По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рий к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му рас­сказ А. П. Че­хо­ва на­зы­ва­ет­ся «Смерть чи­нов­ни­ка»?

Некто Чер­вя­ков, мел­кий чи­нов­ник, бу­дучи в те­ат­ре, не­ча­ян­но чих­нул на лы­си­ну си­дя­ще­го впе­ре­ди ге­не­ра­ла Бриз­жа­ло­ва, тем самым «по­сяг­нув» на «свя­ты­ню» чи­нов­ни­чьей иерар­хии… Бе­до­ла­га страш­но пе­ре­пу­гал­ся, по­про­бо­вал оправ­дать­ся, не по­ве­рил тому, что ге­не­рал не при­дал этому со­бы­тию ни­ка­ко­го зна­че­ния, стал на­до­едать, ввел ге­не­ра­ла в гнев  — и сразу же по при­ез­де домой умер от ужаса…

По­вы­шен­ное, бо­лез­нен­ное вни­ма­ние Чер­вя­ко­ва к ме­ло­чам по­все­днев­но­сти про­ис­те­ка­ет из его ду­хов­ной пу­сто­ты, его «ма­ло­сти» и ник­чем­но­сти.

В рас­ска­зе при­сут­ству­ет смеш­ное, горь­кое и даже тра­ги­че­ское: смеш­ное до не­ле­по­сти по­ве­де­ние; горь­кое со­зна­ние ни­чтож­ной цены че­ло­ве­че­ской жизни; тра­ги­че­ское по­ни­ма­ние того, что чер­вя­ко­вы не пре­смы­кать­ся не могут, они все­гда най­дут своих бриз­жа­ло­вых.

На­ив­ный по виду рас­сказ, по сути, не так уж прост: об­на­ру­жи­ва­ет­ся, что смерть всего лишь прием и услов­ность, на­смеш­ка и казус, по­это­му рас­сказ вос­при­ни­ма­ет­ся как впол­не юмо­ри­сти­че­ский. В столк­но­ве­нии смеха и смер­ти в рас­ска­зе тор­же­ству­ет смех  — как сред­ство об­ли­че­ния вла­сти над лю­дь­ми при­ду­ман­ных и на­де­лен­ных осо­бым смыс­лом ме­ло­чей. Чи­нов­ни­чьи от­но­ше­ния здесь  — лишь част­ный слу­чай услов­ной, при­ду­ман­ной си­сте­мы цен­но­стей.

2.  В чем видит А. С. Пуш­кин пред­на­зна­че­ние ис­тин­но­го поэта?

В сти­хо­тво­ре­нии «Про­рок» Пуш­кин рас­кры­ва­ет тему «поэта и по­э­зии». Поэт для Пуш­ки­на  — обык­но­вен­ный смерт­ный че­ло­век, но от­ли­ча­ет­ся от всех тем, что ему дано ви­деть, слы­шать, по­ни­мать то, что не­под­власт­но лю­бо­му че­ло­ве­ку. Имен­но по­это­му поэт дол­жен сло­вом  — «гла­го­лом», до­сту­чать­ся до каж­до­го серд­ца, неся людям прав­ду, свет, добро.

3.  Кого и за что вы­сме­и­ва­ет М. Е. Сал­ты­ков-Щед­рин в «По­ве­сти о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил»?

Боль­шая груп­па ска­зок Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на по­свя­ще­на теме вза­и­мо­от­но­ше­ний на­ро­да и гос­под. Эта тема зву­чит в «По­ве­сти о том, как один мужик двух ге­не­ра­лов про­кор­мил». Бес­по­щад­но вы­сме­и­ва­ет пи­са­тель ни­что­же­ство, глу­пость, лень и тру­сость ге­не­ра­лов, про­жив­ших, од­на­ко, всю жизнь в сы­то­сти и не­ве­же­стве. С горь­кой иро­ни­ей рас­ска­зы­ва­ет са­ти­рик Сал­ты­ков-Щед­рин о том, как «гро­мад­ней­ший му­жи­чи­на» без­ро­пот­но тру­дит­ся на этих ник­чем­ных ге­не­ра­лов. Автор осуж­да­ет на­род­ную пас­сив­ность и по­кор­ность, про­те­сту­ет про­тив чи­нов­ни­чье­го па­ра­зи­тиз­ма и ту­по­сти.

4.  Какой пред­ста­ет Ро­ди­на в ли­ри­ке С. А. Есе­ни­на?

Тема Ро­ди­ны, род­ной при­ро­ды  — одна из ве­ду­щих тем твор­че­ства С. Есе­ни­на. Осо­бен­но­стя­ми изоб­ра­же­ния Ро­ди­ны в сти­хо­тво­ре­ни­ях поэта яв­ля­ют­ся не­обык­но­вен­ная по­э­ти­за­ция род­ной при­ро­ды, иде­а­ли­за­ция кре­стьян­ской Руси. Даже ре­во­лю­цию Есе­нин при­ни­мал, по его сло­вам, с осо­бым «кре­стьян­ским укло­ном». При на­пи­са­нии со­чи­не­ния можно оста­но­вить­ся на двух  — трех сти­хо­тво­ре­ни­ях поэта, по­свя­щен­ных теме Ро­ди­ны: «Нивы сжаты, рощи голы…», «Спит ко­выль. Рав­ни­на до­ро­гая…», «Русь», «Каж­дый труд бла­го­сло­ви, удача!..»

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Как в по­ве­сти А. С. Пуш­ки­на «Стан­ци­он­ный смот­ри­тель» рас­кры­ва­ет­ся тема «ма­лень­ко­го че­ло­ве­ка»?

Тема «ма­лень­ко­го че­ло­ве­ка» берет свое на­ча­ло в про­из­ве­де­ни­ях Ка­рам­зи­на и Пуш­ки­на, раз­ви­ва­ет­ся в твор­че­стве Го­го­ля и Сал­ты­ко­ва-Щед­ри­на, по-осо­бо­му зву­чит у Че­хо­ва. Пуш­кин­ский стан­ци­он­ный смот­ри­тель Сам­сон Вырин  — че­ло­век чест­ный, по­ря­доч­ный, го­ря­чо лю­бя­щий отец. По­вест­во­ва­ние о нем ведет рас­сказ­чик. В сло­вах рас­сказ­чи­ка: «Вник­нем во все это хо­ро­шень­ко, и вме­сто не­го­до­ва­ния серд­це наше ис­пол­нит­ся ис­крен­ним со­чув­стви­ем»,  — дано обоб­ще­ние, ска­за­но о ка­торж­ной жизни и по­ло­же­нии стан­ци­он­но­го смот­ри­те­ля не од­но­го ка­ко­го-либо трак­та, а всех, во вся­кое время года, дня и ночи. Взвол­но­ван­ные стро­ки с ри­то­ри­че­ски­ми во­про­са­ми («кто не про­кли­нал…», «кто в ми­ну­ту гнева?» и т. д.), пе­ре­би­ва­ю­щи­е­ся тре­бо­ва­ни­ем быть спра­вед­ли­вым, войти в по­ло­же­ние «су­ще­го му­че­ни­ка че­тыр­на­дца­то­го клас­са» дают нам по­нять то, что Пуш­кин со­чув­ствен­но го­во­рит о тя­же­лом труде этих людей. В по­ве­сти три при­ез­да рас­сказ­чи­ка, от­де­лен­ные один от дру­го­го не­сколь­ки­ми го­да­ми, ор­га­ни­зу­ют ход по­вест­во­ва­ния. Во вто­рой, цен­траль­ной части по­ве­сти, мы слы­шим и са­мо­го Вы­ри­на. Во­прос о по­ве­де­нии че­ло­ве­ка в по­ве­сти «Стан­ци­он­ный смот­ри­тель» по­став­лен остро и дра­ма­тич­но. Впер­вые рус­ская ли­те­ра­ту­ра так прон­зи­тель­но и на­гляд­но по­ка­за­ла ис­ка­же­ние лич­но­сти враж­деб­ной ей сре­дой. Впер­вые ока­за­лось воз­мож­ным не толь­ко дра­ма­ти­че­ски изоб­ра­зить про­ти­во­ре­чи­вое по­ве­де­ние че­ло­ве­ка, но и осу­дить злые и бес­че­ло­веч­ные силы об­ще­ства. Сам­сон Вырин судил это об­ще­ство.

2.  Какое во­пло­ще­ние в ли­ри­ке Ф. И. Тют­че­ва по­лу­чи­ла мысль о «все­об­щей оду­шев­лен­но­сти при­ро­ды»? (На при­ме­ре не менее двух сти­хо­тво­ре­ний по вы­бо­ру уча­ще­го­ся.)

Одно из самых за­ме­ча­тель­ных яв­ле­ний рус­ской по­э­зии  — стихи Тют­че­ва о за­во­ра­жи­ва­ю­щей кра­со­те рус­ской при­ро­ды. При­ро­да в его сти­хах оду­хо­тво­ре­на, мыс­лит, чув­ству­ет, го­во­рит:

Не то, что мните вы, при­ро­да  —

Не сле­пок, не без­дум­ный лик.

В ней есть душа, в ней есть сво­бо­да,

В ней есть лю­бовь, в ней есть язык.

Тют­чев со­здал не­за­бы­ва­е­мые по­э­ти­че­ские кар­ти­ны «осени пер­во­на­чаль­ной», ве­сен­ней грозы, лет­не­го ве­че­ра, ноч­но­го моря. При­ме­ра­ми сти­хо­тво­ре­ний для рас­кры­тия темы могут быть «Есть в осени пер­во­на­чаль­ной…», «Как хо­ро­шо ты, о море ноч­ное…», «Как весел гро­хот лет­них бурь…» и др.

3.  Как в «Песне про царя Ивана Ва­си­лье­ви­ча, мо­ло­до­го оприч­ни­ка и уда­ло­го купца Ка­лаш­ни­ко­ва» М. Ю. Лер­мон­то­ва рас­кры­ва­ет­ся тема чести и до­сто­ин­ства че­ло­ве­ка?

В «Песне про царя Ивана Ва­си­лье­ви­ча, мо­ло­до­го оприч­ни­ка и уда­ло­го купца Ка­лаш­ни­ко­ва» по­став­ле­на про­бле­ма чести и долга. В со­вре­мен­ной ему дей­стви­тель­но­сти Лер­мон­тов не нашел, да и не искал та­ко­го жиз­нен­но­го ма­те­ри­а­ла, ко­то­рый дал бы воз­мож­ность со­здать си­ту­а­цию, глу­бо­ко и полно рас­кры­ва­ю­щую эту нрав­ствен­ную про­бле­му, по­сколь­ку не видел во­круг себя людей, спо­соб­ных на по­двиг во имя чести и долга. По­это­му он об­ра­ща­ет­ся к вре­ме­нам Ивана Гроз­но­го. Сюжет поэмы  — это столк­но­ве­ние между глав­ны­ми дей­ству­ю­щи­ми ли­ца­ми: Ка­лаш­ни­ко­вым и Ки­ри­бе­е­ви­чем. Два круп­ных, силь­ных ха­рак­те­ра, со­здан­ные Лер­мон­то­вым в этой поэме, прямо про­ти­во­по­став­ле­ны друг другу. Цар­ский оприч­ник Ки­ри­бе­е­вич  — про­дол­же­ние ро­ман­ти­че­ско­го героя-ин­ди­ви­ду­а­ли­ста, не при­зна­ю­ще­го для себя ни­ка­ких нрав­ствен­ных за­пре­тов и го­то­во­го при­не­сти в жерт­ву своим стра­стям честь и до­сто­ин­ство дру­гих людей. Купцу Ка­лаш­ни­ко­ву не чуждо чув­ство соб­ствен­но­го до­сто­ин­ства: он готов уме­реть, за­щи­щая честь свою и своей жены, не стра­шась гнева цар­ско­го и бо­жье­го. Ка­лаш­ни­ков дорог поэту не толь­ко как борец про­тив не­прав­ды и про­из­во­ла. Не менее до­ро­га его нрав­ствен­ная стой­кость, внут­рен­няя убеж­ден­ность в своей право­те. С ним свя­за­но пред­став­ле­ние о твер­дых нрав­ствен­ных усто­ях, на­род­ной тра­ди­ции. Он одер­жи­ва­ет мо­раль­ную по­бе­ду над своим про­тив­ни­ком.

4.  Смысл на­зва­ния рас­ска­за В. М. Шук­ши­на «Сре­зал».

Для «чу­ди­ков» Шук­ши­на ха­рак­тер­но стрем­ле­ние к жизни яркой и ин­те­рес-ной, стрем­ле­ние вы­де­лить­ся. По­это­му они не­по­слуш­ны, упря­мы, и глав­ное  — все­гда очень смелы. Имен­но таким яв­ля­ет­ся Глеб Ка­пу­стин, глав­ный герой од­но­го из самых ярких и глу­бо­ких рас­ска­зов Шук­ши­на  — «Сре­зал». В этом про­из­ве­де­нии Шук­шин опи­сы­ва­ет жест­ко­го, не­тер­пе­ли­во­го, хит­ро­го се­ля­ни­на, ко­то­рым овла­де­ва­ет «пла­мен­ная страсть»  — «сре­зать», «оса­жи­вать» вы­ход­цев из де­рев­ни, до­бив­ших­ся жиз­нен­но­го успе­ха в го­ро­де. В этом и есть смысл на­зва­ния рас­ска­за.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Каким пред­ста­ет в поэме Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души» гу­берн­ский город?

Поэма «Мерт­вые души»  — слож­ное про­из­ве­де­ние, в ко­то­ром пе­ре­пле­та­ют­ся бес­по­щад­ная са­ти­ра и фи­ло­соф­ские раз­мыш­ле­ния ав­то­ра о судь­бе Рос­сии и ее на­ро­да. Жизнь гу­берн­ско­го го­ро­да по­ка­за­на в вос­при­я­тии Чи­чи­ко­ва и ав­тор­ских ли­ри­че­ских от­ступ­ле­ни­ях. Взя­точ­ни­че­ство, каз­но­крад­ство и гра­беж на­се­ле­ния  — яв­ле­ния в го­ро­де по­сто­ян­ные и по­все­мест­ные. По­лиц­мей­сте­ру сто­и­ло толь­ко миг­нуть, про­хо­дя мимо рыб­но­го ряда, как на его столе по­яв­ля­лись «бе­лу­га, осет­ры, семга, икра па­юс­ная, икра све­же­про­соль­ная, се­лед­ки, се­врюж­ки, сыры, коп­че­ные языки и ба­лы­ки,  — это все было со сто­ро­ны рыб­но­го ряда». «Слуги на­ро­да» по­и­сти­не еди­но­душ­ны в своем стрем­ле­нии ши­ро­ко по­жить за счет сумм «нежно лю­би­мо­го ими Оте­че­ства». Все чи­нов­ни­ки имеют низ­кий уро­вень об­ра­зо­ван­но­сти. Го­голь с иро­ни­ей на­зы­ва­ет их «лю­дь­ми более или менее про­све­щен­ны­ми», по­то­му что «кто читал Ка­рам­зи­на, кто «Мос­ков­ские ве­до­мо­сти», кто даже и со­всем ни­че­го не читал.... » Та­ко­вы и гу­берн­ские по­ме­щи­ки, ве­ду­щие празд­ное су­ще­ство­ва­ние, бес­цель­но коп­тя­щие небо.

При опи­са­нии жизни гу­берн­ско­го го­ро­да автор осо­бое вни­ма­ние уде­ля­ет жен­ской пар­тии. Пре­жде всего это жены чи­нов­ни­ков. Они так же обез­ли­че­ны, как и их мужья. Чи­чи­ков за­ме­ча­ет на балу не людей, а огром­ное ко­ли­че­ство рос­кош­ных пла­тьев, лент, пе­рьев. По­ка­зы­вая гу­берн­ский город, Го­голь не дает ему на­зва­ния, так как жизнь его ти­пич­на для сотен дру­гих таких же рус­ских го­ро­дов.

2.  Какие «веч­ные» во­про­сы под­ни­ма­ет Г. Р. Дер­жа­вин в своих сти­хо­тво­ре­ни­ях?

Ор­га­ни­зу­ю­щим цен­тром по­э­зии Дер­жа­ви­на яв­ля­ет­ся образ ав­то­ра, еди­ный во всех про­из­ве­де­ни­ях. В своем твор­че­стве Дер­жа­вин уде­ля­ет боль­шое вни­ма­ние теме поэта и по­э­зии. Го­во­ря о по­э­зии, он под­чер­ки­ва­ет ее ис­тин­ное пред­на­зна­че­ние:

Сей дар богов лишь к чести

И к по­уче­нью их путей

Быть дол­жен об­ра­щен, не к лести

И тем­ной по­хва­ле людей.

Це­ли­ком теме по­э­ти­че­ско­го бес­смер­тия по­свя­ще­ны два дер­жа­вин­ских под­ра­жа­ния рим­ско­му поэту Квин­ту Го­ра­цию Флак­ку: «Ле­бедь» и «Па­мят­ник».

В одной оде Дер­жа­вин тре­бу­ет от жи­во­пис­ца пред­ста­вить ему кар­ти­ну утра  — и тот­час, со­стя­за­ясь с жи­во­пи­сью в на­гляд­но­сти, спе­шит дать эту кар­ти­ну сам.

Изоб­ра­зи мне мир сей новый

В лице мла­до­го летня дня:

Как рощи, холмы, башни, кровы,

От гор­нею зла­тясь огня,

Из мрака вос­ста­ют, бли­ста­ют

И смот­рят­ся в зер­ца­ло вод;

Все новы чув­ства по­лу­ча­ют,

И дви­жет­ся всех смерт­ных род.

Эти стро­ки могли бы слу­жить эпи­гра­фом ко всей дер­жа­вин­ской по­э­зии. В ней царит на­стро­е­ние утра. Че­ло­век, осве­жен­ный здо­ро­вым сном, с «но­вы­ми чув­ства­ми» смот­рит на мир, слов­но ни­ко­гда его не видел, и мир на его гла­зах тво­рит­ся за­но­во.

В про­ти­во­вес блес­ку при­ро­ды не­от­ступ­но со­про­вож­да­ет по­э­зию Дер­жа­ви­на тема смер­ти. В ста­ро­сти, на покое, жи­во­пи­суя зван­ские кра­со­ты и за­столь­ные «на­тюр­мор­ты», увен­чан­ные го­лу­бым щу­чьим пером, поэт слов­но бы опять видит: «Где стол был яств, там гроб стоит»  — и горь­ко про­ро­че­ству­ет: «Раз­ру­шит­ся сей дом, за­сох­нет бор и сад...» В самые раз­ные годы, в самых раз­ных сти­хо­тво­ре­ни­ях у поэта, уме­ю­ще­го так ярко вос­пе­вать ра­дость жизни, то почти ре­зо­нер­ски, то ли­ри­че­ски-страст­но, про­ры­ва­ет­ся из­веч­ное «помни о смер­ти».

3.  Как в ли­ри­ке М. Ю. Лер­мон­то­ва рас­кры­ва­ет­ся тема поэта и по­э­зии?

Тема поэта и по­э­зии тра­ди­ци­он­на для рус­ской ли­те­ра­ту­ры. В «Про­ро­ке» Лер­мон­то­ва поэт, на­де­лен­ный бо­же­ствен­ным даром, осо­зна­ет всю тя­жесть сво­е­го пред­на­зна­че­ния, всю го­речь от не­по­ни­ма­ния и оди­но­че­ства. Если в сти­хо­тво­ре­ни­ях Пуш­ки­на зву­чит оп­ти­мизм, вера в сво­бо­ду, в свет­лое бу­ду­щее, ко­то­рое гря­дет за болью («Про­рок»), то со­всем иное на­стро­е­ние у Лер­мон­то­ва: поэт один, в мире нет на­деж­ды. Од­на­ко, не­смот­ря на от­ли­чия, и Пуш­кин, и Лер­мон­тов едины в том, что пред­на­зна­че­ние поэта  — быть про­ро­ком, через ис­пы­та­ния и муки нести людям веру в свет­лое бу­ду­щее, в вы­со­кие чув­ства даже тогда, когда во­круг нет ни­че­го свет­ло­го, даже тогда, когда во­круг лишь грязь и не­ве­же­ство.

4.  На чем со­сре­до­та­чи­ва­ют вни­ма­ние пи­са­те­ли XX века, изоб­ра­жая че­ло­ве­ка на войне? (На при­ме­ре од­но­го из про­из­ве­де­ний)

Война  — страш­ное ис­пы­та­ние, вы­пав­шее на долю че­ло­ве­ка. Как уда­ет­ся людям вы­сто­ять в не­че­ло­ве­че­ских усло­ви­ях, где найти силы вы­жить и не по­те­рять свое че­ло­ве­че­ское лицо – во­про­сы, вол­но­вав­шие пи­са­те­лей XX века, изоб­ра­жав­ших че­ло­ве­ка на войне. Шо­ло­хов одним из пер­вых на­пи­сал о стой­ко­сти рус­ско­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый в аду фа­шист­ско­го плена оста­вал­ся не толь­ко че­ло­ве­ком, но и бор­цом. «Судь­ба че­ло­ве­ка»  — ис­пол­нен­ное под­лин­но­го гу­ма­низ­ма про­из­ве­де­ние о людях, по­бы­вав­ших в плену. В те­че­ние мно­гих во­ен­ных и по­сле­во­ен­ных лет счи­та­лось пре­ступ­ле­ни­ем, что со­вет­ский воин не успел за­стре­лить­ся, когда его брали в плен. Быв­ших плен­ных за­ча­стую пре­сле­до­ва­ли и на ро­ди­не. Автор вы­сту­па­ет в рас­ска­зе с об­ще­че­ло­ве­че­ских гу­ман­ных по­зи­ций про­тив че­ло­ве­ко­не­на­вист­ни­че­ских войн, с про­те­стом про­тив пре­сле­до­ва­ния быв­ших во­ен­но­плен­ных. Под­лин­ным гу­ма­низ­мом про­ни­за­на и ис­то­рия усы­нов­ле­ния Ан­дре­ем Со­ко­ло­вым маль­чи­ка−си­ро­ты.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Ка­ко­ва роль по­ло­жи­тель­ных пер­со­на­жей в ко­ме­дии Д. И. Фон­ви­зи­на «Не­до­росль»?

Одним из глав­ных ге­ро­ев пьесы Фон­ви­зи­на яв­ля­ет­ся Ста­ро­дум. Он по сво­е­му ми­ро­воз­зре­нию  — но­си­тель идей рус­ско­го дво­рян­ско­го Про­све­ще­ния. Ста­ро­дум слу­жил в армии, храб­ро во­е­вал, был ранен, но обой­ден на­гра­дой. Ее по­лу­чил его быв­ший при­я­тель, граф, от­ка­зав­ший­ся ехать в дей­ству­ю­щую армию. Выйдя в от­став­ку, Ста­ро­дум пы­та­ет­ся слу­жить при дворе. Разо­ча­ро­вав­шись, он уез­жа­ет в Си­бирь, но оста­ет­ся верен своим иде­а­лам. Он яв­ля­ет­ся идей­ным вдох­но­ви­те­лем борь­бы с Про­ста­ко­вой. Ре­аль­но же дей­ству­ет в име­нии Про­ста­ко­вых не от имени пра­ви­тель­ства, а «из соб­ствен­но­го по­дви­га серд­ца» еди­но­мыш­лен­ник Ста­ро­ду­ма чи­нов­ник Прав­дин. Успех Ста­ро­ду­ма опре­де­лил ре­ше­ние Фон­ви­зи­на из­дать в 1788 г. са­ти­ри­че­ский жур­нал «Друг чест­ных людей, или Ста­ро­дум».

