мыш­ле­ние о нрав­ствен­ных про­бле­мах, о том, что дви­жет ге­ро­я­ми в раз­лич­ных жиз­нен­ных си­ту­а­ци­ях.

Тема может быть рас­кры­та на при­ме­ре про­из­ве­де­ния о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войны, тогда тема нрав­ствен­но­сти будет тесно пе­ре­кли­кать­ся с темой пат­ри­о­тиз­ма. При­ме­ром может быть по­весть Б. Ва­си­лье­ва «А зори здесь тихие…»

Борис Ва­си­льев сам во­е­вал, за­щи­щая ро­ди­ну в годы Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной Войны. Он был сви­де­те­лем всех ее ужа­сов, и смог прав­до­по­доб­но и де­таль­но вос­со­здать страш­ные мо­мен­ты того вре­ме­ни в своих кни­гах. Одна из них  — это ге­ни­аль­ное про­из­ве­де­ние «А зори здесь тихие…». В по­ве­сти рас­ска­зы­ва­ет­ся о по­дви­ге со­вет­ских жен­щин в годы войны. У каж­дой из де­ву­шек – ге­ро­инь по­ве­сти «А зори здесь тихие…»  — своя до­во­ен­ная судь­ба, свои ра­до­сти и тра­ге­дии. И хоть «война  — не жен­ское дело», они от­важ­но сра­жа­ют­ся за Ро­ди­ну во имя бу­ду­ще­го. Все де­вуш­ки тра­ги­че­ски по­ги­ба­ют от рук ве­ро­лом­ных за­хват­чи­ков  — фа­ши­стов. Борис Ва­си­льев в своей по­ве­сти со­здал образ на­сто­я­щих ге­ро­ев того страш­но­го и же­сто­ко­го вре­ме­ни.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

1.1.1. Объ­ек­том са­ти­ры у Н. В. Го­го­ля ста­но­вит­ся сама со­вре­мен­ная жизнь в ее ко­ми­че­ски урод­ли­вых про­яв­ле­ни­ях. При­чем, сами герои рас­ска­зы­ва­ют о себе все самое не­ли­це­при­ят­ное, ко­ми­че­ское, урод­ли­вое. С пер­вых стра­ниц мы узна­ем едва ли не все «греш­ки» го­род­ни­че­го от него же са­мо­го, по­это­му ему за что опа­сать­ся.

Не будь так на­пу­га­ны чи­нов­ни­ки и го­род­ни­чий, вряд ли Хле­ста­ко­ва можно было бы при­нять за про­ве­ря­ю­ще­го.

1.2.1. Ро­ман­ти­ков вол­ну­ет ха­рак­тер от­но­ше­ний лич­но­сти к окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти и про­ти­во­по­став­ле­ние ре­аль­но­му миру иде­аль­но­го. Герой ро­ман­ти­че­ско­го про­из­ве­де­ния  — че­ло­век с осо­бен­но силь­ны­ми чув­ства­ми, он выше окру­жа­ю­щих, но, как пра­ви­ло, оди­нок. Таков образ ры­ца­ря в сти­хо­тво­ре­нии. Он смел, готов ради воз­люб­лен­ной в бой. Таков образ жен­щи­ны у Блока: она един­ствен­ная и не­обык­но­вен­ная:

Не было и нет во всей под­лун­ной

Бе­ло­снеж­ней плеч

Ро­ман­ти­че­ская мечта о воз­вы­шен­ном герое и воз­вы­шен­ных от­но­ше­ни­ях зву­чит в сти­хо­тво­ре­нии Блока.

1.1.3. Оба героя ока­за­лись в си­ту­а­ции, им не­вы­год­ной. Оба не­го­ду­ют по этому по­во­ду, не стес­ня­ясь в вы­ра­же­ни­ях, оба ищут ви­но­ва­тых среди окру­жа­ю­щих, не при­зна­вая своей вины. Обоим очень важно остать­ся на хо­ро­шем счету по служ­бе, по­это­му их так вол­ну­ют про­изо­шед­шие с ними ис­то­рии. «Чина, зва­ния не по­ща­дит, и будут все ска­лить зубы и бить в ла­до­ши»,  — со­кру­ша­ет­ся Сквоз­ник-Дму­ха­нов­ский. А Фа­му­сов готов дойти до го­су­да­ря, чтобы уни­что­жить Чац­ко­го и «от­бе­лить­ся» после скан­да­ла в его доме.

1.2.3. Не­смот­ря на то, что на­зва­ния сти­хо­тво­ре­ний Блока и Есе­ни­на со­звуч­ны: у Блока  — «Ко­ро­лев­на», у Есе­ни­на  — «Ко­ро­ле­ва», об­ра­зы, со­здан­ные по­эта­ми, раз­нят­ся. У Блока это на­сто­я­щая ко­ро­лев­на, при­над­ле­жа­щая к са­мо­му вы­со­ко­му со­сло­вию. У Есе­ни­на  — про­стая рус­ская жен­щи­на. Обе они пре­крас­ны, обе ждут сво­е­го ко­ро­ля.