По­ло­жи­тель­ные пер­со­на­жи об­ри­со­ва­ны дра­ма­тур­гом не­сколь­ко блед­но и схе­ма­тич­но. Ста­ро­дум и его еди­но­мыш­лен­ни­ки на про­тя­же­нии всей пьесы по­уча­ют со сцены. Но та­ко­вы были за­ко­ны то­гдаш­ней дра­ма­тур­гии: клас­си­цизм пред­по­ла­гал изоб­ра­же­ние ге­ро­ев, про­из­но­сив­ших мо­но­ло­ги-по­уче­ния «от ав­то­ра». За Ста­ро­ду­мом, Прав­ди­ным, Со­фьей и Ми­ло­ном стоит, ко­неч­но, сам Фон­ви­зин с его бо­га­тым опы­том го­су­дар­ствен­ной и при­двор­ной служ­бы и без­успеш­ной борь­бы за свои бла­го­род­ные про­све­ти­тель­ские идеи.

ИЛИ

Ти­пич­ным для ко­ме­дии этого вре­ме­ни при­е­мом борь­бы со злом было про­ти­во­по­став­ле­ние от­ри­ца­тель­но­му яв­ле­нию яв­ле­ния по­ло­жи­тель­но­го, при­чем в тех слу­ча­ях, когда его не су­ще­ство­ва­ло в дей­стви­тель­но­сти, оно изоб­ра­жа­лось якобы ре­аль­но су­ще­ству­ю­щим. В пол­ном со­от­вет­ствии с этими эс­те­ти­че­ски­ми тре­бо­ва­ни­я­ми че­ты­рем от­ри­ца­тель­ным пер­со­на­жам «Не­до­рос­ля»  — Про­ста­ко­вой, Про­ста­ко­ву, Ско­ти­ни­ну и Мит­ро­фа­ну - Фон­ви­зин про­ти­во­по­ста­вил такое же число по­ло­жи­тель­ных дей­ству­ю­щих лиц  — Ста­ро­ду­ма, Прав­ди­на, Софью и Ми­ло­на.

Ос­нов­ной по­ло­жи­тель­ный пер­со­наж пьесы Ста­ро­дум  — в зна­чи­тель­ной мере вы­ра­зи­тель мне­ний ав­то­ра. Свое еди­но­мыс­лие со Ста­ро­ду­мом Фон­ви­зин впо­след­ствии под­черк­нет тем, что на­зо­вет его име­нем жур­нал, пред­на­зна­чен­ный слу­жит ор­га­ном того же круга идей, ко­то­рые нашли яркое вы­ра­же­ние в «Не­до­рос­ле».

При­ме­ча­тель­на одна по­дроб­ность. Фон­ви­зин ни сло­вом не об­мол­вил­ся о том, был ли глав­ный по­ло­жи­тель­ный герой его ко­ме­дии по­ме­щи­ком. В уста Ста­ро­ду­ма вло­же­на ав­то­ром зна­ме­на­тель­ная фраза: «угне­тать раб­ством себе по­доб­ных без­за­кон­но». Об­ра­зуя центр, во­круг ко­то­ро­го объ­еди­ня­ют­ся по­ло­жи­тель­ные пер­со­на­жи пьесы, Ста­ро­дум по­яв­ля­ет­ся на сцене толь­ко в тре­тьем дей­ствии. Если ха­рак­тер Ста­ро­ду­ма и от­ли­ча­ет­ся из­вест­ной ста­тич­но­стью, то нель­зя все же ска­зать, что ос­нов­ной по­ло­жи­тель­ный пер­со­наж «Не­до­рос­ля»  — аб­стракт­ная схема, «вме­сти­ли­ще всех доб­ро­де­те­лей», как тогда го­во­ри­ли. Рас­ска­зы­вая о своем про­шлом, Ста­ро­дум не скры­ва­ет и факта, о ко­то­ром он очень со­жа­ле­ет,  — не­умест­ной го­ряч­но­сти, по­бу­див­шей его бро­сить во­ен­ную служ­бу. Он не лишен чув­ства юмора и умеет шу­тить, как видно из его диа­ло­га со Ско­ти­ни­ным, на­чи­на­ю­щим по­ни­мать, что Мит­ро­фан не­спро­ста вме­ши­ва­ет­ся в его раз­го­вор со Ста­ро­ду­мом о браке с Со­фьей.

Не­ред­ко, го­во­ря о по­ло­жи­тель­ных пер­со­на­жах ко­ме­дии, кри­ти­ки ста­вят на одну доску Ста­ро­ду­ма и Прав­ди­на, счи­тая их в рав­ной мере вы­ра­зи­те­ля­ми мне­ний ав­то­ра. Между тем сам Фон­ви­зин, объ­еди­няя Ста­ро­ду­ма и Прав­ди­на по при­зна­ку «чест­ных людей», при­да­ет каж­до­му из них ин­ди­ви­ду­аль­ное лицо. /.../

Ста­ро­ду­ма можно рас­смат­ри­вать, как образ со­би­ра­тель­ный, во­пло­щав­ший в себе не толь­ко черты са­мо­го Фон­ви­зи­на, но и тех со­вре­мен­ни­ков его, для ко­то­рых при­вер­жен­ность к пет­ров­ской «ста­ри­не» была свое­об­раз­ной фор­мой не­при­я­тия ека­те­ри­нин­ской «но­виз­ны». Уже по­сле­ду­ю­ще­му по­ко­ле­нию было ясно, что со­здан­ный Фон­ви­зи­ным образ ухо­дит сво­и­ми кор­ня­ми в рус­скую ис­то­ри­че­скую дей­стви­тель­ность. Про­то­ти­пы ему отыс­ки­ва­лись и среди спо­движ­ни­ков Петра I, и среди бли­жай­ше­го окру­же­ния Фон­ви­зи­на.

2.  Какие осо­бен­но­сти ли­ри­ки А. К. Тол­сто­го поз­во­ля­ют на­звать ее ро­ман­ти­че­ской?

Ро­ман­тизм  — ху­до­же­ствен­ный метод, сло­жив­ший­ся в на­ча­ле XIX века. Для ро­ман­тиз­ма ха­рак­те­рен осо­бый ин­те­рес к лич­но­сти героя. Герой ро­ман­ти­че­ско­го про­из­ве­де­ния  — че­ло­век с осо­бен­но силь­ны­ми чув­ства­ми, он выше окру­жа­ю­щих, но, как пра­ви­ло, оди­нок. Ро­ман­ти­ков вол­ну­ет ха­рак­тер от­но­ше­ний лич­но­сти к окру­жа­ю­щей дей­стви­тель­но­сти и про­ти­во­по­став­ле­ние ре­аль­но­му миру иде­аль­но­го. Глав­ным в ли­ри­ке Тол­стой счи­тал кра­со­ту и лю­бовь, ко­то­рые при­сут­ству­ют в обы­ден­ной жизни, но не­до­ста­точ­но «иде­аль­ны». Стихи поэта про­ни­за­ны тос­кой по пре­крас­но­му, гру­стью по не­по­вто­ри­мой цен­но­сти зем­но­го бытия, ре­аль­ной че­ло­ве­че­ской любви: «Слеза дро­жит в твоем рев­ни­вом взоре…» (1858), «В стра­не лучей, не­зри­мой нашим взо­рам» (1856), «Средь шум­но­го бала, слу­чай­но…» (1851) и дру­гие.

3.  По­че­му А. С. Гри­бо­едов из­ме­нил пер­во­на­чаль­ное на­зва­ние своей ко­ме­дии «Горе уму» на «Горе от ума»?

В конце июля 1823 года Гри­бо­едов уехал в име­ние Бе­ги­че­ва, где за­кон­чил ра­бо­ту над двумя по­след­ни­ми ак­та­ми «Горя от ума». Уже в это время ко­ме­дия по­лу­чи­ла и свое окон­ча­тель­ное на­зва­ние, зву­ча­щее более ко­ме­дий­но по срав­не­нию с пер­во­на­чаль­ным «Горе уму».

На­зва­ние лю­бо­го про­из­ве­де­ния яв­ля­ет­ся клю­чом к его по­ни­ма­нию, оно со­дер­жит ука­за­ние (пря­мое или кос­вен­ное) на ос­нов­ную мысль, про­бле­му, по­став­лен­ную ав­то­ром. За­гла­вие ко­ме­дии А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума», по­жа­луй, поз­во­ля­ет уви­деть в кон­флик­те пьесы не­обы­чай­но важ­ную ка­те­го­рию, а имен­но  — ка­те­го­рию ума. Ис­точ­ни­ком по­доб­но­го вы­ра­же­ния, по­ло­жен­но­го в ос­но­ву за­гла­вия и пер­во­на­чаль­но зву­чав­ше­го как «Горе уму», вос­хо­дит к рус­ской по­сло­ви­це, в ко­то­рой про­ти­во­сто­я­ние между умным и глу­пым за­кан­чи­ва­лось по­бе­дой ду­ра­ка. На­зва­ние пьесы А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума» со­дер­жит в себе не­обы­чай­но важ­ный во­прос: а что такое ум для са­мо­го Гри­бо­едо­ва. От­ве­та пря­мо­го на этот во­прос пи­са­тель не дает, и уже в этом об­на­ру­жи­ва­ет­ся пе­ре­осмыс­ле­ние тра­ди­ций клас­си­циз­ма. На­звав «умным» Чац­ко­го, А. С. Гри­бо­едов пе­ре­вер­нул все с ног на го­ло­ву, осме­яв ста­рое по­ни­ма­ние та­ко­го ка­че­ства в че­ло­ве­ке, как ум. А. С. Гри­бо­едов по­ка­зал че­ло­ве­ка, пол­но­го про­све­ти­тель­ско­го па­фо­са, по­сто­ян­но на­тал­ки­ва­ю­ще­го­ся на не­же­ла­ние по­ни­мать его, что про­ис­те­ка­ло имен­но из-за тра­ди­ци­он­но­го по­ня­тия «бла­го­ра­зу­мия», ко­то­рое в «Горе от ума» свя­зы­ва­ет­ся с опре­де­лен­ной со­ци­аль­ной и по­ли­ти­че­ской про­грам­мой.

4.  Как в ли­ри­ке А. С. Пуш­ки­на рас­кры­ва­ет­ся тема сво­бо­ды?

Воль­но­лю­би­вая ли­ри­ка за­ни­ма­ет боль­шое место в твор­че­стве поэта. Тема сво­бо­ды, воли пред­став­ле­на в ли­ри­ке Пуш­ки­на тремя мо­ти­ва­ми: 1) про­тест про­тив са­мо­дер­жа­вия и кре­пост­но­го права («Де­рев­ня», «Анчар», «Во глу­би­не си­бир­ских руд»), 2) стрем­ле­ние к «воль­но­сти свя­той» («К морю»), 3) вос­пе­ва­ние сво­бо­до­лю­би­вой лич­но­сти («К Ча­а­да­е­ву»).

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му А. С. Пуш­кин на­зы­ва­ет Та­тья­ну своим «милым иде­а­лом»? (По ро­ма­ну в сти­хах «Ев­ге­ний Оне­гин».)

«Я так люблю Та­тья­ну милую мою!»  — вос­кли­ца­ет автор-по­вест­во­ва­тель в ро­ма­не «Ев­ге­ний Оне­гин». Ав­тор­ское от­но­ше­ние к ге­ро­и­не из­на­чаль­но от­кры­то и не из­ме­ня­ет­ся на про­тя­же­нии всего по­вест­во­ва­ния: Та­тья­на Ла­ри­на  — лю­би­мый идеал Пуш­ки­на. Иде­аль­ное на­ча­ло в Та­тья­не чув­ству­ют и дру­гие герои. Оне­гин в 4 главе (сцена сви­да­ния с Та­тья­ной) от­кро­вен­но при­зна­ет­ся:

То, верно б, кроме вас одной Не­ве­сты не искал иной.

Скажу без бле­сток мад­ри­галь­ных:

Нашед мой преж­ний идеал,

Я, верно б, вас одну из­брал В по­дру­ги дней моих пе­чаль­ных,

Всего пре­крас­но­го в залог,

И был бы счаст­лив... сколь­ко мог!

Со­зда­ние по­ло­жи­тель­но­го пер­со­на­жа  — за­да­ча, на­пря­мую свя­зан­ная с утвер­жде­ни­ем тех цен­но­стей, ко­то­рые пред­став­ля­ют­ся пи­са­те­лю бес­спор­ны­ми. В этой связи стоит про­ана­ли­зи­ро­вать образ Та­тья­ны, ко­то­рый поз­во­лит глуб­же по­нять смысл всего ро­ма­на, уяс­нить, что при­тя­ги­ва­ет, а что от­тал­ки­ва­ет ав­то­ра в людях.

Пре­жде всего сле­ду­ет от­ме­тить под­ход ав­то­ра к со­зда­нию порт­ре­та ге­ро­и­ни, ко­то­рая на­ме­рен­но ли­ше­на при­зна­ков внеш­не брос­кой кра­со­ты («Никто б не мог ее пре­крас­ной на­звать»). Это не ме­ша­ет ав­то­ру в 8 главе на­звать Та­тья­ну «не­при­ступ­ною бо­ги­ней рос­кош­ной, цар­ствен­ной Невы».

Ис­точ­ни­ком ее оча­ро­ва­ния яв­ля­ет­ся есте­ствен­ность, от­сут­ствие свет­ских «ужи­мок», вуль­гар­но­сти («все тихо, про­сто было в ней») и, ко­неч­но, на­ли­чие бо­га­той внут­рен­ней жизни души. Та­тья­на  — по­э­тич­ная, са­мо­быт­ная, ори­ги­наль­ная на­ту­ра, об­ла­да­ю­щая не­по­вто­ри­мой ин­ди­ви­ду­аль­но­стью. Не слу­ча­ен мотив от­чуж­ден­но­сти ге­ро­и­ни от пош­лой среды («Никто меня не по­ни­ма­ет...»). Автор не­од­но­крат­но под­чер­ки­ва­ет лю­бовь Та­тья­ны к род­ной при­ро­де, ее связь с на­род­ны­ми кор­ня­ми («Та­тья­на  — рус­ская душою»). Ей при­су­щи меч­та­тель­ность, от­кры­тость, ис­крен­ность ду­шев­ных дви­же­ний, не­по­сред­ствен­ность, до­вер­чи­вость, не­при­я­тие фаль­ши.

Та­тья­на не про­сто умна, она об­ла­да­ет даром во­об­ра­же­ния, умеет ин­ту­и­тив­но по­сти­гать мир. Ей при­су­ща муд­рость души, без ко­то­рой был бы не­воз­мо­жен ее про­ро­че­ский сон, в ко­то­ром Оне­гин пред­ста­ет в окру­же­нии бесов.

Но самое глав­ное в Та­тья­не  — спо­соб­ность глу­бо­ко и пре­дан­но лю­бить, быть вер­ной дан­но­му слову. Бу­дучи внут­рен­не сво­бод­ным че­ло­ве­ком, Та­тья­на знает за­ко­ны нрав­ствен­но­го долга и умеет им сле­до­вать. В острой си­ту­а­ции вы­бо­ра она при­ни­ма­ет един­ствен­но пра­виль­ное ре­ше­ние. На при­зна­ние в любви Оне­ги­на Та­тья­на от­ве­ча­ет ис­крен­ним при­зна­ни­ем во вза­им­ном чув­стве и от­ка­зом пе­ре­шаг­нуть гра­ни­цы доз­во­лен­но­го. Она при­ни­ма­ет муд­рое ре­ше­ние за двоих, не желая пре­да­вать мужа, по­ни­мая всю не­об­ра­ти­мость не­ко­гда при­ня­тых ре­ше­ний.

Пуш­кин­ский идеал пред­по­ла­га­ет вер­ность себе, т. е. цель­ность лич­но­сти, есте­ствен­ность, бла­го­род­ную про­сто­ту, вы­со­кие мо­раль­ные устои, бли­зость на­род­ным кор­ням, глу­бин­ное род­ство с при­ро­дой. Имен­но эти черты обу­сло­ви­ли стой­кость ге­ро­и­ни в жиз­нен­ных ис­пы­та­ни­ях, обе­рег­ли ее от рас­тле­ва­ю­ще­го вли­я­ния света, по­мог­ли от­ли­чить «ве­тошь мас­ка­ра­да» от под­лин­ной жизни.

Пуш­ки­ну уда­лось во­пло­тить в об­ра­зе Та­тья­ны соб­ствен­ное пред­став­ле­ние о совер-шен­стве, при этом со­здав образ в пол­ном смыс­ле ре­а­ли­стич­ный. Чи­та­тель верит в воз­мож­ность су­ще­ство­ва­ния та­ко­го типа лич­но­сти. Не­слу­чай­но слово «идеал» со­гре­то лас­ко­вым эпи­те­том «милый».

2.  В чем осо­бен­но­сти изоб­ра­же­ния при­ро­ды в ли­ри­ке С. А. Есе­ни­на?

Тема Ро­ди­ны, род­ной при­ро­ды  — одна из ве­ду­щих тем твор­че­ства С.Есе­ни­на. Осо­бен­но­стя­ми изоб­ра­же­ния Ро­ди­ны в сти­хо­тво­ре­ни­ях поэта яв­ля­ют­ся не­обык­но­вен­ная по­э­ти­за­ция род­ной при­ро­ды, иде­а­ли­за­ция кре­стьян­ской Руси. Даже ре­во­лю­ции Есе­нин при­ни­мал, по его сло­вам, с осо­бым «кре­стьян­ским укло­ном». При на­пи­са­нии со­чи­не­ния можно оста­но­вить­ся на двух  — трех сти­хо­тво­ре­ни­ях поэта, по­свя­щен­ных теме Ро­ди­ны: «Нивы сжаты, рощи голы…», «Спит ко­выль. Рав­ни­на до­ро­гая…», «Русь», «Каж­дый труд бла­го­сло­ви, удача!..»

3.  Каким пред­ста­ет кон­сер­ва­тив­ное мос­ков­ское дво­рян­ство в ко­ме­дии А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума»?

Ко­ме­дия «Горе от ума» на­пи­са­на в 1824 году. В это время в Рос­сии на­блю­да­ет­ся бур­ное раз­ви­тие об­ще­ствен­ной мысли и по­яв­ле­ние тай­ных по­ли­ти­че­ских об­ществ. Глав­ный герой ко­ме­дии  — Чац­кий  — пред­ста­ви­тель новых идей, вы­де­ля­ю­щий­ся на фоне пат­ри­ар­халь­ной Моск­вы, бо­я­щей­ся и не же­ла­ю­щей ни­ка­ких пе­ре­мен. Имен­но с этой Моск­вой бо­рет­ся Чац­кий. Гри­бо­едов изоб­ра­зил фа­му­сов­ское об­ще­ство, от­ра­зив при этом весь мос­ков­ский выс­ший свет. Все об­ще­ство при­дер­жи­ва­ет­ся одних взгля­дов: не­на­висть к про­све­ще­нию, при­вер­жен­ность к ста­рым тра­ди­ци­ям, под­ра­жа­ние ино­стран­цам. Чац­ко­го воз­му­ща­ет сле­пое сле­до­ва­ние всему ино­стран­но­му. На­при­мер, в об­ра­зо­ва­нии важно лишь на­ли­чие и при­сут­ствие учи­те­лей «чис­лом по­бо­лее, ценою по­де­шев­ле». Все де­вуш­ки вос­пи­ты­ва­ют­ся на фран­цуз­ских ро­ма­нах. Кре­пост­ное право для фа­му­сов­ско­го об­ще­ства  — нор­маль­ное яв­ле­ние. Здесь встре­ча­ют людей «по одеж­ке». Если че­ло­век богат, то не­важ­но, что он про­вел всю жизнь в уни­же­ни­ях. Все фа­му­сов­ское окру­же­ние объ­еди­ня­ет бо­язнь из­ме­не­ний. Они по­ни­ма­ют, что если в об­ще­ство при­дут идеи Чац­ко­го, то они  — все эти Фа­му­со­вы и Мол­ча­ли­ны  — оста­нут­ся не у дел. Боль­шую роль в пьесе иг­ра­ют и внес­це­ни­че­ские пер­со­на­жи. Они не по­яв­ля­ют­ся на сцене, од­на­ко имеют боль­шое зна­че­ние для рас­кры­тия ос­нов­но­го кон­флик­та пьесы. Их об­ра­зы мак­си­маль­но обоб­ще­ны. Ав­то­ру не ин­те­рес­на их фи­ло­со­фия, они за­ни­ма­ют его лишь как важ­ные при­ме­ты вре­ме­ни. На­при­мер, такие герои как г. N. и г. В., за­ин­те­ре­со­ван­ные лишь в рас­про­стра­не­нии спле­тен. Чац­кий шутит, вы­сме­и­ва­ет свя­щен­ные нормы жизни фа­му­сов­ско­го об­ще­ства.

Итак, в «груп­пе из два­дца­ти лиц» от­ра­зи­лась вся преж­няя Москва, ее ри­су­нок, то­гдаш­ний ее дух, ис­то­ри­че­ский мо­мент и нравы.

4.  Как вы ду­ма­е­те, по­че­му Л. Н. Тол­стой из­ме­нил пер­во­на­чаль­ное на­зва­ние сво­е­го рас­ска­за «Дочь и отец» на «После бала»?

Рас­сказ «После бала» по­стро­ен на кон­тра­сте. Кон­траст­ны порт­рет­ные ха­рак­те­ри­сти­ки, по­ве­де­ние отца Ва­рень­ки на балу и после бала, на­стро­е­ние и мысли глав­но­го героя до и после уви­ден­но­го на плацу. На­зва­ние «После бала» точ­нее пе­ре­да­ет ос­нов­ную идею про­из­ве­де­ния: жизнь че­ло­ве­ка может из­ме­нить одно со­бы­тие. Для глав­но­го героя пе­ре­лом­ный мо­мент в его жизни на­сту­пил после бала, от уви­ден­но­го на плацу.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  До­ка­зы­ва­ет ли Пе­чо­рин своей жиз­нью мысль о сча­стье как о «на­сы­щен­ной гор­до­сти»? (По ро­ма­ну М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни»)

Пе­чо­рин  — герой пе­ре­ход­но­го вре­ме­ни, ос­нов­ным при­зна­ком ко­то­ро­го было от­сут­ствие вы­со­ких об­ще­ствен­ных иде­а­лов. От­сю­да вы­ве­ден­ные им нрав­ствен­ные прин­ци­пы и цен­но­сти: 1) «из двух дру­зей все­гда один раб дру­го­го»; 2) «… я смот­рю на стра­да­ния и ра­до­сти дру­гих толь­ко в от­но­ше­нии к себе как на пищу, под­дер­жи­ва­ю­щую мои ду­шев­ные силы»; 3) сча­стье  — это «на­сы­щен­ная гор­дость». От­сю­да убеж­де­ние Пе­чо­ри­на: «Быть для кого-ни­будь при­чи­ною стра­да­ний и ра­до­стей, не имея на то ни­ка­ко­го по­ло­жи­тель­но­го права,  — не самая ли это слад­кая пища нашей гор­до­сти?» До­ка­за­тель­ство можно по­стро­ить от про­тив­но­го. Если сча­стье  — это «на­сы­щен­ная гор­дость», то самым счаст­ли­вым дол­жен быть тот, кто живет для того толь­ко, чтобы на­сы­тить свою гор­дость. Но этот вывод ока­зы­ва­ет­ся не­вер­ным. До­ка­за­тель­ство  — факты из жизни са­мо­го Пе­чо­ри­на, ко­то­рый все силы по­тра­тил на то, чтобы на­сы­тить свою гор­дость, удо­вле­тво­рить свое че­сто­лю­бие, но сча­стья не обрел, о чем го­во­рит по­след­няя днев­ни­ко­вая за­пись его.

2.  По­че­му Ф. И. Тют­че­ва при­ня­то на­зы­вать «по­этом мысли»?

По­э­зия Тют­че­ва полна мысли, это фи­ло­соф­ская по­э­зия. Од­на­ко Тют­чев пре­жде всего был ху­дож­ни­ком. В по­э­ти­че­ские об­ра­зы он об­ле­кал лишь то, что было пе­ре­ду­ма­но и пе­ре­чув­ство­ва­но им самим. Сущ­ность его твор­че­ско­го про­цес­са пре­крас­но опре­де­лил И. С, Тур­ге­нев: «...каж­дое его сти­хо­тво­ре­ние на­чи­на­лось мыс­лию, но мыс­лию, ко­то­рая, как ог­нен­ная точка, вспы­хи­ва­ла под вли­я­ни­ем глу­бо­ко­го чув­ства или силь­но­го впе­чат­ле­ния; вслед­ствие этого, если можно так вы­ра­зить­ся, свой­ства про­ис­хож­де­ния сво­е­го, мысль г. Тют­че­ва ни­ко­гда не яв­ля­ет­ся чи­та­те­лю нагою и от­вле­чен­ною, но все­гда сли­ва­ет­ся с об­ра­зом, взя­тых из мира души или при­ро­ды, про­ни­ка­ет­ся им и сама его про­ни­ка­ет не­раз­дель­но и не­раз­рыв­но» .

3.  Какой пред­ста­ет Муза в ли­ри­ке А. А. Фета?

По­э­зия Фета  — по­э­зия на­ме­ков, до­га­док, умол­ча­ний. Ис­тин­ная по­э­зия, по Фету, до­ступ­на толь­ко из­бран­ным. По­это­му Муза для поэта  — «не­тлен­ная бо­ги­ня» «в венце роз», чуж­дая обы­ден­но­сти.

За­бот­ли­во храня твою сво­бо­ду, Не­по­свя­щен­ных я к тебе не звал

И раб­ско­му их буй­ству я в угоду

Твоих речей не осквер­нял,  —

Писал он о своей Музе. Фет огра­ни­чил свою по­э­зию тремя те­ма­ми: лю­бовь, при­ро­да, ис­кус­ство.

4.  Ка­ко­во ав­тор­ское от­но­ше­ние к глав­но­му герою рас­ска­за В. М. Шук­ши­на «Чудик»?

«Чу­ди­ки» В. Шук­ши­на своим су­ще­ство­ва­ни­ем, по­ступ­ка­ми опро­вер­га­ют обыч­ные пред­став­ле­ния о че­ло­ве­ке и жизни.

Это фан­та­зе­ры и меч­та­те­ли. При­чем меч­та­ют герои Шук­ши­на о вещах не­до­сти­жи­мых: об изоб­ре­те­нии ле­кар­ства от рака, из­бав­ле­нии мира от мик­ро­бов и т. д. Глав­ный герой рас­ска­за «Чудик»  — это дей­стви­тель­но че­ло­ве­чек со сво­и­ми чу­да­че­ства­ми. «Чу­дин­ка» его в том, что он осо­бен­но мыс­лит, по­это­му шук­шин­ский пер­со­наж со­вер­ша­ет не­обыч­ные и не­ожи­дан­ные по­ступ­ки в при­выч­ных си­ту­а­ци­ях. Но ими он вы­зы­ва­ет у чи­та­те­ля не стро­гое, ка­те­го­рич­ное, су­ро­вое, а на­о­бо­рот, тре­пет­ное, доб­рое и теп­лое от­но­ше­ние к себе. Чудик вос­при­ни­ма­ет­ся как про­стой че­ло­век, по­нят­ный и близ­кий мно­гим из нас. А то, что со­об­ща­ет нам сам Ва­си­лий Ма­ка­ро­вич о своем герое: «Обо­жал сы­щи­ков и собак. В дет­стве меч­тал быть шпи­о­ном», ха­рак­те­ри­зу­ет чу­ди­ка как че­ло­ве­ка меч­та­тель­но­го, доб­ро­сер­деч­но­го, на­ив­но­го, в хо­ро­шем смыс­ле этого слова, ве­ру­ю­ще­го во что-то уди­ви­тель­ное и вы­со­кое, и не пре­да­ю­ще­го своих на­дежд.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Образ царя Ивана Ва­си­лье­ви­ча в поэме М. Ю. Лер­мон­то­ва «Песня про... купца Ка­лаш­ни­ко­ва».

Одно из цен­траль­ных мест в поэме за­ни­ма­ет образ царя Ивана Ва­си­лье­ви­ча, про­зван­но­го на­ро­дом Гроз­ным. В поэме М. Ю. Лер­мон­то­ва царь Иван Ва­си­лье­вич пред­ста­ет перед нами ве­ли­ким гроз­ным пра­ви­те­лем. Иван Гроз­ный осо­бен­но гро­зен тогда, когда на­ру­ша­ют­ся рус­ские тра­ди­ции и пра­во­слав­ные за­ко­ны, со­став­ля­ю­щие устои го­су­дар­ства, а зна­чит и его цар­ской вла­сти. Царь бы­ва­ет щедр к тем, кого любит. Под­твер­жде­ни­ем того может стать от­но­ше­ние его к Ки­ри­бе­е­ви­чу. Об­ра­ща­ясь перед каз­нью к Ка­лаш­ни­ко­ву, царь Иван Ва­си­лье­вич го­во­рит: «Мо­ло­дую жену и сирот твоих Из казны моей я по­жа­лую, Твоим бра­тьям велю от сего же дня По всему цар­ству рус­ско­му ши­ро­ко­му Тор­го­вать без­дан­но, бес­по­шлин­но». Здесь мы видим царя, го­то­во­го по­мочь семье осуж­ден­но­го че­ло­ве­ка. М. Ю. Лер­мон­тов в поэме от­ме­ча­ет про­ти­во­ре­чи­вость ха­рак­те­ра Ивана Гроз­но­го. По­ло­жи­тель­ные ка­че­ства: царь  — ве­ли­кий и гроз­ный пра­ви­тель; щед­рый; хра­ни­тель пра­во­слав­ной веры и рус­ских тра­ди­ций; ми­ло­сти­вый, го­то­вый по­мочь семье осуж­ден­но­го че­ло­ве­ка. От­ри­ца­тель­ные ка­че­ства: су­ро­вый, по­до­зри­тель­ный, же­сто­кий, вспыль­чи­вый, может быть не­спра­вед­ли­вым.

2.  Свое­об­ра­зие лю­бов­ной ли­ри­ки А. С. Пуш­ки­на. (На при­ме­ре не менее двух сти­хо­тво­ре­ний по вы­бо­ру уча­ще­го­ся)

Алек­сандр Сер­ге­е­вич Пуш­кин  — пре­жде всего поэт-лирик. В своем твор­че­стве он об­ра­щал­ся к темам, ко­то­рые боль­ше всего вол­но­ва­ли его: к темам любви, сво­бо­ды, друж­бы, твор­че­ства. В сти­хо­тво­ре­ни­ях поэт вы­ра­жал свое ви­де­ние мира, свои пе­ре­жи­ва­ния. Лю­бовь для Пуш­ки­на  — спут­ни­ца юно­сти. Но она со­про­вож­да­ет поэта всю жизнь. Лю­бовь в ли­ри­ке Пуш­ки­на по­яв­ля­ет­ся в раз­ных об­ра­зах: 1) лю­бовь как чув­ство иде­аль­ное, воз­вы­шен­ное, 2) лю­бовь как ми­мо­лет­ное увле­че­ние. От­ли­чи­тель­ной чер­той лю­бов­ной ли­ри­ки Пуш­ки­на яв­ля­ет­ся гу­ма­низм как ос­но­ва любви, любви в раз­ных ее про­яв­ле­ни­ях: ра­дост­ных, пе­чаль­ных, груст­ных.

В мно­го­чис­лен­ных сти­хо­тво­ре­ни­ях, по­свя­щен­ных воз­люб­лен­ным, со­зда­ны яркие об­ра­зы лю­би­мых жен­щин. Од­на­ко лю­бовь рас­смат­ри­ва­лась как чув­ство пре­хо­дя­щее. Пуш­кин не искал веч­ной любви, веч­ной для него была толь­ко по­треб­ность лю­бить. Лю­бовь для Пуш­ки­на-ли­ри­ка ста­но­вит­ся пред­ме­том вы­со­кой по­э­зии. Она слов­но вы­ве­де­на за пре­де­лы быта, жи­тей­ской «прозы». «Сти­хо­тво­ре­ния, коих цель го­ря­чить во­об­ра­же­ние лю­бо­страст­ны­ми опи­са­ни­я­ми, уни­жа­ют по­э­зию»,  — го­во­рит Пуш­кин.

3.  Са­ти­ри­че­ское изоб­ра­же­ние чи­нов­ни­ков в поэме Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души».

Тер­мин «чи­нов­ни­че­ство» про­изо­шел от древ­не­рус­ско­го «чин», что озна­ча­ло «ряд, строй, уста­нов­лен­ный по­ря­док» (на­ру­ше­ние ко­то­ро­го есть бес­чин­ство). Но эти зна­че­ния те­перь за­бы­ты. В нашем пред­став­ле­нии чин  — это зва­ние, поз­во­ля­ю­щее за­ни­мать опре­де­лен­ные долж­но­сти. Таким об­ра­зом, чи­нов­ни­че­ство (со­вре­мен­ный его си­но­ним  — бю­ро­кра­тия)  — это ка­те­го­рия лиц, про­фес­си­о­наль­но за­ня­тых де­ло­про­из­вод­ством и вы­пол­не­ни­ем ис­пол­ни­тель­ских функ­ций в си­сте­ме го­су­дар­ствен­но­го управ­ле­ния. Чи­нов­ни­че­ство во всех его про­яв­ле­ни­ях по­ка­за­но Го­го­лем на стра­ни­цах «Мерт­вых душ».

Поэма «Мерт­вые души»  — слож­ное про­из­ве­де­ние, в ко­то­ром пе­ре­пле­та­ют­ся бес­по­щад­ная са­ти­ра и фи­ло­соф­ские раз­мыш­ле­ния ав­то­ра о судь­бе Рос­сии и ее на­ро­да. Жизнь гу­берн­ско­го го­ро­да по­ка­за­на в вос­при­я­тии Чи­чи­ко­ва и ав­тор­ских ли­ри­че­ских от­ступ­ле­ни­ях. Чи­нов­ни­ки  — это сво­е­го рода вер­ши­те­ли судеб жи­те­лей гу­берн­ско­го го­ро­да. От них за­ви­сит ре­ше­ние лю­бо­го, даже ма­лень­ко­го во­про­са. Но ни одно дело не рас­смат­ри­ва­ет­ся в го­ро­де без взя­ток. Взя­точ­ни­че­ство, каз­но­крад­ство и гра­беж на­се­ле­ния  — яв­ле­ния в го­ро­де по­сто­ян­ные и по­все­мест­ные. «Слуги на­ро­да» по­и­сти­не еди­но­душ­ны в своем стрем­ле­нии ши­ро­ко по­жить за счет сумм «нежно лю­би­мо­го ими Оте­че­ства». По­лиц­мей­сте­ру сто­и­ло толь­ко миг­нуть, про­хо­дя мимо рыб­но­го ряда, как на его столе по­яв­ля­лись «бе­лу­га, осет­ры, семга, икра па­юс­ная, икра све­же­про­соль­ная, се­лед­ки, се­врюж­ки, сыры, коп­че­ные языки и ба­лы­ки,  — это все было со сто­ро­ны рыб­но­го ряда». Все чи­нов­ни­ки имеют низ­кий уро­вень об­ра­зо­ван­но­сти. Го­голь с иро­ни­ей на­зы­ва­ет их «лю­дь­ми более или менее про­све­щен­ны­ми», по­то­му что «кто читал Ка­рам­зи­на, кто «Мос­ков­ские ве­до­мо­сти», кто даже и со­всем ни­че­го не читал.... » В раз­мыш­ле­нии о «тол­стых и тон­ких» автор по­ка­зы­ва­ет, как по­сте­пен­но го­су­дар­ствен­ные люди, «за­слу­жив все­об­щее ува­же­ние, остав­ля­ют служ­бу.... и де­ла­ют­ся слав­ны­ми по­ме­щи­ка­ми, слав­ны­ми рус­ски­ми ба­ра­ми, хле­бо­со­ла­ми, и живут и хо­ро­шо живут». Это от­ступ­ле­ние яв­ля­ет­ся злой са­ти­рой на чи­нов­ни­ков-гра­би­те­лей и на «хле­бо­соль­ных» рус­ских бар, ве­ду­щих празд­ное су­ще­ство­ва­ние, бес­цель­но коп­тя­щих небо.

4.  Ка­ко­ва нрав­ствен­ная про­бле­ма­ти­ка прозы Л. Н. Тол­сто­го? (По од­но­му из про­из­ве­де­ний по вы­бо­ру уча­ще­го­ся)

В про­из­ве­де­ни­ях рус­ских пи­са­те­лей можно найти от­ве­ты на самые жи­во­тре­пе­щу­щие во­про­сы. Во­про­сы, на ко­то­рые не может от­ве­тить ни одна наука, во­про­сы че­ло­ве­че­ских вза­и­мо­от­но­ше­ний, мо­ра­ли, нрав­ствен­но­сти. Имен­но по­это­му ли­те­ра­ту­ра  — осо­бое ис­кус­ство.

В рас­ска­зе Л. Тол­сто­го «После бала» пи­са­тель за­став­ля­ет чи­та­те­лей за­ду­мать­ся над та­ки­ми нрав­ствен­ны­ми ка­те­го­ри­я­ми, как честь, долг, со­весть, ко­то­рые во все вре­ме­на де­ла­ли от­вет­ствен­ным че­ло­ве­ка за все про­ис­хо­дя­щее с ним и с об­ще­ством. К этим раз­мыш­ле­ни­ям нас под­во­дит сама ком­по­зи­ция рас­ска­за, по­стро­ен­ная на про­ти­во­по­став­ле­нии кар­тин бала и на­ка­за­ния бег­ло­го сол­да­та, пе­ре­дан­ных через вос­при­я­тие мо­ло­до­го че­ло­ве­ка Ивана Ва­си­лье­ви­ча. Имен­но ему пред­сто­ит по­нять, «что хо­ро­шо, что дурно», дать оцен­ку уви­ден­но­му и сде­лать выбор своей даль­ней­шей судь­бы.

Го­ря­чий, впе­чат­ли­тель­ный юноша впер­вые в жизни столк­нул­ся с же­сто­кой не­спра­вед­ли­во­стью, с уни­же­ни­ем че­ло­ве­че­ско­го до­сто­ин­ства, про­яв­лен­ны­ми даже и не по от­но­ше­нию к нему. Он уви­дел, что страш­ная рас­пра­ва над че­ло­ве­ком вер­ши­лась обы­ден­но, при­выч­но че­ло­ве­ком, ко­то­рый сам не­дав­но на балу был добр, весел.

В живую душу юноши вошел ужас от уви­ден­но­го, ему «было до такой сте­пе­ни стыд­но», что он «опу­стил глаза», «по­то­ро­пил­ся уйти домой». По­че­му же не вме­шал­ся в про­ис­хо­дя­щее, не вы­ра­зил свое не­го­до­ва­ние, не об­ви­нил в же­сто­ко­сти и без­ду­шии пол­ков­ни­ка? На­вер­ное, по­то­му, что такая страш­ная сцена, впер­вые уви­ден­ная, про­сто оше­ло­ми­ла мо­ло­до­го че­ло­ве­ка, а еще сму­ти­ла та ис­крен­ность, с ко­то­рой вел себя пол­ков­ник при этом на­ка­за­нии. «Оче­вид­но, он что‑то знает такое, чего я не знаю,  — раз­ду­мы­вал Иван Ва­си­лье­вич.  — Если бы я знал то, что он знает, я бы по­ни­мал и то, что я видел, и это не му­чи­ло бы меня». Из рас­ска­за мы узна­ем, что «дойти до корня» в своих раз­мыш­ле­ни­ях Ивану Ва­си­лье­ви­чу не уда­лось. Но со­весть его не поз­во­ли­ла в даль­ней­шей жизни стать во­ен­ным, по­то­му что не смог он вот так «по за­ко­ну» рас­пра­вить­ся с че­ло­ве­ком, слу­жить же­сто­ко­сти.

Автор раз­об­ла­ча­ет объ­ек­тив­ные со­ци­аль­ные усло­вия, при­ви­ва­ю­щие че­ло­ве­ку лож­ные нрав­ствен­ные ка­те­го­рии, но ак­цент в этом рас­ска­зе сде­лан имен­но на от­вет­ствен­но­сти каж­до­го за то, что он со­вер­ша­ет в жизни.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Что объ­еди­ня­ет пред­ста­ви­те­лей фа­му­сов­ско­го об­ще­ства? (По ко­ме­дии А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума»)

Ко­ме­дия «Горе от ума» на­пи­са­на в 1824 году. В это время в Рос­сии на­блю­да­ет­ся бур­ное раз­ви­тие об­ще­ствен­ной мысли и по­яв­ле­ние тай­ных по­ли­ти­че­ских об­ществ. Глав­ный герой ко­ме­дии  — Чац­кий  — пред­ста­ви­тель новых идей, вы­де­ля­ю­щий­ся на фоне пат­ри­ар­халь­ной Моск­вы, бо­я­щей­ся и не же­ла­ю­щей ни­ка­ких пе­ре­мен. Имен­но с этой Моск­вой бо­рет­ся Чац­кий. Гри­бо­едов изоб­ра­зил фа­му­сов­ское об­ще­ство, от­ра­зив при этом весь мос­ков­ский выс­ший свет. Все об­ще­ство при­дер­жи­ва­ет­ся одних взгля­дов: не­на­висть к про­све­ще­нию, при­вер­жен­ность к ста­рым тра­ди­ци­ям, под­ра­жа­ние ино­стран­цам. Чац­ко­го воз­му­ща­ет сле­пое сле­до­ва­ние всему ино­стран­но­му. На­при­мер, в об­ра­зо­ва­нии важно лишь на­ли­чие и при­сут­ствие учи­те­лей «чис­лом по­бо­лее, ценою по­де­шев­ле». Все де­вуш­ки вос­пи­ты­ва­ют­ся на фран­цуз­ских ро­ма­нах. Кре­пост­ное право для фа­му­сов­ско­го об­ще­ства  — нор­маль­ное яв­ле­ние. Здесь встре­ча­ют людей «по одеж­ке». Если че­ло­век богат, то не­важ­но, что он про­вел всю жизнь в уни­же­ни­ях. Все фа­му­сов­ское окру­же­ние объ­еди­ня­ет бо­язнь из­ме­не­ний. Они по­ни­ма­ют, что если в об­ще­ство при­дут идеи Чац­ко­го, то они  — все эти Фа­му­со­вы и Мол­ча­ли­ны  — оста­нут­ся не у дел. Боль­шую роль в пьесе иг­ра­ют и внес­це­ни­че­ские пер­со­на­жи. Они не по­яв­ля­ют­ся на сцене, од­на­ко имеют боль­шое зна­че­ние для рас­кры­тия ос­нов­но­го кон­флик­та пьесы. Их об­ра­зы мак­си­маль­но обоб­ще­ны. Ав­то­ру не ин­те­рес­на их фи­ло­со­фия, они за­ни­ма­ют его лишь как важ­ные при­ме­ты вре­ме­ни. На­при­мер, такие герои как г. N. и г. В., за­ин­те­ре­со­ван­ные лишь в рас­про­стра­не­нии спле­тен. Чац­кий шутит, вы­сме­и­ва­ет свя­щен­ные нормы жизни фа­му­сов­ско­го об­ще­ства.

Итак, в «груп­пе из два­дца­ти лиц» от­ра­зи­лась вся преж­няя Москва, ее ри­су­нок, то­гдаш­ний ее дух, ис­то­ри­че­ский мо­мент и нравы”.

2.  В чем свое­об­ра­зие лю­бов­ной ли­ри­ки М. Ю. Лер­мон­то­ва?

Лю­бов­ная тема в ли­ри­ке лю­бо­го поэта за­ни­ма­ет осо­бен­ное место. Это свя­за­но с тем, что слиш­ком мно­гое ока­зы­ва­ет­ся био­гра­фич­ным.

Лю­бовь для Лер­мон­то­ва  — осо­бое, ни с чем не срав­ни­мое чув­ство, по­то­му для нее от­ве­де­но осо­бен­ное место в твор­че­ских ис­ка­ни­ях. При этом оно все­гда не­раз­де­лен­ное или утра­чен­ное. Для поэта ха­рак­тер­ным и тра­ди­ци­он­ным ста­но­вит­ся мотив не­вер­ной любви, раз­лу­ки по вине лю­би­мой, но ока­зав­шей­ся не­до­стой­ной вы­со­ких и свет­лых чувств жен­щи­ны. Раз­лад между дей­стви­тель­но­стью и меч­той, ха­рак­тер­ный для ро­ман­ти­че­ско­го на­прав­ле­ния в ли­ри­ке, ока­зы­ва­ет­ся убий­ствен­ным для бо­же­ствен­но­го чув­ства, раз­ру­ша­ет его без остат­ка.

Пред­ме­том для ана­ли­за могут стать сти­хо­тво­ре­ния: «Сонет», «Я не уни­жусь пред тобою…, «Ва­ле­рик»

3.  Как рас­кры­ва­ет­ся в ро­ма­не А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин» про­бле­ма не­ре­а­ли­зо­ван­ных воз­мож­но­стей лич­но­сти?

Образ Оне­ги­на по­слу­жил ос­но­ва­ни­ем для со­зда­ния целой пле­я­ды «лиш­них людей» в рус­ской ли­те­ра­ту­ре. Вслед за ним по­яв­ля­ют­ся об­ра­зы Пе­чо­ри­на («Герой на­ше­го вре­ме­ни» Лер­мон­то­ва), Ру­ди­на («Рудин» И. С. Тур­ге­не­ва), Об­ло­мо­ва («Об­ло­мов» И. А. Гон­ча­ров). Оне­ги­ным Пуш­кин на­ме­тил ос­нов­ные со­ци­аль­ные и че­ло­ве­че­ские черты ха­рак­те­ров, не ре­а­ли­зо­вав­ших­ся в со­вре­мен­ную им эпоху.

Оне­гин с са­мо­го на­ча­ла ро­ма­на пред­ста­ет перед нами как че­ло­век свет­ский, при­чем свет­ский не толь­ко по об­ра­зу жизни сво­е­му, но и «по духу»: он пре­крас­но чув­ству­ет себя в «выс­шем» об­ще­стве, он впи­тал в себя свет­скую мо­раль с ее ли­це­ме­ри­ем, ци­низ­мом, фаль­шью. Его образ жизни, его вос­пи­та­ние де­ла­ют героя не­спо­соб­ным к упор­но­му труду  — в этом при­чи­на его раз­дво­ен­но­сти и скуки. След­стви­ем его жиз­нен­но­го опыта ста­но­вит­ся са­мо­уве­рен­ность и без­апел­ля­ци­он­ность. Оне­гин не верит в воз­мож­ность сча­стья. Стра­дая от бес­ко­неч­ной скуки, он, в сущ­но­сти, не за­ду­мы­ва­ет­ся над смыс­лом че­ло­ве­че­ско­го су­ще­ство­ва­ния. Жизнь Оне­ги­на пуста, это веч­ный ски­та­лец в рус­ской земле. Пуш­кин остав­ля­ет ему воз­мож­ность ду­хов­но­го воз­рож­де­ния, спо­соб­ность об­ре­те­ния любви, од­на­ко сча­стье для него на­все­гда по­те­ря­но. Тра­ге­дия Оне­ги­на не в его жиз­нен­ных об­сто­я­тель­ствах, а, пре­жде всего, в его ми­ро­ощу­ще­нии.

4.  По­че­му Ва­си­лий Тер­кин из од­но­имен­ной поэмы А. Т. Твар­дов­ско­го стал по­и­сти­не на­род­ным ге­ро­ем?

«Ва­си­лий Тер­кин»  — это «книга про бойца». Тер­кин по­яв­ля­ет­ся на пер­вых стра­ни­цах про­из­ве­де­ния как не­при­тя­за­тель­ный сол­дат-ба­ла­гур, уме­ю­щий по­за­ба­вить и по­ве­се­лить бой­цов в по­хо­де и на при­ва­ле, про­сто­душ­но по­сме­и­ва­ю­щий­ся над оплош­но­стя­ми то­ва­ри­щей. Но в его шутке все­гда со­дер­жит­ся глу­бо­кая и се­рьез­ная мысль: герой раз­мыш­ля­ет о тру­со­сти и храб­ро­сти, вер­но­сти и ве­ли­ко­ду­шии, ве­ли­кой любви и не­на­ви­сти. Од­на­ко свою за­да­чу поэт видел не толь­ко в том, чтобы прав­ди­во на­ри­со­вать образ од­но­го из мил­ли­о­нов людей, кто при­нял на свои плечи всю тя­жесть борь­бы с вра­гом. По­сте­пен­но образ Тер­ки­на все боль­ше при­об­ре­та­ет черты обоб­щен­ные, почти сим­во­ли­че­ские. Герой оли­це­тво­ря­ет собой народ:

В бой, впе­ред, в огонь кро­меш­ный

Он идет, свя­той и греш­ный,

Рус­ский чудо-че­ло­век.

Вы­со­кое ма­стер­ство поэта про­яви­лось в том, что он сумел, не при­укра­ши­вая, но и не «при­зем­ляя» героя, во­пло­тить в нем ко­рен­ные нрав­ствен­ные ка­че­ства рус­ско­го на­ро­да: пат­ри­о­тизм, со­зна­ние от­вет­ствен­но­сти за судь­бу Ро­ди­ны, го­тов­ность к са­мо­от­вер­жен­но­му по­дви­гу, лю­бовь к труду. Со­здан­ный Твар­дов­ским образ на­род­но­го героя Ва­си­лия Тер­ки­на оли­це­тво­ря­ет не­сги­ба­е­мый ха­рак­тер сол­да­та, его му­же­ство и стой­кость, юмор и на­ход­чи­вость. Поэма Твар­дов­ско­го  — про­из­ве­де­ние вы­да­ю­ще­е­ся, под­лин­но но­ва­тор­ское. И со­дер­жа­ние, и форма ее по­и­сти­не на­род­ные. По­это­му она и стала самым зна­чи­тель­ным по­э­ти­че­ским про­из­ве­де­ни­ем о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войне, по­лю­би­лась мил­ли­о­нам чи­та­те­лей и по­ро­ди­ла, в свою оче­редь, в на­ро­де сотни под­ра­жа­нии и «про­дол­же­ний».

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Что поз­во­ля­ет от­не­сти по­весть Н. М. Ка­рам­зи­на «Бед­ная Лиза» к сен­ти­мен­та­лиз­му?

Сен­ти­мен­та­лизм  — на­прав­ле­ние в ли­те­ра­ту­ре и ис­кус­стве вто­рой по­ло­ви­ны XVIII века, от­ме­чен­ное по­вы­шен­ным ин­те­ре­сом к че­ло­ве­че­ско­му чув­ству, эмо­ци­о­наль­но­му вос­при­я­тию окру­жа­ю­ще­го мира. Су­ще­ствен­но при этом, что сен­ти­мен­та­лизм вы­дви­гал в ка­че­стве героя че­ло­ве­ка про­сто­го, не­знат­но­го.

В духе сен­ти­мен­та­лиз­ма на­пи­са­но про­из­ве­де­ние Н. М. Ка­рам­зи­на «Бедна Лиза». Ти­пич­ным про­яв­ле­ни­ем сен­ти­мен­та­лиз­ма в по­ве­сти яв­ля­ет­ся от­ра­же­ние по­зи­ции про­све­щен­но­го дво­ря­ни­на, со­чув­ству­ю­ще­го го­ре­стям про­сто­го че­ло­ве­ка: с этой точки зре­ния до­воль­но де­мо­кра­тич­ны для сво­е­го вре­ме­ни слова ав­то­ра, зву­ча­щие в по­ве­сти: «и кре­стьян­ки лю­бить умеют». Пей­заж в про­из­ве­де­ни­ях сен­ти­мен­та­ли­стов по­лу­ча­ет эмо­ци­о­наль­ную ха­рак­те­ри­сти­ку  — это не про­сто фон, на ко­то­ром раз­во­ра­чи­ва­ют­ся со­бы­тия, а живой участ­ник по­вест­во­ва­ния. Для Ка­рам­зи­на также ха­рак­те­рен культ при­ро­ды: при­ро­да со­пе­ре­жи­ва­ет Лизе, живо ре­а­ги­ру­ет на про­ис­хо­дя­щее. Пе­ре­чис­лен­ные при­зна­ки поз­во­ля­ют счи­тать по­весть Ка­рам­зи­на «Бед­ная Лиза» сен­ти­мен­таль­ным про­из­ве­де­ни­ем.

2.  Как по­ка­за­на связь мира при­ро­ды и мира че­ло­ве­ка в ли­ри­ке А. А. Фета?

Образ при­ро­ды в по­э­зии по­мо­га­ет вы­явить и вы­ра­зить слож­ную, про­ти­во­ре­чи­вую ду­хов­ную жизнь че­ло­ве­ка, об­ре­чен­но­го вечно стре­мить­ся к сли­я­нию с при­ро­дой и ни­ко­гда не до­сти­гать его. Тема при­ро­ды ор­га­ни­че­ски свя­зы­ва­ет­ся у Фета с фи­ло­соф­ским осмыс­ле­ни­ем жизни. Фе­тов­ское вос­при­я­тие пей­за­жа пе­ре­да­ет тон­чай­шие ню­ан­сы че­ло­ве­че­ских чувств и на­стро­е­ний в их при­чуд­ли­вой из­мен­чи­во­сти:

Какая ночь! Все звез­ды до еди­ной

Тепло и крот­ко в душу смот­рят вновь,

И в воз­ду­хе за пес­ней со­ло­вьи­ной

Раз­но­сят­ся тре­во­га и лю­бовь.

Ве­сен­нее об­нов­ле­ние при­ро­ды по­рож­да­ет в душе ли­ри­че­ско­го героя не­яс­ные пред­чув­ствия сча­стья, взвол­но­ван­но­го ожи­да­ния любви.

Фет умел оче­ло­ве­чить при­ро­ду, на­хо­дить в ней от­звук своим на­стро­е­ни­ям и чув­ствам, тонко ощу­щал пре­лесть рус­ской при­ро­ды, любил кра­со­ту род­но­го пей­за­жа:

Сын се­ве­ра, люблю я шум лес­ной

И зе­ле­ни рас­ти­тель­ную сы­рость…—

Писал он в сти­хо­тво­ре­нии «Ита­лия»

Для ана­ли­за можно взять сти­хо­тво­ре­ния Фета: «Еще весны ду­ши­стой нега…», «Я при­шел к тебе с при­ве­том…», «Пер­вый лан­дыш» и др.

3.  По­че­му «Мерт­вые души» Н. В. Го­голь на­звал по­э­мой?

Го­голь за­ду­мы­вая «Мерт­вые души», хотел со­здать про­из­ве­де­ние, по­доб­ное «Боже-ствен­ной ко­ме­дии» Данте. Пи­са­те­ля вдох­нов­ля­ло стрем­ле­ние пре­одо­леть зло, за­пол­нив­шее жизнь, пре­об­ра­зить своих ге­ро­ев и по­ка­зать чи­та­те­лям не толь­ко ужа­са­ю­щее зре­ли­ще че­ло­ве­че­ских по­ро­ков (ад), но и их ис­прав­ле­ние (чи­сти­ли­ще) и воз­рож­де­ние (рай). По­это­му по ана­ло­гии с по­э­мой Данте Го­голь на­звал свое про­из­ве­де­ние по­э­мой.

4.  Какие черты на­род­но­го ха­рак­те­ра нашли во­пло­ще­ние в об­ра­зе Ва­си­лия Тер­ки­на? (По поэме А. Твар­дов­ско­го «Ва­си­лий Тер­кин»)

«Ва­си­лий Тер­кин»  — это «книга про бойца». Тер­кин по­яв­ля­ет­ся на пер­вых стра­ни­цах про­из­ве­де­ния как не­при­тя­за­тель­ный сол­дат-ба­ла­гур, уме­ю­щий по­за­ба­вить и по­ве­се­лить бой­цов в по­хо­де и на при­ва­ле, про­сто­душ­но по­сме­и­ва­ю­щий­ся над оплош­но­стя­ми то­ва­ри­щей. Но в его шутке все­гда со­дер­жит­ся глу­бо­кая и се­рьез­ная мысль: герой раз­мыш­ля­ет о тру­со­сти и храб­ро­сти, вер­но­сти и ве­ли­ко­ду­шии, ве­ли­кой любви и не­на­ви­сти. Од­на­ко свою за­да­чу поэт видел не толь­ко в том, чтобы прав­ди­во на­ри­со­вать образ од­но­го из мил­ли­о­нов людей, кто при­нял на свои плечи всю тя­жесть борь­бы с вра­гом. По­сте­пен­но образ Тер­ки­на все боль­ше при­об­ре­та­ет черты обоб­щен­ные, почти сим­во­ли­че­ские. Герой оли­це­тво­ря­ет собой народ:

В бой, впе­ред, в огонь кро­меш­ный

Он идет, свя­той и греш­ный,

Рус­ский чудо-че­ло­век.

Вы­со­кое ма­стер­ство поэта про­яви­лось в том, что он сумел, не при­укра­ши­вая, но и не «при­зем­ляя» героя, во­пло­тить в нем ко­рен­ные нрав­ствен­ные ка­че­ства рус­ско­го на­ро­да: пат­ри­о­тизм, со­зна­ние от­вет­ствен­но­сти за судь­бу Ро­ди­ны, го­тов­ность к са­мо­от­вер­жен­но­му по­дви­гу, лю­бовь к труду. Со­здан­ный Твар­дов­ским образ на­род­но­го героя Ва­си­лия Тер­ки­на оли­це­тво­ря­ет не­сги­ба­е­мый ха­рак­тер сол­да­та, его му­же­ство и стой­кость, юмор и на­ход­чи­вость.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Что сбли­жа­ет и что раз­ли­ча­ет ав­то­ра и его героя в ро­ма­не А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин»?

Ху­до­же­ствен­ное свое­об­ра­зие ро­ма­на «Ев­ге­ний Оне­гин» со­сто­ит в том, что одним из пер­со­на­жей его яв­ля­ет­ся сам автор. Что сбли­жа­ет ав­то­ра с его ге­ро­ем? Пре­жде всего,  — жиз­нен­ные об­сто­я­тель­ства. Автор и герой  — люди од­но­го круга. Мо­ло­дость обоих про­шла в свет­ском об­ще­стве: балы, театр, дру­же­ские ве­че­рин­ки, ро­ма­ны... Од­на­ко уже здесь за­мет­но раз­ли­чие между ними.

Оне­гин с са­мо­го на­ча­ла ро­ма­на пред­ста­ет перед нами как че­ло­век свет­ский, при­чем свет­ский не толь­ко по об­ра­зу жизни сво­е­му, но и «по духу»: он пре­крас­но чув­ству­ет себя в «выс­шем» об­ще­стве, он впи­тал в себя свет­скую мо­раль с ее ли­це­ме­ри­ем, ци­низ­мом, фаль­шью. Автор же с са­мо­го на­ча­ла резко от­де­ля­ет себя от свет­ско­го мира. Как и Оне­гин, автор пре­крас­но по­ни­ма­ет, как тя­же­ло «усло­вий света ...бремя». Поэт опи­сы­ва­ет выс­ший свет ис­клю­чи­тель­но в иро­ни­че­ских тонах: вид «ве­ли­ча­вых», «не­при­ступ­ных» дам вы­зы­ва­ет в нем «сплин», их «умный» раз­го­вор для него  — «не­снос­ный, хоть не­вин­ный вздор».

Имен­но здесь автор сбли­жа­ет­ся с Оне­ги­ным, от­кры­ва­ет в герое сим­па­тич­ные ему черты: «меч­там не­воль­ную пре­дан­ность», «не­под­ра­жа­тель­ную стран­ность» и «рез­кий, охла­жден­ный ум». Од­на­ко тут же поэт за­ме­ча­ет раз­ни­цу: «Я был озлоб­лен, он угрюм». И с этого мо­мен­та раз­ли­чия между ними про­сту­па­ют все яв­ствен­нее и за­мет­нее. Оне­гин далек от всего рус­ско­го, на­ци­о­наль­но­го. Он чи­та­ет ев­ро­пей­скую ли­те­ра­ту­ру, ку­ми­ра­ми его яв­ля­ют­ся Бай­рон, На­по­ле­он. Он, в сущ­но­сти, рав­но­ду­шен к Рос­сии, его вос­пи­ты­вал фран­цуз-гу­вер­нер, при­ви­вая ре­бен­ку ев­ро­пей­ские ма­не­ры, стиль мыш­ле­ния, куль­ту­ру. Оне­гин  — ро­ман­ти­че­ский герой «ев­ро­пей­ско­го типа». Автор же  — че­ло­век рус­ский по духу сво­е­му и ми­ро­ощу­ще­нию, ис­то­ки его лич­ност­но­го раз­ви­тия  — в рус­ской куль­ту­ре.

Не по-рус­ски» ци­ни­чен Оне­гин и в се­мей­ной сфере, род­ствен­ные от­но­ше­ния для него прак­ти­че­ски ни­че­го не зна­чат. В ро­ма­не лишь упо­ми­на­ют­ся его отец и дядя, но сам герой изоб­ра­жен вне семьи. Для ав­то­ра же дом и семья  — это самые глав­ные цен­но­сти в жизни.

Для Оне­ги­на «воль­ность и покой  — за­ме­на сча­стью». Для ав­то­ра сча­стье  — «яс­ность души», «ко благу чи­стая лю­бовь», «мла­дое вдох­но­ве­нье», «не­це­ре­мон­ные дру­зья» и «бур­ные любви же­ла­нья», «до­маш­ний круг», «про­гул­ки, чте­нье, сон глу­бо­кий, Лес­ная тень, жур­ча­нье струй»  — все то раз­но­об­ра­зие чувств, мыс­лей и за­ня­тий, ко­то­рое че­ло­ве­ку дает жизнь.

Раз­ли­ча­ют­ся автор и герой и от­но­ше­ни­ем к людям, вос­при­я­ти­ем лич­но­сти дру­го­го че­ло­ве­ка. Свое­во­лие и эго­изм Оне­ги­на ста­но­вят­ся под­лин­ной при­чи­ной его дуэли с Лен­ским. Для Пуш­ки­на же по­доб­ное по­ве­де­ние не­при­ем­ле­мо.

Таким об­ра­зом, пуш­кин­ский герой во мно­гом от­ли­ча­ет­ся от ав­то­ра, ми­ро­ощу­ще­ние ко­то­ро­го по­кой­но и гар­мо­нич­но, жизнь оду­хо­тво­ре­на твор­че­ским по­ис­ком, по­э­ти­че­ским тру­дом, об­ще­ни­ем с дру­зья­ми. Жизнь Оне­ги­на пуста, это веч­ный ски­та­лец в рус­ской земле. Пуш­кин остав­ля­ет ему воз­мож­ность ду­хов­но­го воз­рож­де­ния, спо­соб­ность об­ре­те­ния любви, од­на­ко сча­стье для него на­все­гда по­те­ря­но. Тра­ге­дия Оне­ги­на не в его жиз­нен­ных об­сто­я­тель­ствах, а, пре­жде всего, в его ми­ро­ощу­ще­нии.

2.  По­че­му дуэль Пе­чо­ри­на и Груш­ниц­ко­го ока­за­лась не­из­беж­ной? (По ро­ма­ну М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни».)

Груш­ниц­кий да­ет­ся в ро­ма­не гла­за­ми Пе­чо­ри­на, ко­то­рый до­воль­но иро­нич­но от­но­сит­ся к «при­я­те­лю». Оба героя яв­ля­ют­ся участ­ни­ка­ми во­ен­ных дей­ствий на Кав­ка­зе. Они встре­ча­ют­ся в Пя­ти­гор­ске, куда их на­пра­ви­ли из дей­ству­ю­ще­го от­ря­да на отдых и ле­че­ние. Пе­чо­рин не­мно­го стар­ше Груш­ниц­ко­го, но его чув­ство пре­вос­ход­ства над при­я­те­лем про­дик­то­ва­но не воз­рас­том и даже не офи­цер­ским чином, о ко­то­ром меч­та­ет Груш­ниц­кий. Во-пер­вых, Пе­чо­рин на всех по­смат­ри­ва­ет свы­со­ка и никто не может се­рьез­но про­ти­во­сто­ять ему, а во-вто­рых, Груш­ниц­кий дей­стви­тель­но за­слу­жи­ва­ет на­смеш­ки. Про­ни­ца­тель­ный Пе­чо­рин сразу видит все его мел­кие сла­бо­сти: бо­язнь по­ка­зать­ся слиш­ком юным, вы­чур­ность речи, страсть к го­то­вым пыш­ным фра­зам «на все слу­чаи жизни». Таких людей «про­сто пре­крас­ное не тро­га­ет», и они «важно дра­пи­ру­ют­ся в не­обык­но­вен­ные чув­ства, воз­вы­шен­ные стра­сти и ис­клю­чи­тель­ные стра­да­ния». И все-таки может по­ка­зать­ся стран­ным за­яв­ле­ние Пе­чо­ри­на: «...мы когда-ни­будь с ним столк­нем­ся на узкой до­ро­ге, и од­но­му из нас не­сдоб­ро­вать». По­че­му какой-то смеш­ной позер Груш­ниц­кий вы­зы­ва­ет у Пе­чо­ри­на рез­кое чув­ство ан­ти­па­тии? На­вер­ное, по­то­му, что Пе­чо­рин видит в Груш­ниц­ком ка­ри­ка­ту­ру на са­мо­го себя. То, что го­во­рит Груш­ниц­кий, по-на­сто­я­ще­му пе­ре­жи­ва­ет Пе­чо­рин. Груш­ниц­кий при­тво­ря­ет­ся разо­ча­ро­ван­ным и ску­ча­ю­щим, по­то­му что это модно, а Пе­чо­рин дей­стви­тель­но разо­ча­ро­ван и не может из­ба­вить­ся от смер­тель­ной скуки. Для него ханд­ра не поза, а не­сча­стье всей жизни. По­это­му кон­фликт между ними не­из­бе­жен.

3.  Ка­ко­во от­но­ше­ние Н. В. Го­го­ля к глав­но­му герою по­ве­сти «Ши­нель»?

«Зачем же изоб­ра­жать бед­ность...и не­со­вер­шен­ства нашей жизни, вы­ка­пы­вая людей из жизни, от­да­лен­ных за­ко­ул­ков го­су­дар­ства?... нет, бы­ва­ет время, когда иначе нель­зя устре­мить об­ще­ство и даже по­ко­ле­ние к пре­крас­но­му, пока не по­ка­жешь всю глу­би­ну его на­сто­я­щей мер­зо­сти»  — писал Н. В. Го­голь, и в его сло­вах за­ло­жен ключ к по­ни­ма­нию по­ве­сти.

«Глу­би­ну мер­зо­сти» об­ще­ства автор по­ка­зал через судь­бу глав­но­го героя по­ве­сти  — Ака­кия Ака­ки­е­ви­ча Баш­мач­ки­на. Образ его имеет две сто­ро­ны. Пер­вая  — ду­хов­ное и фи­зи­че­ское убо­же­ство, что со­зна­тель­но под­чер­ки­ва­ет­ся Го­го­лем и вы­во­дит­ся на пер­вый план. Вто­рая  — про­из­вол и бес­сер­де­чие окру­жа­ю­щих по от­но­ше­нию к глав­но­му герою по­ве­сти. Со­от­но­ше­ние пер­во­го и вто­ро­го опре­де­ля­ет гу­ма­ни­сти­че­ский пафос про­из­ве­де­ния: даже такой че­ло­век, как Ака­кий Ака­ки­е­вич, имеет право на су­ще­ство­ва­ние и спра­вед­ли­вое к себе от­но­ше­ние. Го­голь со­чув­ству­ет судь­бе сво­е­го героя. И за­став­ля­ет чи­та­те­ля не­воль­но за­ду­мы­вать­ся и об от­но­ше­нии ко всему окру­жа­ю­ще­му миру, и в первую оче­редь о чув­стве до­сто­ин­ства и ува­же­ния, ко­то­рые дол­жен вы­зы­вать к себе каж­дый че­ло­век, не­за­ви­си­мо от его со­ци­аль­но­го и ма­те­ри­аль­но­го по­ло­же­ния, а лишь с уче­том его лич­ных ка­честв и до­сто­инств.

4.  Ка­ко­вы пред­став­ле­ния Г. Р. Дер­жа­ви­на о сущ­но­сти по­э­ти­че­ско­го твор­че­ства?

Тема поэта и по­э­зии  — тра­ди­ци­он­ная тема рус­ской ли­те­ра­ту­ры. О сущ­но­сти по­э­ти­че­ско­го твор­че­ства пи­са­ли Пуш­кин и Лер­мон­тов, Не­кра­сов и поэты се­реб­ря­но­го века. Встре­ча­ем эту тему и в твор­че­стве Дер­жа­ви­на. Про­грамм­ным про­из­ве­де­ни­ем Дер­жа­ви­на стало сти­хо­тво­ре­ние «Па­мят­ник». Глав­ная тема сти­хо­тво­ре­ния  — про­слав­ле­ние ис­тин­ной по­э­зии и утвер­жде­ние вы­со­ко­го на­зна­че­ния поэта. "Оно яв­ля­ет­ся под­лин­ным гим­ном по­э­зии. Ос­нов­ная тема сти­хо­тво­ре­ния за­да­ет­ся уже в пер­вой стро­фе: твор­че­ство ста­но­вит­ся свое­об­раз­ным па­мят­ни­ком его со­зда­те­лю, при­чем этот «чу­дес­ный» па­мят­ник ока­зы­ва­ет­ся проч­нее и дол­го­веч­нее любых «ру­ко­твор­ных мо­ну­мен­тов»  — та­ко­ва сила по­э­ти­че­ско­го ис­кус­ства. И по­след­няя стро­фа сти­хо­тво­ре­ния  — тра­ди­ци­он­ное об­ра­ще­ние к Музе:

О Муза! воз­гор­дись за­слу­гой спра­вед­ли­вой,

И пре­зрит кто тебя, сама тех пре­зи­рай;

Не­при­нуж­ден­ною рукой не­то­роп­ли­вой

Чело твое зарей бес­смер­тия вен­чай.

Эти стро­ки сви­де­тель­ству­ют о том, что Дер­жа­вин бла­го­да­рен своей Музе, и хотя и не на­де­ет­ся на еди­но­душ­ное одоб­ре­ние со­вре­мен­ни­ков, но со­хра­ня­ет черты до­сто­ин­ства и ве­ли­чия на по­ро­ге бес­смер­тия..

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Со­глас­ны ли вы с утвер­жде­ни­ем ис­сле­до­ва­те­ля: «И в языке, и в стиле, и в стихе Лер­мон­тов не под­ра­жал фольк­ло­ру, а со­здал свое про­из­ве­де­ние на ос­но­ве ор­га­ни­че­ски усво­ен­ных им на­род­но-по­э­ти­че­ских тра­ди­ций»? Обос­нуй­те свою по­зи­цию, (по поэме М. Ю. Лер­мон­то­ва «Песня... про купца Ка­лаш­ни­ко­ва»)

«Песня про купца Ка­лаш­ни­ко­ва» (1837) зна­ме­ну­ет на­ча­ло но­во­го этапа в твор­че­ском раз­ви­тии поэта (в том же году были на­пи­са­ны «Бо­ро­ди­но» и «Смерть поэта»). Ни­ко­гда ранее Лер­мон­тов не при­бли­жал­ся так близ­ко к на­род­ной по­э­зии. Бли­зость эта про­яв­ля­ет­ся не про­сто в опре­де­лен­ных фор­маль­ных осо­бен­но­стях (в языке, стихе), но пре­жде всего в вос­про­из­ве­де­нии на­род­но­го со­зна­ния. Поэт смот­рит на своих ге­ро­ев гла­за­ми на­ро­да, под­вер­га­ет их кон­тро­лю и суду с по­зи­ций на­род­ных пред­став­ле­ний о долге, чести и нрав­ствен­но­сти. Есте­ствен­но, что в такой поэме Лер­мон­тов ши­ро­ко ис­поль­зо­вал си­сте­му изоб­ра­зи­тель­ных средств, при­су­щих на­род­но-по­э­ти­че­ско­му твор­че­ству. Но в «Песне про купца Ка­лаш­ни­ко­ва» нет пря­мо­го, бук­валь­но­го за­им­ство­ва­ния из каких-то опре­де­лен­ных фольк­лор­ных тек­стов. Лер­мон­тов твор­че­ски ис­поль­зу­ет на­род­ную по­э­зию, сво­бод­но пе­ре­плав­ляя ее в со­от­вет­ствии со своим за­мыс­лом. Мир уст­но­го на­род­но­го твор­че­ства ор­га­ни­че­ски вхо­дил в ху­до­же­ствен­ный мир Лер­мон­то­ва.

2.  По­че­му роман, ве­ду­щее место в ко­то­ром за­ни­ма­ют Гри­нев и Пу­га­чев, на­зы­ва­ет­ся «Ка­пи­тан­ская дочка»?

В самом на­зва­нии «Ка­пи­тан­ская дочка» со­дер­жит­ся со­еди­не­ние двух миров: част­но­го и об­ще­го. По­вест­во­ва­ние об­ле­че­но в формы «се­мей­ствен­ных за­пи­сок». На­зва­ние ро­ма­на под­чер­ки­ва­ет кос­вен­ное от­но­ше­ние цен­траль­ных ге­ро­ев к ис­то­рии: Маши  — ка­пи­тан­ской дочки, Гри­не­ва  — дво­рян­ско­го сына. Все про­ис­хо­дя­щие со­бы­тия оце­ни­ва­ют­ся пре­жде всего с нрав­ствен­ной, че­ло­ве­че­ской точки зре­ния, что очень важно для са­мо­го ав­то­ра. На­зва­ние по­ве­сти тесно свя­за­но с об­ра­зом Маши Ми­ро­но­вой. В про­из­ве­де­нии утвер­жда­ет­ся вера в че­ло­ве­ка, в без­услов­ную цен­ность его чувств, в по­бе­ду добра, чест­но­сти, бла­го­род­ства. Все эти ка­че­ства во­пло­ще­ны в об­ра­зе про­стой де­вуш­ки  — до­че­ри ка­пи­та­на Ми­ро­но­ва.

3.  По­че­му толь­ко два героя «Мерт­вых душ» Н. В. Го­го­ля имеют био­гра­фию?

В поэме «Мерт­вые души» Го­голь на­де­ля­ет био­гра­фи­я­ми не всех своих пер­со­на­жей, а толь­ко двоих из них: са­мо­го Чи­чи­ко­ва и Плюш­ки­на. Автор про­сле­жи­ва­ет жиз­нен­ный путь своих ге­ро­ев, чтобы по­ка­зать, по­че­му они стали имен­но та­ки­ми, ка­ки­ми яв­ля­ют­ся сей­час.

Но тогда воз­ни­ка­ет во­прос: по­че­му био­гра­фи­я­ми на­де­ле­ны имен­но эти, а не дру­гие герои? Го­голь счи­та­ет, что имен­но этим людям было от при­ро­ды дано боль­ше ума и та­лан­та, не­же­ли дру­гим, и чем глуб­же они пали, тем боль­ше они сами ви­но­ва­ты в этом: они не су­ме­ли ис­поль­зо­вать, об­ра­тить во благо то луч­шее, что дано им из­на­чаль­но. Имен­но этих ге­ро­ев Го­голь хотел про­ве­сти через два дру­гие тома «Мерт­вых душ» и по­ка­зать, как они очи­ща­ют­ся, пре­об­ра­жа­ют­ся.

4.  И. А. Бунин за­кан­чи­ва­ет рас­сказ «Лапти», не рас­кры­вая даль­ней­шую судь­бу ре­бен­ка. Как вы ду­ма­е­те, по­че­му?

В рас­ска­зе от­ра­жа­ет­ся пред­став­ле­ние пи­са­те­ля о тайне че­ло­ве­че­ской жизни, в ко­то­рой все дви­жет­ся волей Гос­по­да, а не силой зла. В «Лап­тях» Бу­ни­на речь идет не толь­ко о про­ти­во­сто­я­нии Не­фе­да и вьюги, но и про­ти­во­сто­я­нии ма­те­ри и сил при­ро­ды («не­про­гляд­ной вьюги», «куда-то бе­ше­но не­су­ще­го­ся степ­но­го моря», «страш­но­го снега»). Обе сто­ро­ны столк­ну­лись в битве за ре­бен­ка, то есть во­пло­щен­ные в при­род­ной сти­хии силы зла – и об­ра­ща­ю­щи­е­ся к Богу («Гос­по­ди, по­мо­ги! Гос­по­ди, за­щи­ти!»), не име­ю­щие воз­мож­но­сти на свои силы люди, через ко­то­рых и в дей­стви­ях ко­то­рых про­яв­ля­ет­ся Про­мы­сел Божий. И по­нять эту тайну че­ло­ве­ку не­воз­мож­но. Самое важ­ное  — по­нять, что за смер­тью не­пре­мен­но идет жизнь. Оправ­да­на ли жерт­ва Не­фе­да или нет, Бунин пред­ла­га­ет нам ре­шить самим.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Са­ти­ри­че­ское об­ли­че­ние чи­нов­ни­ков в поэме Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души».

Тер­мин «чи­нов­ни­че­ство» про­изо­шел от древ­не­рус­ско­го «чин», что озна­ча­ло «ряд, строй, уста­нов­лен­ный по­ря­док» (на­ру­ше­ние ко­то­ро­го есть бес­чин­ство). Но эти зна­че­ния те­перь за­бы­ты. В нашем пред­став­ле­нии чин  — это зва­ние, поз­во­ля­ю­щее за­ни­мать опре­де­лен­ные долж­но­сти. Таким об­ра­зом, чи­нов­ни­че­ство (со­вре­мен­ный его си­но­ним  — бю­ро­кра­тия)  — это ка­те­го­рия лиц, про­фес­си­о­наль­но за­ня­тых де­ло­про­из­вод­ством и вы­пол­не­ни­ем ис­пол­ни­тель­ских функ­ций в си­сте­ме го­су­дар­ствен­но­го управ­ле­ния. Чи­нов­ни­че­ство во всех его про­яв­ле­ни­ях по­ка­за­но Го­го­лем на стра­ни­цах «Мерт­вых душ».

Поэма «Мерт­вые души»  — слож­ное про­из­ве­де­ние, в ко­то­ром пе­ре­пле­та­ют­ся бес­по­щад­ная са­ти­ра и фи­ло­соф­ские раз­мыш­ле­ния ав­то­ра о судь­бе Рос­сии и ее на­ро­да. Жизнь гу­берн­ско­го го­ро­да по­ка­за­на в вос­при­я­тии Чи­чи­ко­ва и ав­тор­ских ли­ри­че­ских от­ступ­ле­ни­ях. Чи­нов­ни­ки  — это сво­е­го рода вер­ши­те­ли судеб жи­те­лей гу­берн­ско­го го­ро­да. От них за­ви­сит ре­ше­ние лю­бо­го, даже ма­лень­ко­го во­про­са. Но ни одно дело не рас­смат­ри­ва­ет­ся в го­ро­де без взя­ток. Взя­точ­ни­че­ство, каз­но­крад­ство и гра­беж на­се­ле­ния  — яв­ле­ния в го­ро­де по­сто­ян­ные и по­все­мест­ные. «Слуги на­ро­да» по­и­сти­не еди­но­душ­ны в своем стрем­ле­нии ши­ро­ко по­жить за счет сумм «нежно лю­би­мо­го ими Оте­че­ства». По­лиц­мей­сте­ру сто­и­ло толь­ко миг­нуть, про­хо­дя мимо рыб­но­го ряда, как на его столе по­яв­ля­лись «бе­лу­га, осет­ры, семга, икра па­юс­ная, икра све­же­про­соль­ная, се­лед­ки, се­врюж­ки, сыры, коп­че­ные языки и ба­лы­ки,  — это все было со сто­ро­ны рыб­но­го ряда». Все чи­нов­ни­ки имеют низ­кий уро­вень об­ра­зо­ван­но­сти. Го­голь с иро­ни­ей на­зы­ва­ет их «лю­дь­ми более или менее про­све­щен­ны­ми», по­то­му что «кто читал Ка­рам­зи­на, кто «Мос­ков­ские ве­до­мо­сти», кто даже и со­всем ни­че­го не читал.... » В раз­мыш­ле­нии о «тол­стых и тон­ких» автор по­ка­зы­ва­ет, как по­сте­пен­но го­су­дар­ствен­ные люди, «за­слу­жив все­об­щее ува­же­ние, остав­ля­ют служ­бу.... и де­ла­ют­ся слав­ны­ми по­ме­щи­ка­ми, слав­ны­ми рус­ски­ми ба­ра­ми, хле­бо­со­ла­ми, и живут и хо­ро­шо живут». Это от­ступ­ле­ние яв­ля­ет­ся злой са­ти­рой на чи­нов­ни­ков-гра­би­те­лей и на «хле­бо­соль­ных» рус­ских бар, ве­ду­щих празд­ное су­ще­ство­ва­ние, бес­цель­но коп­тя­щих небо.

2.  Над ка­ки­ми фи­ло­соф­ски­ми во­про­са­ми раз­мыш­ля­ет Ф. И. Тют­чев в своих сти­хо­тво­ре­ни­ях?

По­э­зия Тют­че­ва полна мысли, это фи­ло­соф­ская по­э­зия. Од­на­ко Тют­чев пре­жде всего был ху­дож­ни­ком. В по­э­ти­че­ские об­ра­зы он об­ле­кал лишь то, что было пе­ре­ду­ма­но и пе­ре­чув­ство­ва­но им самим. Сущ­ность его твор­че­ско­го про­цес­са пре­крас­но опре­де­лил И. С. Тур­ге­нев: «...каж­дое его сти­хо­тво­ре­ние на­чи­на­лось мыс­лию, но мыс­лию, ко­то­рая, как ог­нен­ная точка, вспы­хи­ва­ла под вли­я­ни­ем глу­бо­ко­го чув­ства или силь­но­го впе­чат­ле­ния; вслед­ствие этого, если можно так вы­ра­зить­ся, свой­ства про­ис­хож­де­ния сво­е­го, мысль г. Тют­че­ва ни­ко­гда не яв­ля­ет­ся чи­та­те­лю нагою и от­вле­чен­ною, но все­гда сли­ва­ет­ся с об­ра­зом, взя­тых из мира души или при­ро­ды, про­ни­ка­ет­ся им и сама его про­ни­ка­ет не­раз­дель­но и не­раз­рыв­но» .

3.  По­че­му В. Г. Бе­лин­ский на­звал Ев­ге­ния Оне­ги­на «эго­и­стом по­не­во­ле»? (По ро­ма­ну А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин».)

Ев­ге­ния Оне­ги­на, героя од­но­имен­но­го ро­ма­на А. С. Пуш­ки­на, В. Г. Бе­лин­ский на­звал «стра­да­ю­щим эго­и­стом по­не­во­ле», ибо, об­ла­дая бо­га­тым ду­хов­ным и ин­тел­лек­ту­аль­ным по­тен­ци­а­лом, он не может найти при­ме­не­ния своим спо­соб­но­стям в об­ще­стве, в ко­то­ром ему вы­па­ло жить.

В ро­ма­не Пуш­кин ста­вит во­прос: по­че­му так про­изо­шло? Для от­ве­та на него поэту при­ш­лось ис­сле­до­вать и лич­ность Оне­ги­на  — мо­ло­до­го дво­ря­ни­на 10-х  — на­ча­ла 20-х годов XIX века, и ту жиз­нен­ную среду, ко­то­рая его сфор­ми­ро­ва­ла. По­это­му в ро­ма­не так по­дроб­но рас­ска­зы­ва­ет­ся о вос­пи­та­нии и об­ра­зо­ва­нии Ев­ге­ния, ко­то­рые были ти­пич­ны­ми для людей его круга. Оне­гин разо­ча­ро­вал­ся в свет­ской суете, им овла­де­ла «рус­ская ханд­ра», рож­ден­ная бес­цель­но­стью жизни, не­удо­вле­тво­рен­но­стью ею. Такое кри­ти­че­ское от­но­ше­ние к дей­стви­тель­но­сти ста­вит Ев­ге­ния выше боль­шин­ства людей его круга. Оне­гин, не­со­мнен­но, бли­зок к пе­ре­до­вым идеям сво­е­го вре­ме­ни, и не толь­ко по­то­му, что в своем име­нии «ярем он бар­щи­ны ста­рин­ной об­ро­ком лег­ким за­ме­нил». Весь круг мыс­лей и раз­ду­мий Оне­ги­на от­ра­жа­ет ат­мо­сфе­ру и дух эпохи. На­при­мер, Оне­гин и Лен­ский раз­мыш­ля­ют об «об­ще­ствен­ном до­го­во­ре» Руссо, о науке, ре­ли­гии, нрав­ствен­ных про­бле­мах, то есть обо всем, что за­ни­ма­ло умы пе­ре­до­вых людей того вре­ме­ни. Но, го­во­ря о «рез­ком, охла­жден­ном уме» Ев­ге­ния, о его во мно­гом про­грес­сив­ных взгля­дах, о разо­ча­ро­ван­но­сти в «свете», Пуш­кин под­чер­ки­ва­ет слож­ную вза­и­мо­связь героя и об­ще­ства, его сфор­ми­ро­вав­ше­го. По­то­му Оне­ги­на и можно счи­тать «эго­и­стом по­не­во­ле».

4.  Война в ли­ри­ке рус­ских по­этов вто­рой по­ло­ви­ны ХХ в. (На при­ме­ре сти­хо­тво­ре­ний од­но­го из по­этов по вы­бо­ру уча­ще­го­ся.)

За че­ты­ре ог­нен­ных года ли­те­ра­ту­ра про­шла боль­шой путь. Путь от ярких пат­ри­о­ти­че­ских сти­хов «При­ся­га­ем по­бе­дой» А. Сур­ко­ва и «По­бе­да будет за нами» Н. Асе­е­ва, опуб­ли­ко­ван­ных в «Прав­де» на вто­рой день войны, до со­зда­вав­шей­ся на про­тя­же­нии всей войны бес­смерт­ной поэмы А. Твар­дов­ско­го «Ва­си­лий Тер­кин».

В су­ро­вые годы Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войны ли­ри­ка Твар­дов­ско­го со­звуч­на по­э­зии боль­шин­ства ав­то­ров: рат­ный по­двиг сол­дат и ге­ро­изм тыла, когда даже дети не оста­ва­лись в сто­ро­не от этих со­бы­тий. Вер­ши­ной твор­че­ства этого пе­ри­о­да яв­ля­ет­ся поэма «Ва­си­лий Тер­кин»  — свое­об­раз­ный па­мят­ник духу рус­ско­го че­ло­ве­ка на войне:

Взвод на пра­вом бе­ре­гу

Жив-здо­ров назло врагу!

Лей­те­нант всего лишь про­сит

Огонь­ку туда под­бро­сить.

А уж сле­дом за огнем

Вста­нем, ноги разо­мнем.

Что там есть, пе­ре­ка­ле­чим,

Пе­ре­пра­ву обес­пе­чим...

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Что такое «хле­ста­ков­щи­на»?

«Вся­кий хоть на ми­ну­ту, если не на не­сколь­ко минут, де­лал­ся или де­ла­ет­ся Хле­ста­ко­вым»,  — эта фраза как нель­зя лучше рас­кры­ва­ет смысл «Ре­ви­зо­ра», по­зи­цию ав­то­ра и само яв­ле­ние хле­ста­ков­щи­ны. Не будь так на­пу­га­ны чи­нов­ни­ки и го­род­ни­чий, вряд ли Хле­ста­ко­ва можно было бы при­нять за про­ве­ря­ю­ще­го. Вет­ре­ный, ве­ду­щий вечно празд­ную жизнь на чужие, взя­тые в долг день­ги, Хле­ста­ков мень­ше всех в го­ро­де по­хо­дил на гроз­но­го ре­ви­зо­ра, хотя, воз­мож­но, и об­ла­дал внеш­но­стью ум­но­го про­ни­ца­тель­но­го че­ло­ве­ка, как с са­мо­го на­ча­ло пока-за­лось Боб­чин­ско­му и Доб­чин­ско­му.

Итак, что же такое «хле­ста­ков­щи­на»? Это во­пло­ще­ние же­ла­ния сыг­рать роль по­вы­ше той, что тебе пред­на­зна­че­на, но и во­пло­ще­ние пу­сто­ты су­ще­ство­ва­ния. Ни­что­же­ство, воз­ве­ден­ное в N-ную сте­пень, «воз­ник­шая до выс­шей сте­пе­ни пу­сто­та», по уди­ви­тель­но­му вы­ра­же­нию Го­го­ля.

2.  Как со­от­но­сит­ся ре­аль­ное и фан­та­сти­че­ское в бал­ла­де В. А. Жу­ков­ско­го «Свет­ла­на»?

Жу­ков­ский раз­вер­ты­ва­ет ти­пич­ную си­ту­а­цию «страш­ной» бал­ла­ды, где фан­та­сти­че­ская до­ро­га на­ме­ка­ет на жиз­нен­ный путь ге­ро­и­ни  — от счаст­ли­во­го со­еди­не­нья с же­ни­хом до ее ги­бе­ли. Эти со­бы­тия окра­ши­ва­ют­ся пе­ре­жи­ва­ни­я­ми Свет­ла­ны, ко­то­рая сна­ча­ла об­ра­до­ва­на встре­чей с же­ни­хом после дол­гой раз­лу­ки, а потом все более и более тре­во­жит­ся за свою судь­бу. Роль фан­та­сти­че­ско­го и чу­дес­но­го за­клю­ча­ет­ся в том, чтобы пре­одо­леть сухую ло­ги­ку ре­аль­но­сти и от­ра­зить про­ти­во­ре­чи­вость и слож­ность души че­ло­ве­ка, ко­то­рая не под­чи­ня­ет­ся при­ми­тив­ным, пря­мо­ли­ней­ным за­ко­нам рас­суд­ка. Дру­гая сто­ро­на фан­та­сти­ки  — вы­ра­зить мысль о та­ин­ствен­ных силах, ко­то­рые стоят над че­ло­ве­ком и вме­ши­ва­ют­ся в его жизнь. Души людей ста­но­вят­ся полем борь­бы добра со злом, Бога с дья­во­лом, и наше пре­бы­ва­ние на земле за­ви­сит от веч­ной схват­ки не­ви­ди­мых и та­ин­ствен­ных выс­ших сил. Бла­го­да­ря фан­та­сти­ке Жу­ков­ский сме­ща­ет при­выч­ные, обы­ден­ные пред­став­ле­ния, и тогда ока­зы­ва­ет­ся, что тон­кая и чут­кая пси­хо­ло­гия че­ло­ве­ка мо­ти­ви­ру­ет­ся не од­ни­ми лишь со­об­ра­же­ни­я­ми долга, поль­зы, нрав­ствен­ны­ми нор­ма­ми и дог­ма­ми, но пре­жде всего глу­бин­ны­ми по­буж­де­ни­я­ми, ин­стинк­та­ми, лич­ны­ми же­ла­ни­я­ми, со­ве­стью, ду­шев­ны­ми при­вя­зан­но­стя­ми, тра­ди­ци­я­ми, ин­ди­ви­ду­аль­ным, об­ще­на­род­ным и об­ще­че­ло­ве­че­ским опы­том чув­ства, пусть даже при этом не от­да­вая стро­го­го и внят­но­го от­че­та. Фан­та­сти­че­ское в бал­ла­де «Свет­ла­на», в от­ли­чие от дру­гих бал­лад, по­лу­ча­ет в целом иное зна­че­ние и иной смысл. И дело тут не толь­ко в том, что Жу­ков­ский дает ре­аль­ную мо­ти­ви­ров­ку фан­та­сти­че­ским ви­де­ни­ям и как бы сни­ма­ет их, а в том, что имен­но вера спо­соб­на тво­рить чу­де­са, тогда как без­ве­рие или под­па­да­ние под власть враж­деб­ных че­ло­ве­ку начал уни­что­жа­ют самую душу. Фан­та­сти­че­ское, чу­дес­ное не толь­ко может быть чуждо людям, но и вы­сту­пать для них бла­гом. В со­от­вет­ствии с этим и ху­до­же­ствен­ное время в бал­ла­де ме­ня­ет­ся. Бал­лад­ное время (ночь или гра­ни­ца дня и ночи, су­мрак) про­па­да­ет, и в «Свет­ла­не» тор­же­ству­ет день, свет­лое время. Ге­ро­и­ня про­сы­па­ет­ся и воз­вра­ща­ет­ся в мо­роз­но-сол­неч­ное утро, в празд­нич­ный и уют­ный «кре­ще­ный» мир. Вест­ни­ком его яв­ля­ет­ся петух. Все во­круг Свет­ла­ны пе­ре­ме­ни­лось, на­пол­ни­лось крас­ка­ми и зву­ка­ми.

3.  По­че­му автор на­зы­ва­ет Пе­чо­ри­на «ге­ро­ем вре­ме­ни»? (по ро­ма­ну М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни)

«Герой на­ше­го вре­ме­ни»,  — го­во­рит Лер­мон­тов в пре­ди­сло­вии к ро­ма­ну,  — это порт­рет, со­став­лен­ный из по­ро­ков всего на­ше­го по­ко­ле­ния, в пол­ном их раз­ви­тии». Лер­мон­тов вы­ска­зал «едкие ис­ти­ны» о жизни этого по­ко­ле­ния, о его без­дей­ствии, рас­тра­те сил на пу­стые за­ня­тия. Автор по­ка­зал в ро­ма­не ти­пич­но­го мо­ло­до­го че­ло­ве­ка того вре­ме­ни  — Пе­чо­ри­на. Каков же герой на­ча­ла XIX века в пред­став­ле­нии Лер­мон­то­ва?

Его судь­ба тра­гич­на. Гри­го­рий Пе­чо­рин вы­слан из Пе­тер­бур­га за некую «ис­то­рию» (оче­вид­но, за дуэль из-за жен­щи­ны) на Кав­каз, по до­ро­ге с ним при­клю­ча­ет­ся еще не­сколь­ко ис­то­рий, он раз­жа­ло­ван, снова от­прав­ля­ет­ся на Кав­каз, затем не­ко­то­рое время пу­те­ше­ству­ет и, воз­вра­ща­ясь из Пер­сии домой, уми­ра­ет.

Пе­чо­ри­на можно на­звать весь­ма не­ор­ди­нар­ным, умным, во­ле­вым че­ло­ве­ком. Он быст­ро и верно судит о людях, о жизни в целом. Кроме того, его от­ли­ча­ет по­сто­ян­ное стрем­ле­ние к дей­ствию. Но при этом Пе­чо­рин тра­тит свои силы на дей­ствия его не­до­стой­ные. Нель­зя об­ви­нять толь­ко са­мо­го Пе­чо­ри­на в том, что он «сде­лал­ся нрав­ствен­ным ка­ле­кой». В этом ви­но­ва­то и об­ще­ство, в ко­то­ром нет до­стой­но­го при­ме­не­ния луч­шим ка­че­ствам героя. То самое об­ще­ство, ко­то­рое ме­ша­ло Оне­ги­ну и Лен­ско­му, ко­то­рое не­на­ви­де­ло Чац­ко­го, те­перь Пе­чо­ри­на. Так Пе­чо­рин вы­учил­ся не­на­ви­деть, лгать, стал скры­тен, он «хо­ро­нил луч­шие свои чув­ства в глу­би­не серд­ца, там они и умер­ли».

Таким об­ра­зом, можно ска­зать, что ти­пич­ный мо­ло­дой че­ло­век 30-х годов XIX сто­ле­тия, с одной сто­ро­ны, не лишен ума и та­лан­тов, в его душе та­ят­ся «силы не­объ­ят­ные», а с дру­гой сто­ро­ны  — это эго­ист, раз­би­ва­ю­щий серд­ца и раз­ру­ша­ю­щий жизни. Пе­чо­рин  — это и «злой гений» и в то же время жерт­ва об­ще­ства.

4.  Что поз­во­ли­ло А. Т. Твар­дов­ско­му объ­еди­нить 28 са­мо­сто­я­тель­ных, за­кон­чен­ных по­э­ти­че­ских про­из­ве­де­ний в поэму «Ва­си­лий Тер­кин»?

28 глав поэмы «Ва­си­лий Тер­кин»  — это, по сути, са­мо­сто­я­тель­ные, за­кон­чен­ные по­э­ти­че­ские про­из­ве­де­ния. Объ­еди­не­ны они об­ра­зом глав­но­го героя. Тер­кин  — образ, об­ла­да­ю­щий всеми луч­ши­ми чер­та­ми сол­да­та и че­ло­ве­ка: его ведут лю­бовь к Ро­ди­не, сме­лость, го­тов­ность к по­дви­гу, чув­ство соб­ствен­но­го до­сто­ин­ства. Он ловок, удач­лив, ма­стер на все руки, гар­мо­нист, умеет во­вре­мя по­шу­тить, под­нять дух бой­цов. Имя глав­но­го героя стало на­ри­ца­тель­ным. Сам Твар­дов­ский иро­ни­зи­ру­ет в поэме и го­во­рит, что каж­дой роте надо бы вы­де­лить по сво­е­му Тер­ки­ну. Эта шутка ав­то­ра, на самом деле, точно от­ра­жа­ет дей­стви­тель­ность. Ведь в страш­ные ми­ну­ты жизни, на войне, когда во­круг смерть и пули, че­ло­ве­ку так не­об­хо­ди­мо доб­рое слово, на­деж­да на луч­шие дни. А имен­но по­мо­гать окру­жа­ю­щим своим жиз­не­лю­би­ем и силь­ней­шей верой в по­бе­ду был при­зван герой Твар­дов­ско­го.

Образ Ва­си­лия Тер­ки­на слов­но уко­ре­ня­ет­ся в рус­ской ис­то­рии, при­об­ре­та­ет обоб­ща­ю­щее зна­че­ние, ста­но­вит­ся во­пло­ще­ни­ем рус­ско­го на­ци­о­наль­но­го ха­рак­те­ра:

В бой, впе­ред, в огонь кро­меш­ный

Он идет, свя­той и греш­ный,

Рус­ский чудо-че­ло­век…

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Какие «маски» сры­ва­ет Л. Н. Тол­стой в своем рас­ска­зе «После бала»?

Рас­сказ Л. Н. Тол­сто­го «После бала»  — позд­нее его про­из­ве­де­ние, на­пи­сан­ное в 1903 году, в эпоху на­зре­ва­ю­ще­го в стра­не кри­зи­са, перед рус­ско-япон­ской вой­ной, ко­то­рую Рос­сия по­зор­но про­иг­ра­ла, и пер­вой ре­во­лю­ци­ей. По­ра­же­ние по­ка­за­ло не­со­сто­я­тель­ность го­су­дар­ствен­но­го ре­жи­ма, ведь армия в первую оче­редь от­ра­жа­ет си­ту­а­цию в стра­не. Хотя мы видим, что дей­ствие рас­ска­за раз­во­ра­чи­ва­ет­ся в 40-е годы XIX века, в ни­ко­ла­ев­скую эпоху, Тол­стой не зря воз­вра­ща­ет­ся к про­шло­му, так как для него оче­вид­ны па­рал­ле­ли между по­ло­же­ни­ем и в об­ще­стве, и в армии в эти столь раз­ные на пер­вый взгляд эпохи. Но «ар­мей­ская» про­бле­ма не ос­нов­ная в рас­ска­зе, глав­ный ак­цент сде­лан на во­про­сах нрав­ствен­ных.

«Сры­вая все и вся­че­ские маски», вскры­вая язвы об­ще­ства в своих про­из­ве­де­ни­ях, Тол­стой по­ка­зы­вал его бо­лез­ни, го­во­рил о не­воз­мож­но­сти жить без­нрав­ствен­но, без­ду­хов­но. Общим па­фо­сом про­из­ве­де­ния Тол­стой на­стра­и­вал чи­та­те­лей на не­об­хо­ди­мость про­те­ста про­тив сло­жив­ших­ся форм об­ще­ствен­ной жизни. Сам пи­са­тель не при­зна­вал ак­тив­но­го пути со­про­тив­ле­ния, при­дер­жи­ва­ясь тео­рии «не­про­тив­ле­ния злу».

2.  По­че­му А. С. Гри­бо­едов на­звал свою пьесу «Горе от ума» ко­ме­ди­ей?

В конце июля 1823 года Гри­бо­едов уехал в име­ние Бе­ги­че­ва, где за­кон­чил ра­бо­ту над двумя по­след­ни­ми ак­та­ми «Горя от ума». Уже в это время ко­ме­дия по­лу­чи­ла и свое окон­ча­тель­ное на­зва­ние, зву­ча­щее более ко­ме­дий­но по срав­не­нию с пер­во­на­чаль­ным «Горе уму».

«Горе от ума» с тру­дом вос­при­нит­ма­ет­ся чи­та­те­лем как ко­ме­дия. Объ­яс­ня­ет­ся это, ве­ро­ят­но, тем, что глав­ный герой ее  — Чац­кий  — не яв­ля­ет­ся ко­ми­че­ским пер­со­на­жем. При­чи­ны его раз­но­гла­сий с фа­му­сов­ским об­ще­ством слиш­ком се­рьез­ны и мо­но­ло­ги Чац­ко­го при­глу­ша­ют ко­ме­дий­ное зву­ча­ние про­из­ве­де­ния. Од­на­ко Гри­бо­едов спра­вед­ли­во счи­тал свою пьесу ко­ме­ди­ей. «Горе от ума»  — со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­ская ре­а­ли­сти­че­ская ко­ме­дия. Слож­ные об­ще­ствен­ные во­про­сы того вре­ме­ни: о служ­бе, о кре­пост­ном праве, о про­све­ще­нии, о вос­пи­та­нии, о раб­ском под­ра­жа­нии всему ино­стран­но­му  — по­ка­за­ны через ко­ме­дий­ный бы­то­вой кон­фликт. «Горе от ума» как по­ли­ти­че­ская ко­ме­дия по­лу­чи­ла вы­со­кую оцен­ку.

3.  Тоска Оне­ги­на  — дань моде или глу­бо­кое внут­рен­нее пе­ре­жи­ва­ние? (по ро­ма­ну А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин»)

Раз­мыш­ле­ния о судь­бах сво­е­го по­ко­ле­ния встре­ча­ют­ся в про­из­ве­де­ни­ях рус­ской ли­те­ра­ту­ры до­воль­но часто. А. С. Пуш­кин со­здал бес­смерт­ный образ Ев­ге­ния Оне­ги­на, «лиш­не­го че­ло­ве­ка» сво­е­го по­ко­ле­ния. В серд­це Оне­ги­на  — пу­сто­та, скеп­ти­цизм, он не знает, где при­ме­нить свои спо­соб­но­сти. Тоска и ханд­ра героя  — не дань моде, а глу­бо­кое внут­рен­не пе­ре­жи­ва­ние.

4.  Ка­ко­во от­но­ше­ние ав­то­ра к рус­ской де­рев­не? (по рас­ска­зу А. И. Сол­же­ни­цы­на «Мат­ре­нин двор»)

Ис­ход­ное на­зва­ние рас­ска­за «Мат­ре­нин двор»  — «Не стоит село без пра­вед­ни­ка», окон­ча­тель­ное дал А. П. Твар­дов­ский. Это был ре­дак­тор­ский ход в на­деж­де про­бить к пуб­ли­ка­ции новое про­из­ве­де­ние Сол­же­ни­цы­на: со­бы­тия в рас­ска­зе пе­ре­но­си­лись во вре­ме­на до­хру­щев­ской от­те­пе­ли. Уж слиш­ком тя­гост­ное впе­чат­ле­ние остав­ля­ет изоб­ра­жен­ная кар­ти­на рус­ской де­рев­ни. Взгляд А. И. Сол­же­ни­цы­на па де­рев­ню 50—60-х годов от­ли­ча­ет­ся су­ро­вой и же­сто­кой прав­дой. Де­та­ли, под­ме­чен­ные ав­то­ром, крас­но­ре­чи­вее длин­ных рас­суж­де­ний. «Что на зав­трак, она не объ­яв­ля­ла, да это и до­га­дать­ся было легко: кар­товь не­об­луп­лен­ная, или суп кар­тон­ный (так вы­го­ва­ри­ва­ли все в де­рев­не), или каша яч­не­вая (дру­гой крупы в тот год нель­зя было ку­пить в Тор­фо­про­дук­те, да и яч­не­вую-то с бою  — как самой де­ше­вой, ею от­карм­ли­ва­ли сви­ней и меш­ка­ми брали)».

В судь­бе Мат­ре­ны скон­цен­три­ро­ва­на тра­ге­дия де­ре­вен­ской рус­ской жен­щи­ны  — наи­бо­лее вы­ра­зи­тель­ная, во­пи­ю­щая. Но она не обо­зли­лась на этот мир, со­хра­ни­ла доб­рое рас­по­ло­же­ние духа, чув­ство ра­до­сти и жа­ло­сти к дру­гим. Смерть ге­ро­и­ни  — это на­ча­ло рас­па­да, ги­бе­ли нрав­ствен­ных усто­ев де­рев­ни, ко­то­рые кре­пи­ла своей жиз­нью Мат­ре­на. Она един­ствен­ная жила в своем мире: устра­и­ва­ла свою жизнь тру­дом, чест­но­стью, доб­ро­той и тер­пе­ни­ем, со­хра­нив свою душу и внут­рен­нюю сво­бо­ду. Но Мат­ре­на уми­ра­ет и «по­ги­ба­ет» вся де­рев­ня: «Все мы жили рядом с ней и не по­ня­ли, что есть она тот самый пра­вед­ник, без ко­то­ро­го, по по­сло­ви­це, не стоит село. Ни город. Ни вся земля наша».

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му, читая по­весть Н. В. Го­го­ля «Тарас Буль­ба» «...вы и удив­ля­е­тесь ему (Та­ра­су), и ужа­са­е­тесь, и сме­е­тесь над ним» (В. Г. Бе­лин­ский)?

Ха­рак­тер глав­но­го героя по­ве­сти очень мно­го­гра­нен. Удив­ля­ет в Та­ра­се без­удерж­ность и гру­бость его на­ту­ры, со­че­та­ю­щи­е­ся с пре­дан­но­стью и неж­но­стью, мы сме­ем­ся над его не­по­сред­ствен­но­стью, про­сто­той и жиз­не­ра­дост­но­стью, ужа­са­ем­ся его же­сто­ко­сти и бес­по­щад­но­сти.

Тарас Буль­ба  — на­ци­о­наль­ный герой, «пред­ста­ви­тель жизни це­ло­го на­ро­да, це­ло­го по­ли­ти­че­ско­го об­ще­ства в из­вест­ную эпоху жизни» (В. Г. Бе­лин­ский). Тарас похож на ска­зоч­но­го (бы­лин­но­го) героя: он ге­ро­и­че­ски бьет­ся за веру и то­ва­ри­ще­ство. Это герой сво­е­го вре­ме­ни: он суров с женой и сы­но­вья­ми. Тре­бу­ет от детей слу­же­ния Оте­че­ству.

Окру­жа­ю­щие от­но­сят­ся к Та­ра­су Буль­бе с боль­шим ува­же­ни­ем, ценят его. Ярче всего его ха­рак­тер и жиз­нен­ная по­зи­ция про­яв­ля­ют­ся в речи о то­ва­ри­ще­стве. Жизнь и ги­бель Та­ра­са Буль­бы Го­голь оце­ни­ва­ет как ге­ро­и­че­ские.

2.  С кем из ге­ро­ев ро­ма­на А. С. Пуш­ки­на «Ка­пи­тан­ская дочка» и как имен­но свя­зан эпи­граф «Бе­ре­ги честь смо­ло­ду»?

Тема чести и бес­че­стия  — одна из глав­ных тем про­из­ве­де­ния. Уже эпи­граф под­чер­ки­ва­ет это  — «Бе­ре­ги честь смо­ло­ду». По­ня­тия чести и долга не чужды ни дво­ря­ни­ну Гри­не­ву, ни «на­род­но­му» герою Пу­га­че­ву, ни ка­пи­та­ну Ми­ро­но­ву. Дво­ря­не при­ся­га­ли на вер­ность им­пе­ра­три­це. Это зна­чит, что они обя­за­ны за­щи­щать ее и ее трон от все­воз­мож­ных по­ку­ше­ний. Гри­нев так и де­ла­ет. Сле­дуя за­ве­ту отца: «Бе­ре­ги честь смо­ло­ду», герой до конца оста­ет­ся верен своим прин­ци­пам и своей клят­ве. Даже перед самим Пу­га­че­вым, перед лицом смер­ти Петр не пре­да­ет свою им­пе­ра­три­цу. Он го­во­рит Пу­га­че­ву: ««Го­ло­ва моя в твоей вла­сти,  — от­пу­стишь меня  — спа­си­бо; каз­нишь  — бог тебе судья». Как че­ло­век чести ведет себя и Пу­га­чев. Пу­га­чев ис­пы­ты­ва­ет сим­па­тию к Гри­не­ву, видя в нем сме­ло­го и бла­го­род­но­го че­ло­ве­ка. Он по­мо­га­ет Петру, по­то­му что счи­та­ет, что была на­ру­ше­на спра­вед­ли­вость (осво­бож­де­ние Маши Ми­ро­но­вой). Ан­ти­по­дом по­ря­доч­но­сти и чести яв­ля­ет­ся в ро­ма­не Шваб­рин, образ ко­то­ро­го ан­ти­па­ти­чен и ав­то­ру, и чи­та­те­лю.

3.  По­че­му М. Ю. Лер­мон­тов на­зы­ва­ет свою лю­бовь к ро­ди­не «стран­ной»?

Лер­мон­тов не мыс­лил себя без ро­ди­ны, без Рос­сии. А Рос­сию не мыс­лил без рус­ско­го на­ро­да.

Люблю от­чиз­ну я, но стран­ною лю­бо­вью!

Не по­бе­дит ее рас­су­док мой,  —

при­зна­ет­ся поэт в сти­хо­тво­ре­нии «Ро­ди­на». Эта лю­бовь шла от са­мо­го серд­ца, ко­то­ро­му были бес­ко­неч­но до­ро­ги и «сте­пей хо­лод­ное мол­ча­нье», и «лесов без­бреж­ных ко­лы­ха­нье», и «раз­ли­вы рек ее, по­доб­ные морям», и «дро­жа­щие огни пе­чаль­ных де­ре­вень». Но взгляд поэта на лю­би­мую ро­ди­ну вовсе не был иде­а­ли­зи­ро­ван­ным. Его душу, стре­мя­щу­ю­ся к гар­мо­нии и сча­стью, не вол­но­ва­ли ни «слава, куп­лен­ная кро­вью», «ни пол­ный гор­до­го до­ве­рия покой», «ни тем­ной ста­ри­ны за­вет­ные пре­да­нья». Он пре­крас­но видел все тя­го­ты жизни сво­е­го на­ро­да, его стра­да­ния, воз­му­щал­ся кре­пост­ны­ми по­ряд­ка­ми, жан­дарм­ской им­пе­ри­ей с ее раз­де­ле­ни­ем на гос­под и рабов, на жан­дар­мов и «по­слуш­ный им народ». И серд­це поэта раз­ры­ва­лось на части. По­то­му что он все равно любил и не мог раз­лю­бить все то, что на­зы­вал «моим домом». В этом доме он «осуж­ден стра­дать», но лишь в нем он может быть спо­ко­ен. Имен­но по­то­му свою лю­бовь к ро­ди­не Лер­мон­тов на­зы­вал «стран­ною»  — в ней со­еди­ни­лись сча­стье и боль, стрем­ле­ние сде­лать все воз­мож­ное для род­ной земли и со­зна­ние соб­ствен­но­го бес­си­лия.

4.  Можно ли на­звать «Лапти» И. А. Бу­ни­на прит­чей? Рас­крой­те свою точку зре­ния.

В своем про­из­ве­де­нии И. А. Бунин под­ни­ма­ет мно­же­ство тем: че­ло­веч­но­сти, долга и со­ве­сти, нрав­ствен­но­го по­дви­га, спра­вед­ли­во­сти. Цен­траль­ной про­бле­мой по­вест­во­ва­ния ста­но­вит­ся тема че­ло­веч­но­сти, гу­ман­но­го от­но­ше­ния к людям. Рас­сказ И. А. Бу­ни­на «Лапти» рас­по­ла­га­ет­ся на двух стра­ни­цах, но тема бес­ко­рыст­но­го слу­же­ния людям рас­кры­ва­ет­ся мак­си­маль­но ши­ро­ко. Глав­ная тема бу­нин­ско­го рас­ска­за «Лапти»  — тема гу­ма­низ­ма, че­ло­ве­че­ско­го от­но­ше­ния к судь­бам людей  — фор­ми­ру­ет от­но­ше­ние чи­та­те­ля к жизни, нрав­ствен­ную по­зи­цию че­ло­ве­ка. Пи­са­тель пишет не об от­дель­ной судь­бе, а о со­сто­я­нии мира в целом, стре­мит­ся рас­крыть всю пол­но­ту чувств, всю слож­ную ха­рак­те­ри­сти­ку мира в цвете, за­па­хах и зву­ках. По­то­му рас­сказ можно на­звать прит­чей.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му Чац­кий об­ре­чен на оди­но­че­ство?

Образ Чац­ко­го  — мень­ше всего порт­рет того или иного ре­аль­но­го че­ло­ве­ка: это со­би­ра­тель­ный образ, новый со­ци­аль­ный тип эпохи. Глав­ная его идея  — граж­дан­ское слу­же­ние, слу­же­ние «делу, а не лицам». Такие герои при­зва­ны вно­сить в об­ще­ствен­ную жизнь смысл, вести к новым целям, по­это­му столк­но­ве­ние Чац­ко­го и фа­му­сов­ско­го об­ще­ства не­из­беж­но. Чац­кий и это об­ще­ство не­сов­ме­сти­мы, у них раз­ные иде­а­лы, цен­но­сти, цели, ме­то­ды борь­бы. Если сна­ча­ла Чац­кий для Фа­му­со­ва толь­ко «опас­ный че­ло­век», ко­то­рый «воль­ность хочет про­по­ве­дать», то затем «век ми­нув­ший» вы­но­сит при­го­вор: «Бе­зу­мен по всему!». Чац­кий-су­ма­сшед­ший об­ще­ству не стра­шен. Он об­ре­чен на оди­но­че­ство в мире Фа­му­со­вых. Ведь при­знать его взгля­ды пра­виль­ны­ми  — зна­чит, от­ка­зать­ся от своих убеж­де­ний, об­ра­за жизни, а это не­воз­мож­но, по­это­му Чац­кие все­гда будут оди­но­ки в по­доб­ном об­ще­стве. Чац­кий вы­сту­па­ет как об­ли­чи­тель «века ми­нув­ше­го».

2.  Что сбли­жа­ет «Слово о полку Иго­ре­ве» с фольк­лор­ны­ми про­из­ве­де­ни­я­ми и чем можно объ­яс­нить эту бли­зость?

Уло­вить связь «Слова…» с фольк­ло­ром не­слож­но. Ос­нов­ное их сход­ство  — в языке. Он богат по­сто­ян­ны­ми эпи­те­та­ми: «синий Дон», «зо­ло­тое стре­мя», «чи­стое поле». Мно­гие срав­не­ния в «Слове…» за­им­ство­ва­ны из на­род­ной по­э­зии. Битва тут срав­ни­ва­ет­ся с жат­вой: «На Не­ми­зе сте­лют снопы го­ло­ва­ми, мо­ло­тят це­па­ми бу­лат­ны­ми, жизнь на току кла­дут, веют душу от тела». В духе на­род­ных тра­ди­ций и срав­не­ние битвы с пиром: «Тут кро­ва­во­го вина не­до­ста­ло, тут пир окон­чи­ли храб­рые ру­си­чи: сва­тов на­по­и­ли, а сами по­лег­ли за землю рус­скую».

Свя­за­ны с фольк­ло­ром и не­ко­то­рые об­ра­зы «Слова…». В на­род­ных пес­нях и сказ­ках чув­ства людей оли­це­тво­ря­ют­ся. Также и в «Слове…», как о живых су­ще­ствах, го­во­рит­ся об обиде («Дева Обида»), жа­ло­сти и горе («Желя и Карна пошли по земле Рус­ской»).

О бы­ли­нах за­став­ля­ет вспом­нить битва Все­во­ло­да с по­лов­ца­ми. Пре­уве­ли­чи­ва­ет­ся его му­же­ство, при опи­са­нии его по­дви­гов автор ис­поль­зу­ет прием ги­пер­бо­лы: «Буй тур Все­во­лод, бьешь­ся ты в самой гуще боя, пры­щешь ты стре­ла­ми; куда, буй тур, по­ска­чешь, там лежат по­га­ные го­ло­вы по­ло­вец­кие…»

В «Слове…», как и в фольк­ло­ре, боль­шое место от­во­дит­ся опи­са­нию при­ро­ды. Она ак­тив­на, по­мо­га­ет Игорю, пре­пят­ству­ет его вра­гам: за­тме­ние солн­ца пре­ду­пре­жда­ет рус­ских во­и­нов о не­уда­че в по­хо­де; по­мо­гая Игорю бе­жать из плена, «клик­ну­ла, стук­ну­ла земля, за­шу­ме­ла трава», «галки при­молк­ли, со­ро­ки не стре­ко­та­ли, толь­ко по­ло­зы пол­за­ли».

В про­из­ве­де­нии при­сут­ству­ют также эле­мен­ты сказ­ки, вол­шеб­ные пре­вра­ще­ния.

Уст­ное на­род­ное твор­че­ство  — ис­точ­ник, из ко­то­ро­го «Слово о полку Иго­ре­ве» чер­па­ло язык, об­ра­зы, сю­же­ты. Это про­из­ве­де­ние имеет кров­ную связь с фольк­ло­ром, а зна­чит, по-на­сто­я­ще­му на­род­но.

3.  Со­глас­ны ли вы с вы­ска­зы­ва­ни­ем кри­ти­ка, утвер­ждав­ше­го, что в «Ре­ви­зо­ре» герои «сами себя вы­сек­ли»? Обос­нуй­те свою точку зре­ния.

«В ко­ме­дии я решил со­брать все дур­ное в Рос­сии и по­сме­ять­ся над всеми сразу»,  — писал Н. В. Го­голь о «Ре­ви­зо­ре». Дей­стви­тель­но, в сю­же­те ко­ме­дии от­ра­же­на вся Рос­сия на­ча­ла 19 века. С самых пер­вых слов ге­ро­ев опи­сы­ва­ет­ся весь хаос жизни го­ро­дов: без­за­ко­ние, грязь, вра­нье. Каж­дое яв­ле­ние от­кры­ва­ет нам ат­мо­сфе­ру тех вре­мен. Объ­ек­том са­ти­ры у Н. В. Го­го­ля ста­но­вит­ся сама со­вре­мен­ная жизнь в ее ко­ми­че­ски урод­ли­вых про­яв­ле­ни­ях. При­чем сами герои рас­ска­зы­ва­ют о себе все самое не­ли­це­при­ят­ное, ко­ми­че­ское, урод­ли­вое. Разъ­яс­няя смысл «Ре­ви­зо­ра», Н. В. Го­голь ука­зал на роль смеха: «Мне жаль, что никто не за­ме­тил чест­но­го лица, быв­ше­го в моей пьесе. Да, было одно чест­ное, бла­го­род­ное лицо, дей­ство­вав­шее в ней во все про­дол­же­ние ее. Это чест­ное, бла­го­род­ное лицо был  — смех».

4.  По­че­му имен­но рас­сказ­чик, а не од­но­сель­ча­не по­ни­ма­ет, что Мат­ре­на  — пра­вед­ник, без ко­то­рых «не стоит земля»? (По по­ве­сти А. И. Сол­же­ни­цы­на «Мат­ре­нин двор».)

Рас­сказ «Мат­ре­нин двор» на­чи­на­ет­ся с того, что по­вест­во­ва­тель, быв­ший со­вет­ский за­клю­чен­ный Иг­на­тьич, воз­вра­ща­ет­ся в Рос­сию из сте­пей Ка­зах­ста­на и по­се­ля­ет­ся в доме Мат­ре­ны. От его лица ве­дет­ся по­вест­во­ва­ние.

Мир, ко­то­рый окру­жа­ет Мат­ре­ну, глав­ную ге­ро­и­ню рас­ска­за, полон лжи, же­сто­ко­сти, пре­да­тель­ства, бес­чув­ствия. Од­на­ко она смог­ла усто­ять среди этого зла как доб­рый, бес­ко­рыст­ный че­ло­век, го­то­вый по­мочь лю­бо­му, и ни­че­го не тре­буя вза­мен. Осуж­да­е­мая всем миром («…и не­чи­сто­плот­ная она была; и за об­за­во­дом не гна­лась; и не бе­реж­ная; и даже по­ро­сен­ка не дер­жа­ла, вы­карм­ли­вать по­че­му-то не лю­би­ла; и, глу­пая, по­мо­га­ла чужим людям бес­плат­но…»), Мат­ре­на живет не по за­ко­нам этого мира, а во­пре­ки им. Она живет пра­вед­но. Пра­вед­ность Мат­ре­ны в том, что даже в таких из­ну­ря­ю­щих, ме­лоч­ных, не­ред­ко уни­жа­ю­щих ис­пы­та­ни­ях она оста­ет­ся тер­пи­мой, от­зыв­чи­вой, спо­соб­ной ра­до­вать­ся чужой удаче. В этом-то и от­кры­ва­ет­ся свя­тость Мат­ре­ны Ва­си­льев­ны  — в не­при­я­тии оди­ча­ния и злобы окру­жа­ю­ще­го мира, в со­хра­не­нии про­стой че­ло­ве­че­ской ду­шев­но­сти.

Уме­ние жить в ладу со всем окру­жа­ю­щим миром от­ли­ча­ет ге­ро­и­ню от дру­гих людей. От­но­ше­ния Мат­ре­ны с окру­жа­ю­щи­ми лю­дь­ми до­сти­га­ют тра­ги­че­ско­го «не­по­ни­ма­ния»: воду свя­тую в церк­ви укра­ли, гор­ни­цу при жизни разо­бра­ли и вслед «гробу» осу­ди­ли – жила не как все.

«Утра­ти­ли Бога в душе  — вот где при­чи­на всех бед»,  — счи­та­ет Сол­же­ни­цын. А Мат­ре­на «с Богом» жила. Мат­ре­на  — пра­вед­ни­ца эпохи «сплош­ной кол­лек­ти­ви­за­ции». В том, что этот тип пра­вед­ни­ка не пе­ре­вел­ся на Руси, вся на­деж­да на ду­хов­ное вы­жи­ва­ние на­ро­да, по Сол­же­ни­цы­ну.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  В чем смысл на­зва­ния про­из­ве­де­ния Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души»?

В на­зва­нии поэмы Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души» от­ра­жа­ет­ся глав­ная идея про­из­ве­де­ния. Если по­ни­мать на­зва­ние поэмы бук­валь­но, то можно уви­деть, что в ней со­дер­жит­ся суть аферы Чи­чи­ко­ва: Чи­чи­ков по­ку­пал души умер­ших кре­стьян. Но на самом деле в на­зва­нии за­клю­чен более глу­бо­кий смысл, от­ра­жа­ю­щий ав­тор­ский за­мы­сел пер­во­го тома «Мерт­вых душ». Су­ще­ству­ет мне­ние, что Го­голь за­ду­мал со­здать «Мерт­вые души» по ана­ло­гии с «Бо­же­ствен­ной ко­ме­ди­ей» Данте, ко­то­рая со­сто­ит из трех ча­стей: «Ад», «Чи­сти­лищ», «Рай». Им долж­ны были со­от­вет­ство­вать за­ду­ман­ные Н. В. Го­го­лем три тома. В пер­вом томе Н. В. Го­голь хотел по­ка­зать страш­ную рос­сий­скую дей­стви­тель­ность, вос­со­здать «ад» со­вре­мен­ной жизни, во вто­ром и тре­тьем томах  — ду­хов­ный подъ­ем Рос­сии.

2.  Яв­ля­ет­ся ли оди­но­кий и разо­ча­ро­ван­ный Оне­гин ро­ман­ти­че­ским ге­ро­ем? (По ро­ма­ну А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин».)

Не­смот­ря на то, что Оне­гин об­ла­да­ет при­зна­ка­ми ро­ман­ти­че­ско­го героя: про­ти­во­сто­ит толпе, сво­бо­до­лю­бив и не­за­ви­сим,  — он не ро­ман­ти­че­ский герой. Фор­му­ла ро­ман­тиз­ма гла­сит: не­обык­но­вен­ный герой в не­обык­но­вен­ных об­сто­я­тель­ствах ... Оне­гин как все, он ти­пич­ный герой, а это уже при­знак ре­а­лиз­ма. Хотя в жизни героя был этап, когда он тя­го­тел к ро­ман­тиз­му, но очень быст­ро разо­ча­ро­вал­ся в этих иде­а­лах и «к жизни вовсе охла­дел». А вот Лен­ский  — клас­си­че­ский об­ра­зец ро­ман­ти­ка, «по­клон­ник Канта и поэт».

3.  Как Пе­чо­рин от­но­сит­ся к про­бле­ме судь­бы? (По ро­ма­ну М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни».)

Что же для Пе­чо­ри­на «судь­ба», как он по­ни­мал это слово? Это нечто не­от­вра­ти­мое, не нами пред­на­чер­тан­ное, но че­ло­век дол­жен быть де­я­те­лен, горд, силен, смел в борь­бе и опас­но­сти, не­под­вла­стен и не­по­ко­рен об­сто­я­тель­ствам. Это по­зи­ция вы­зо­ва, не­при­ми­ри­мо­сти и от­ри­ца­ния, вы­ра­жа­ет­ся она и во всех по­ступ­ках Пе­чо­ри­на.

Осо­бен­но полно тема судь­бы рас­кры­ва­ет­ся в главе «Фа­та­лист». В ней го­во­рит­ся о том, что Пе­чо­рин за­клю­чил пари с по­ру­чи­ком Ву­ли­чем. Он свое­об­раз­но раз­ре­шил спор о судь­бе че­ло­ве­ка: если жизнь каж­до­го из людей пред­опре­де­ле­на, то вся­ко­го рода «не­за­пла­ни­ро­ван­ные» об­сто­я­тель­ства не смо­гут ее из­ме­нить. Пе­чо­рин не любил «во­про­сы ме­та­фи­зи­ки», и решил ис­пы­тать судь­бу: он решил в оди­ноч­ку обез­вре­дить того са­мо­го ка­за­ка, ко­то­рый убил Ву­ли­ча. Смерть снова не за­бра­ла Пе­чо­ри­на: казак успе­ва­ет вы­стре­лить, но «пуля со­рва­ла лишь эпо­лет».

После этого, ка­за­лось, по­че­му бы не сми­рить­ся с тем, что у тебя «на роду на­пи­са­но»? Но Пе­чо­рин не таков. «Я люблю со­мне­вать­ся во всем: это рас­по­ло­же­ние ума не ме­ша­ет ре­ши­тель­но­сти ха­рак­те­ра»,  — го­во­рит он. Че­ло­век, по его мне­нию, идет впе­ред сме­лее, когда не знает, что его ожи­да­ет. Это сви­де­тель­ству­ет о том, что Пе­чо­рин верит в судь­бу, но не хочет ей по­ко­рять­ся. Без­дей­ствие  — про­кля­тье его по­ко­ле­ния. «Ведь хуже смер­ти ни­че­го не слу­чит­ся  — а смер­ти не ми­ну­ешь!»  — при­зна­ет­ся Пе­чо­рин. И если все равно ее «не ми­ну­ешь», по­че­му бы не из­влечь из своей жизни как можно боль­ше ин­те­рес­но­го? Когда по­ни­ма­ешь, что «итог один», зачем нужно по­ко­рять­ся еще и судь­бе? Имен­но по­это­му все от­но­ше­ния Пе­чо­ри­на с лю­дь­ми яв­ля­ют­ся свое­об­раз­ны­ми пси­хо­ло­ги­че­ски­ми экс­пе­ри­мен­та­ми, ко­то­рые ин­те­рес­ны герою своей слож­но­стью и на время раз­вле­ка­ют его.

4.  По­ка­жи­те, опи­ра­ясь на текст поэмы А. Т. Твар­дов­ско­го «Ва­си­лий Тер­кин», как в ней со­че­та­ет­ся ве­се­лое и тра­ги­че­ское, ре­аль­ное и услов­ное. С какой целью автор ис­поль­зу­ет этот кон­траст?

В «Ва­си­лии Тер­ки­не» мало про­ти­во­по­став­ле­ний, зато много дви­же­ния, раз­ви­тия  — пре­жде всего в об­ра­зах глав­но­го героя и ав­то­ра, их кон­так­тах между собой и с дру­ги­ми пер­со­на­жа­ми. За­ду­мы­вая поэму, А. Твар­дов­ский писал вес­ной 1941 года: «Труд­ность еще в том, что таких «смеш­ных», «при­ми­тив­ных» ге­ро­ев обыч­но берут в пару, для кон­тра­ста к герою на­сто­я­ще­му, ли­ри­че­ско­му, «вы­со­ко­му». Боль­ше от­ступ­ле­ний, боль­ше са­мо­го себя в поэме», то есть для себя он пред­по­ла­гал осо­бую, более при­под­ня­тую по­зи­цию. В главе «Пе­ре­пра­ва», да и не в ней одной, слу­чи­лось, од­на­ко, об­рат­ное: имен­но герой под­дер­жал ав­то­ра, все­лил в него, в своих од­но­пол­чан на­деж­ду. Вза­и­мо­до­пол­не­ние по­сте­пен­но сме­ня­ет­ся вза­и­мо­про­ник­но­ве­ни­ем.

Пар­ность ге­ро­ев, хо­ро­шо из­вест­ная и по «Дон Ки­хо­ту», и по «Тилю Улен­шпи­ге­лю», у Твар­дов­ско­го в конце кон­цов тоже про­яви­лась свое­об­раз­но. На­ме­тив­ша­я­ся в пер­вых двух гла­вах функ­ци­о­наль­ность себя ис­чер­пы­ва­ет. Вы­со­кое и низ­кое, тра­ги­че­ское и ко­ми­че­ское  — то, что по ис­ход­ным за­мыс­лам долж­но было рас­пре­де­лять­ся между двумя об­ра­за­ми  — сов­ме­сти­лось.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Ка­ко­ва роль сна Та­тья­ны в ро­ма­не А. С. Пуш­ки­на «Ев­ге­ний Оне­гин»?

Сон героя, вве­ден­ный в по­вест­во­ва­ние,  — из­люб­лен­ный ком­по­зи­ци­он­ный прием А. С. Пуш­ки­на. Зна­ме­на­тель­ный, «про­ро­че­ский» сон видит Гри­нев в «Ка­пи­тан­ской дочке». Сон, пред­вос­хи­ща­ю­щий бу­ду­щие со­бы­тия, по­се­ща­ет и Та­тья­ну Ла­ри­ну в ро­ма­не «Ев­ге­ний Оне­гин». Сон этот весь­ма мно­го­зна­чи­те­лен. Стоит от­ме­тить, что он вы­зы­ва­ет у нас раз­лич­ные ли­те­ра­тур­ные ас­со­ци­а­ции. Сам сюжет его  — пу­те­ше­ствие в лес, тай­ное под­гля­ды­ва­ние в ма­лень­кой из­буш­ке, убий­ство  — на­по­ми­на­ет нам пуш­кин­скую сказ­ку «Жених», в ко­то­рой ге­ро­и­ня вы­да­ет за свой сон про­ис­шед­шие с ней со­бы­тия. Со сказ­кой пе­ре­кли­ка­ют­ся и от­дель­ные сцены сна Та­тья­ны. В сказ­ке «Жених» ге­ро­и­ня слы­шит в лес­ной из­буш­ке «крик, хохот, песни, шум и звон», видит «раз­гуль­ное по­хме­лье». Та­тья­на тоже слы­шит «лай, хохот, пенье, свист и хлоп, Люд­скую молвь и кон­ский топ». Од­на­ко сход­ство здесь, по­жа­луй, этим и ис­чер­пы­ва­ет­ся.

Сон Та­тья­ны на­по­ми­на­ет нам и дру­гой «вол­шеб­ный» сон  — сон Софьи в ко­ме­дии Гри­бо­едо­ва «Горе от ума»:

Тут с гро­мом рас­пах­ну­ли двери

Какие-то не люди и не звери

Нас врознь  — и му­чи­ли си­дев­ше­го со мной.

Он будто мне до­ро­же всех со­кро­вищ,

Хочу к нему  — вы та­щи­те с собой:

Нас про­во­жа­ют стон, рев, хохот, свист чу­до­вищ!

Од­на­ко Софья у Гри­бо­едо­ва при­ду­мы­ва­ет этот сон, его не было в дей­стви­тель­но­сти.

Стоит от­ме­тить, что сю­же­ты обоих снов  — на­сто­я­ще­го и вы­ду­ман­но­го  — от­сы­ла­ют нас к бал­ла­де Жу­ков­ско­го «Свет­ла­на».

Сон Та­тья­ны яв­ля­ет­ся «вещим». Он пред­ве­ща­ет ей бу­ду­щее за­му­же­ство (ви­деть во сне мед­ве­дя, со­глас­но на­род­ным ве­ро­ва­ни­ям, пред­ве­ща­ет же­нить­бу или за­му­же­ство). Кроме того, мед­ведь во сне ге­ро­и­ни яв­ля­ет­ся кумом Оне­ги­на, а ее муж, ге­не­рал, дей­стви­тель­но при­хо­дит­ся Оне­ги­ну даль­ним род­ствен­ни­ком.

Таким об­ра­зом, сон Та­тья­ны вы­сту­па­ет как сред­ство ее ха­рак­те­ри­сти­ки, как ком­по­зи­ци­он­ная встав­ка, как «про­ро­че­ство», как от­ра­же­ние по­та­ен­ных же­ла­ний ге­ро­и­ни и по­то­ков ее ду­шев­ной жизни, как от­ра­же­ние ее взгля­дов на мир.

2.  Кто в пьесе Д. И. Фон­ви­зи­на иг­ра­ет наи­бо­лее ак­тив­ную роль? По­че­му же она на­зва­на «Не­до­росль»?

Сло­варь дает два опре­де­ле­ния слову «Не­до­росль». Пер­вое  — «это мо­ло­дой дво­ря­нин, не до­стиг­ший со­вер­шен­но­ле­тия и не по­сту­пив­ший на го­су­дар­ствен­ную служ­бу». Вто­рое  — «глу­по­ва­тый юноша–не­до­уч­ка». Оба опре­де­ле­ния под­хо­дят под опи­са­ние глав­но­го героя Мит­ро­фа­нуш­ки. Од­на­ко не он глав­ный герой ко­ме­дии. Кон­фликт в пьесе воз­ни­ка­ет в ре­зуль­та­те столк­но­ве­ния двух групп дво­рян: Ста­ро­ду­ма, Прав­ди­на, Ми­ло­на, с одной сто­ро­ны, и Про­ста­ко­вых, Ско­ти­ни­на  — с дру­гой. Каж­дая из этих групп вы­ра­жа­ет раз­ные ин­те­ре­сы и цели: пер­вая груп­па пред­став­ле­на про­грес­сив­ны­ми, чест­ны­ми и про­све­щен­ны­ми лю­дь­ми, вто­рая  — не­ве­же­ствен­ны­ми са­мо­ду­ра­ми и дес­по­та­ми. Таким об­ра­зом, кон­фликт ко­ме­дии «Не­до­росль» фор­му­ли­ру­ет­ся как столк­но­ве­ние пе­ре­до­во­го, об­ра­зо­ван­но­го дво­рян­ства с кос­ным миром са­мо­ду­ров-кре­пост­ни­ков.

3.  По­че­му, в на­ру­ше­ние хро­но­ло­гии, со­бы­тия, на­чи­на­ю­щие и за­кан­чи­ва­ю­щие роман М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни», про­ис­хо­дят в кре­по­сти?

Ком­по­зи­ция ро­ма­на так же, как и сюжет, не­обыч­на. Общий сюжет ро­ма­на не имеет экс­по­зи­ции и за­вяз­ки, а раз­вяз­ка на­хо­дит­ся в се­ре­ди­не тек­ста. Весь роман по­стро­ен по коль­це­вой ком­по­зи­ции: на­чи­на­ет­ся с «Бэлы» и кон­ча­ет­ся «Фа­та­ли­стом», то есть время обеих по­ве­стей от­но­сит­ся к пе­ри­о­ду служ­бы глав­но­го героя в да­ле­кой гор­ной кре­по­сти, вна­ча­ле и в конце при­сут­ству­ют два героя  — Мак­сим Мак­си­мо­вич и Пе­чо­рин.

Кроме того, пять по­ве­стей, ко­то­рые со­став­ля­ют все про­из­ве­де­ние, рас­по­ло­же­ны стран­ным об­ра­зом, с на­ру­ше­ни­ем вре­мен­ной по­сле­до­ва­тель­но­сти. По на­ме­кам, раз-бро­сан­ным в ро­ма­не, учи­ты­вая ло­ги­ку раз­ви­тия дей­ствия, можно утвер­ждать, что по­ве­сти долж­ны быть рас­по­ло­же­ны сле­ду­ю­щим об­ра­зом: «Княж­на Мери», «Бэла», од­но­вре­мен­но с ней «Фа­та­лист», потом «Мак­сим Мак­си­мо­вич». Ли­те­ра­ту­ро­ве­ды спо­рят о месте в этом ряду по­ве­сти «Та­мань». По одной вер­сии «Та­мань» от­кры­ва­ет при­клю­че­ния Пе­чо­ри­на на Кав­ка­зе, по дру­гой  — эта по­весть может быть по­став­ле­на в любое место хро­но­ло­ги­че­ской цепи, по­то­му что в «Та­ма­ни» от­сут­ству­ют какие-либо све­де­ния или на­ме­ки на со­бы­тия в дру­гих по­ве­стях. Из при­ве­ден­ных точек зре­ния более убе­ди­тель­ной ка­жет­ся вто­рая.

По­че­му же Лер­мон­тов вы­би­ра­ет имен­но такое по­стро­е­ние? По­то­му что для пи­са­те­ля важна, пре­жде всего, не вре­мен­ная по­сле­до­ва­тель­ность, но наи­бо­лее пол­ное рас­кры­тие ха­рак­те­ра глав­но­го героя. Из­бран­ная пи­са­те­лем оче­ред­ность по­ве­стей лучше всего слу­жит по­став­лен­ной за­да­че. Такое по­стро­е­ние под­чи­не­но по­сте­пен­но­му рас­кры­тию ха­рак­те­ра глав­но­го героя  — от бес­сер­деч­но­го эго­и­ста и ци­ни­ка в на­ча­ле ро­ма­на до очень при­вле­ка­тель­но­го че­ло­ве­ка, спо­соб­но­го на бла­го­род­ные по­ступ­ки, в конце. Иными сло­ва­ми, по­сле­до­ва­тель­ность по­ве­стей в «Герое на­ше­го вре­ме­ни» мо­ти­ви­ру­ет­ся не толь­ко сме­ной рас­сказ­чи­ков (Мак­сим Мак­си­мо­вич, автор, Пе­чо­рин), но и по­сте­пен­ным зна­ком­ством чи­та­те­ля с глав­ным ге­ро­ем.

4.  Есть ли на­стро­е­ние безыс­ход­но­сти, тра­гиз­ма в изоб­ра­же­нии на­ро­да в сти­хо­тво­ре­нии Н. А. Не­кра­со­ва «Же­лез­ная до­ро­га»? Обос­нуй­те свою точку зре­ния, ис­поль­зуя текст сти­хо­тво­ре­ния.

В 1864 году Ни­ко­лай Алек­се­е­вич Не­кра­сов пишет сти­хо­тво­ре­ние «Же­лез­ная до­ро­га»  — одно из самых дра­ма­тич­ных своих про­из­ве­де­ний. По мас­шта­бу со­бы­тий, по сво­е­му духу это срав­ни­тель­но не­боль­шое сти­хо­тво­ре­ние  — на­сто­я­щая поэма о на­ро­де.

Но если в преды­ду­щих про­из­ве­де­ни­ях поэт свято верил в при­ход «свет­ло­го бу­ду­ще­го», то те­перь он с го­ре­чью го­во­рит:

Вы­не­сет все  — и ши­ро­кую, ясную

Гру­дью до­ро­гу про­ло­жит себе.

Жаль толь­ко  — жить в эту пору пре­крас­ную

Уж не при­дет­ся  — ни мне, ни тебе.

По­че­му же столь пес­си­ми­сти­чен поэт? В про­из­ве­де­нии народ изоб­ра­жен в двух ипо­ста­сях: ве­ли­кий тру­же­ник, по делам своим за­слу­жи­ва­ю­щий все­об­ще­го ува­же­ния и вос­хи­ще­ния, и тер­пе­ли­вый раб, ко­то­ро­го оста­ет­ся лишь по­жа­леть, не оскор­бив этой жа­ло­стью. Вот эта-то раб­ская по­кор­ность и за­став­ля­ет Не­кра­со­ва со­мне­вать­ся в ско­ром из­ме­не­нии на­род­ной жизни к луч­ше­му. По­вест­во­ва­ние от­кры­ва­ет­ся кар­ти­ной при­ро­ды, на­пи­сан­ной сочно, пла­стич­но и зримо. Кра­со­та и гар­мо­ния при­ро­ды ока­зы­ва­ют­ся по­во­дом, чтобы за­го­во­рить о мире людей.

Слав­ная осень! Мо­роз­ные ночи,

Ясные, тихие дни...

Нет без­об­ра­зья в при­ро­де!

В от­ли­чие от при­ро­ды, люд­ское об­ще­ство полно про­ти­во­ре­чий, дра­ма­тич­ных столк­но­ве­ний. Для того чтобы рас­ска­зать о тя­же­сти и по­дви­ге на­род­но­го труда, поэт об­ра­ща­ет­ся к при­е­му, до­ста­точ­но из­вест­но­му в рус­ской ли­те­ра­ту­ре,  — опи­са­нию сна од­но­го из участ­ни­ков по­вест­во­ва­ния. Сон Вани  — это не толь­ко услов­ный прием, а ре­аль­ное со­сто­я­ние маль­чи­ка, в чьем рас­тре­во­жен­ном во­об­ра­же­нии рас­сказ о стра­да­ни­ях стро­и­те­лей до­ро­ги рож­да­ет фан­та­сти­че­ские кар­ти­ны с ожив­ши­ми под лун­ным си­я­ни­ем мерт­ве­ца­ми.

Цен­зу­ра по­ня­ла взрыв­ную силу «Же­лез­ной до­ро­ги», а ис­то­рия ее опуб­ли­ко­ва­ния и ис­ка­же­ний, ко­то­рым она под­верг­лась, толь­ко под­чер­ки­ва­ет де­мо­кра­тизм про­из­ве­де­ния и пра­виль­ность линии, вы­бран­ной ав­то­ром. Сти­хо­тво­ре­ние «Же­лез­ная до­ро­га» оста­ет­ся и по­ны­не ак­ту­аль­ным и самым ци­ти­ру­е­мым про­из­ве­де­ни­ем Не­кра­со­ва, пред­ска­зав­ше­го дол­гий путь к на­род­но­му сча­стью.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Был ли пред­опре­де­лен тра­ги­че­ский финал судь­бы Мцыри? Обос­нуй­те свою точку зре­ния.

Со­бы­тия, опи­сан­ные в поэме, про­ис­хо­ди­ли в пе­ри­од доб­ро­воль­но­го при­со­еди­не­ния Гру­зии к Рос­сии .

Тра­гизм судь­бы глав­но­го героя в том, что он был пле­нен («ре­бен­ка плен­но­го он (ге­не­рал) вез»). Но ха­рак­тер Мцыри имел осо­бый, он от­ка­зал­ся от еды, из-за этих об­сто­я­тельств в нем раз­вил­ся «мо­гу­чий дух его отцов». Уми­ра­ю­ще­го маль­чи­ка оста­ви­ли в мо­на­сты­ре, где его вы­хо­дил один монах. На­ка­ну­не при­ня­тия мо­на­ше­ско­го обета Мцыри сбе­жал из мо­на­сты­ря. Все это время, ко­то­рое он на­хо­дил­ся в мо­на­сты­ре, он стра­дал из-за от­сут­ствия воли. Те три дня, ко­то­рые он про­вел в лесу, вос­кре­си­ли его. Он уви­дел пре­крас­ную при­ро­ду, диких зве­рей, мо­ло­дую де­вуш­ку. Что делал он за сте­на­ми мо­на­сты­ря, сам Мцыри на­зы­ва­ет сло­вом «жил». Про­сто жил. На воле Мцыри вспом­нил об отчем доме и за­хо­тел найти до­ро­гу к нему, но вер­нул­ся вновь к сте­нам мо­на­сты­ря. Он осо­знал, что сво­бо­ду об­ре­сти ему не удаст­ся. «По­мо­щи люд­ской» он не же­ла­ет, по­то­му что не верит в то, что люди, со­вер­шен­но дру­гие, могут ему по­мочь. Мцыри оди­нок в этом мире, он глу­бо­ко осо­зна­ет и пе­ре­жи­ва­ет свое оди­но­че­ство.

С судь­бой, по мне­нию героя, спо­рить тщет­но. По­это­му тра­ги­че­ский финал его судь­бы пред­опре­де­лен.

По­беж­ден­ный, он ду­хов­но не слом­лен и оста­ет­ся по­ло­жи­тель­ным об­ра­зом нашей ли­те­ра­ту­ры, а его му­же­ствен­ность, цель­ность, ге­ро­изм яв­ля­лись уко­ром раз­дроб­лен­ным серд­цам бо­яз­ли­вых и без­де­я­тель­ных со­вре­мен­ни­ков из дво­рян­ско­го об­ще­ства.

2.  Какие осо­бен­но­сти ли­ри­ки В. А. Жу­ков­ско­го дали ос­но­ва­ние ис­сле­до­ва­те­лю А. Ве­се­лов­ско­му на­звать его по­э­зию «пей­за­жем души»?

Почти во всех кар­ти­нах при­ро­ды, ко­то­рые ри­су­ет Жу­ков­ский, при­сут­ству­ет вос­при­ни­ма­ю­щий ее че­ло­век. Он и при­ро­да по­ка­за­ны у поэта в не­ко­то­ром един­стве. Опи­сы­ва­ют­ся не столь­ко яв­ле­ния при­ро­ды, сколь­ко ду­шев­ное со­сто­я­ние че­ло­ве­ка. Вот по­че­му пей­за­жи Жу­ков­ско­го на­зы­ва­ют «пей­за­жа­ми души». «Жизнь души» и есть под­лин­ный пред­мет эле­гии поэта.

3.  Есть ли тема любви в по­ве­сти Н. В. Го­го­ля «Ши­нель»? Обос­нуй­те свою точку зре­ния.

Тема любви зву­чит в по­ве­сти со­вер­шен­но иначе, не­тра­ди­ци­он­но. Лю­бовь на стра­ни­цах «Ши­не­ли» по­яв­ля­ет­ся в хри­сти­ан­ском тол­ко­ва­нии. Лю­бовь к ближ­не­му, за­по­ве­дан­ная Хри­стом Спа­си­те­лем, яв­ля­ет­ся выс­шей доб­ро­де­те­лью хри­сти­а­ни­на. Че­ло­век, «брат твой», может ока­зать­ся в очень за­труд­нен­ном по­ло­же­нии, по­пасть в беду, ока­зать­ся на грани го­лод­ной смер­ти. Ти­ту­ляр­ный со­вет­ник Баш­мач­кин, на­хо­дясь в из­ряд­ном воз­расте («Ака­кию Ака­ки­е­ви­чу за­бра­лось за пять­де­сят») в пол­ном оди­но­че­стве, пе­ре­жил страш­ные ми­ну­ты от­ча­я­ния в слу­чив­шем­ся с ним не­сча­стье. Но никто не помог страж­ду­ще­му, никто не про­тя­нул руку по­мо­щи, ни от кого он не услы­шал даже про­сто­го доб­ро­го слова, спо­соб­но­го, по мне­нию свя­ти­те­ля Ти­хо­на За­дон­ско­го, «скор­бя­ще­го уте­шить». Че­ло­век, про­свет­лен­ный Бо­же­ствен­ной ис­ти­ной и осо­знав­ший смысл своей зем­ной жизни, до­ро­жит со­кро­ви­ща­ми своей души, среди ко­то­рых лю­бовь к Богу и ближ­не­му сво­е­му и жерт­вен­ное слу­же­ние Оте­че­ству. Та­ко­ва по­зи­ция Го­го­ля.

4.  По­че­му из раз­лич­ных ва­ри­ан­тов на­зва­ний  — «Дочь и отец», «Рас-сказ о бале и сквозь строй», «А вы го­во­ри­те...»  — Тол­стой оста­но­вил­ся на на­зва­нии «После бала»?

Рас­сказ «После бала» по­стро­ен на кон­тра­сте. Кон­траст­ны порт­рет­ные ха­рак­те­ри­сти­ки, по­ве­де­ние отца Ва­рень­ки на балу и после бала, на­стро­е­ние и мысли глав­но­го героя до и после уви­ден­но­го на плацу. На­зва­ние «После бала» точ­нее пе­ре­да­ет ос­нов­ную идею про­из­ве­де­ния: жизнь че­ло­ве­ка может из­ме­нить одно со­бы­тие. Для глав­но­го героя пе­ре­лом­ный мо­мент в его жизни на­сту­пил после бала, от уви­ден­но­го на плацу.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рий к со­чи­не­ни­ям

1.  Со­глас­ны ли вы с мне­ни­ем кри­ти­ка о по­ве­сти «Княж­на Мери» (М. Ю. Лер­мон­тов «Герой на­ше­го вре­ме­ни»): в ней «фран­цуз­ское на­ча­ло и рус­ское окон­ча­ние»? Обос­нуй­те свою по­зи­цию.

Не толь­ко в рус­ской, но и в ми­ро­вой ли­те­ра­ту­ре Лер­мон­тов один из пер­вых овла­дел уме­ни­ем улав­ли­вать и изоб­ра­жать «пси­хи­че­ский про­цесс воз­ник­но­ве­ния мыс­лей», как вы­ра­зил­ся Чер­ны­шев­ский в ста­тье о ран­них по­ве­стях и рас­ска­зах Льва Тол­сто­го. И если «сам пси­хи­че­ский про­цесс, его формы, его за­ко­ны, диа­лек­ти­ка души» в пол­ной мере были рас­кры­ты сред­ства­ми ху­до­же­ствен­ной ли­те­ра­ту­ры впо­след­ствии уже Тол­стым, то при всем раз­ли­чии между Лер­мон­то­вым и Тол­стым Чер­ны­шев­ский не слу­чай­но на­звал среди пред­ше­ствен­ни­ков Тол­сто­го имя ав­то­ра «Героя на­ше­го вре­ме­ни», у ко­то­ро­го «более раз­ви­та эта сто­ро­на пси­хо­ло­ги­че­ско­го ана­ли­за». Оче­вид­но, что за­вяз­ка главы «Княж­на Мери» сде­ла­на по ка­но­нам фран­цуз­ских ро­ма­нов тех лет и зри­тель ожи­да­ет опре­де­лен­ной кон­цов­ки, но кон­цов­ка вы­ры­ва­ет­ся из этой шаб­лон­но­сти. Не­стан­дарт­ный герой, не­стан­дарт­ны его от­но­ше­ния к про­ис­хо­дя­ще­му, в том числе к любви. Не­стан­дарт­на и раз­вяз­ка: нет счаст­ли­во­го вос­со­еди­не­ния влюб­лен­ных.

2.  Какое сим­во­ли­че­ское зву­ча­ние для всего ро­ма­на имеют слова Пу­га­че­ва, об­ра­щен­ные к Пет­ру­ше Гри­не­ву: «На­гра­ди вас Гос­подь за вашу доб­ро­де­тель. Век не за­бу­ду ваших ми­ло­стей»? (по ро­ма­ну А. С. Пуш­ки­на «Ка­пи­тан­ская дочка»)

Ис­то­рия вза­и­мо­от­но­ше­ний Гри­не­ва и Пу­га­че­ва  — это пре­жде всего ис­то­рия ми­ло­сер­дия. С ми­ло­сер­дия на­чи­на­ет­ся эта ис­то­рия, им и кон­ча­ет­ся. Вспом­ним первую встре­чу Гри­не­ва с Пу­га­че­вым, когда Гри­нев при­ка­зы­ва­ет от­дать Пу­га­че­ву свой за­ячий тулуп. Са­ве­льич изум­лен. И дело не толь­ко в том, что тулуп дорог. По­да­рок бес­смыс­лен. «Зачем ему твой за­ячий тулуп ? Он его про­пьет, со­ба­ка, в пер­вом ка­ба­ке». Да, не по­ле­зет этот юно­ше­ский тулуп на пу­га­чев­ские «ока­ян­ные пле­чи­ща!» И Са­ве­льич прав: тулуп тре­щит по швам, когда Пу­га­чев на­де­ва­ет его... Од­на­ко пишет Пуш­кин: «Бро­дя­га был чрез­вы­чай­но до­во­лен моим по­дар­ком». Тут не в ту­лу­пе дело... Тут впер­вые про­мельк­ну­ло между офи­це­ром Гри­не­вым и бег­лым ка­за­ком Пу­га­че­вым нечто иное... В бла­го­дар­но­сти Гри­не­ва не про­сто бла­го­дар­ность. Тут жа­лость, ми­ло­сер­дие и... ува­же­ние. Ува­же­ние к че­ло­ве­ку и его до­сто­ин­ству. И че­ло­ве­ку хо­лод­но. А че­ло­ве­ку не долж­но быть хо­лод­но. По­то­му что он образ Божий. И мы не долж­ны без­раз­лич­но про­хо­дить мимо че­ло­ве­ка, ко­то­ро­му хо­лод­но, по­то­му что это ко­щун­ство. Все это по­чув­ство­вал Пу­га­чев. По­то­му и такое теп­лое на­пут­ствие Гри­не­ву: «Спа­си­бо ваше бла­го­ро­дие! На­гра­ди вас Гос­подь за вашу доб­ро­де­тель. Век не за­бу­ду ваших ми­ло­стей!» И за­вя­за­лись между ге­ро­я­ми от­но­ше­ния, где выс­ший и низ­ший едины, где нет ни гос­по­ди­на, ни раба, где враги  — бра­тья. Чем можно от­ве­тить на ми­лость, на ми­ло­сер­дие? Чем его из­ме­рить? Толь­ко ми­ло­стью и ми­ло­сер­ди­ем же.

3.  За что и как на­ка­зан Ака­кий Ака­ки­е­вич в по­ве­сти Н. В. Го­го­ля «Ши­нель»?

Го­го­лев­ский Пе­тер­бург  — это город, по­ра­жа­ю­щий со­ци­аль­ны­ми кон­траста­ми. Город тру­же­ни­ков-бед­ня­ков, жертв ни­ще­ты и про­из­во­ла. Такой жерт­вой и яв­ля­ет­ся Ака­кий Ака­ки­е­вич Баш­мач­кин  — герой по­ве­сти «Ши­нель». Го­голь ха­рак­те­ри­зу­ет Баш­мач­ки­на как че­ло­ве­ка бед­но­го, за­уряд­но­го, не­зна­чи­тель­но­го и не­за­мет­но­го. Вос­пи­тан­ный в ат­мо­сфе­ре бес­пре­ко­слов­но­го под­чи­не­ния и ис­пол­не­ния рас­по­ря­же­ний на­чаль­ства, Ака­кий Ака­ки­е­вич не при­вык раз­мыш­лять над со­дер­жа­ни­ем и смыс­лом своей ра­бо­ты. Вот по­че­му, когда ему пред­ла­га­ют за­да­ния, тре­бу­ю­щие про­яв­ле­ния эле­мен­тар­ной со­об­ра­зи­тель­но­сти, он на­чи­на­ет вол­но­вать­ся, пе­ре­жи­вать и, в конце кон­цов, при­хо­дит к вы­во­ду: «Нет, лучше дайте я пе­ре­пи­шу что-ни­будь».

Ду­хов­ная жизнь Баш­мач­ки­на такая же огра­ни­чен­ная и од­но­сто­рон­няя, как и внеш­няя. Герой не стре­мит­ся к не­ви­дан­ной рос­ко­ши. Ему про­сто хо­лод­но, да и по чину он дол­жен яв­лять­ся в де­пар­та­мент в ши­не­ли. Мечта сшить ши­нель на вате ста­но­вит­ся для героя по­до­би­ем ве­ли­кой и почти не­вы­пол­ни­мой за­да­чи. В его си­сте­ме ми­ро­вых цен­но­стей она имеет такое же зна­че­ние, как стрем­ле­ние ка­ко­го-ни­будь «ве­ли­ко­го че­ло­ве­ка» до­бить­ся ми­ро­во­го гос­под­ства. Для того чтобы по со­ве­ту порт­но­го на­ко­пить день­ги на новую вещь, он эко­но­мит: по ве­че­рам не за­жи­га­ет свечи, не пьет чай. Но зато «он пи­тал­ся ду­хов­но, нося в мыс­лях своих веч­ную идею бу­ду­щей ши­не­ли»,  — пишет Го­голь. На­кап­ли­ва­ние денег на при­об­ре­те­ние новой ши­не­ли ста­но­вит­ся для Ака­кия Ака­ки­е­ви­ча целью всей жизни. Но не дол­жен че­ло­век огра­ни­чи­вать­ся та­ки­ми мел­ки­ми ин­те­ре­са­ми. Не может он жить, удо­вле­тво­ряя толь­ко фи­зио­ло­ги­че­ские свои по­треб­но­сти. В этом и есть суть на­ка­за­ния Баш­мач­ки­на  — он лишен един­ствен­но­го смыс­ла своей жизни, по­то­му и умер.

4.  По­че­му по­тер­пе­ла кру­ше­ние лю­бовь Ивана Ва­си­лье­ви­ча к Ва­рень­ке? В чем ис­тин­ные при­чи­ны, из­ме­нив­шие жизнь че­ло­ве­ка? (по рас­ска­зу Л. Н. Тол­сто­го «После бала»)

Герою-рас­сказ­чи­ку из рас­ска­за Л. Н. Тол­сто­го «После бала» при­ш­лось пе­ре­жить в своей жизни одно страш­ное утро, пол­но­стью из­ме­нив­шее всю его даль­ней­шую жизнь, его бу­ду­щее. На балу герой вос­хи­ща­ет­ся своей воз­люб­лен­ной, всем тем миром, ко­то­рый его окру­жа­ет. По­это­му вме­сте с лю­бо­вью к Ва­рень­ке герой любит и ее отца, вос­хи­ща­ет­ся им. Когда же он стал­ки­ва­ет­ся в этом мире с же­сто­ко­стью и не­спра­вед­ли­во­стью, ру­шит­ся все его ощу­ще­ние гар­мо­нич­но­сти, це­лост­но­сти мира, и он пред­по­чи­та­ет не лю­бить никак, чем лю­бить ча­стич­но. Я не волен из­ме­нить мир, по­бе­дить зло, но я и толь­ко я волен со­гла­сить­ся или не со­гла­сить­ся участ­во­вать в этом зле  — вот ло­ги­ка рас­суж­де­ний героя. И Иван Ва­си­лье­вич со­зна­тель­но от­ка­зы­ва­ет­ся от своей любви.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  По­че­му роман о Пу­га­чев­ском бунте А. С. Пуш­кин об­ле­ка­ет в форму ме­му­а­ров оче­вид­ца? (по ро­ма­ну «Ка­пи­тан­ская дочка»)

Форма ме­му­а­ров, вы­бран­ная ав­то­ром, го­во­рит о его ис­то­ри­че­ской зор­ко­сти. В XVIII веке дей­стви­тель­но можно было по­доб­ным об­ра­зом опи­сать «пу­га­чев­щи­ну» в вос­по­ми­на­ни­ях, для вну­ков. Не слу­ча­ен выбор ав­то­ром Петра Гри­не­ва в ка­че­стве ме­му­а­ри­ста. Пуш­ки­ну был нужен сви­де­тель, не­по­сред­ствен­но участ­во­вав­ший в со­бы­ти­ях, ко­то­рый был бы лично зна­ком с Пу­га­че­вым и его окру­же­ни­ем.

Пуш­кин на­ме­рен­но вы­брал для этого дво­ря­ни­на. Как дво­ря­нин по сво­е­му со­ци­аль­но­му про­ис­хож­де­нию и офи­цер, при­зван­ный при­ся­гой усми­рять бунт, он верен долгу. И мы видим, что Петр Гри­нев дей­стви­тель­но не уро­нил своей офи­цер­ской чести. Он добр, бла­го­ро­ден. На пред­ло­же­ние Пу­га­че­ва слу­жить ему верой и прав­дой Гри­нев от­ве­ча­ет с твер­до­стью от­ка­зом, так как при­ся­гал го­су­да­ры­не-им­пе­ра­три­це. Но он и от­вер­га­ет вос­ста­ние «как бес­смыс­лен­ный и бес­по­щад­ный бунт», кро­во­про­ли­тие. Петр Гри­нев по­сле­до­ва­тель­но по­вест­ву­ет нам не толь­ко о кро­ва­вых и же­сто­ких рас­пра­вах, по­доб­ных рас­пра­ве в Бе­ло­гор­ской кре­по­сти, но и о спра­вед­ли­вых по­ступ­ках Пу­га­че­ва, о его ши­ро­кой душе, му­жиц­кой сме­кал­ке, свое­об­раз­ном бла­го­род­стве.

2.  Со­глас­ны ли вы с вы­ска­зы­ва­ни­ем В. На­бо­ко­ва, что «Со­ба­ке­вич  — самый по­э­ти­че­ский пер­со­наж в книге»? Обос­нуй­те свою точку зре­ния, (по поэме Н. В. Го­го­ля «Мерт­вые души»)

Та­лант Го­го­ля уни­ка­лен. Го­голь ввел в ли­те­ра­ту­ру тон­кие от­тен­ки за­па­ха, вкуса, цвета и кра­сок. Кто не вос­хи­щал­ся, читая «Мерт­вые души» яр­ки­ми опи­са­ни­я­ми уса­деб по­ме­щи­ков. А обед у Со­ба­ке­ви­ча? Это ли не ше­девр ху­до­же­ствен­но­го слова? Вот по­че­му На­бо­ков, ана­ли­зи­руя «Мерт­вые души», на­зы­ва­ет Со­ба­ке­ви­ча «самым по­э­ти­че­ским пер­со­на­жем в книге».

3.  По­че­му со­бы­тия, рас­кры­ва­ю­щие «ис­то­рию души» Пе­чо­ри­на, про­ис­хо­дят не в Пе­тер­бур­ге, а на Кав­ка­зе? (по ро­ма­ну М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни»)

Роман М. Ю. Лер­мон­то­ва «Герой на­ше­го вре­ме­ни» яв­ля­ет­ся ярким при­ме­ром пси­хо­ло­ги­че­ско­го ро­ма­на. Он со­сто­ит из пяти са­мо­сто­я­тель­ных глав, объ­еди­нен­ных глав­ным дей­ству­ю­щим лицом  — Гри­го­ри­ем Алек­сан­дро­ви­чем Пе­чо­ри­ным.

Со­дер­жа­ние ро­ма­на поз­во­ля­ет вос­ста­но­вить ис­то­рию жизни глав­но­го героя. Если сле­до­вать хро­но­ло­гии со­бы­тий, то по­лу­ча­ет­ся при­мер­но такая кар­ти­на: Пе­чо­рин вы­слан из Пе­тер­бур­га на Кав­каз. По до­ро­ге к месту его служ­бы он оста­нав­ли­ва­ет­ся в Та­ма­ни, где про­ис­хо­дит его встре­ча с кон­тра­бан­ди­ста­ми. Позже герой при­ез­жа­ет в Пя­ти­горск на ми­не­раль­ные воды, где за дуэль с Груш­ниц­ким его оправ­ля­ют под на­чаль­ство Мак­си­ма Мак­си­мы­ча в кре­пость. От­лу­чив­шись в ка­за­чью ста­ни­цу, Пе­чо­рин пе­ре­жи­ва­ет ис­то­рию с Ву­ли­чем («Фа­та­лист»), а по воз­вра­ще­нии в кре­пость про­ис­хо­дит по­хи­ще­ние Бэлы. Пе­чо­ри­на пе­ре­во­дят в Гру­зию, затем он воз­вра­ща­ет­ся в Пе­тер­бург. Через пять лет, вновь ока­зав­шись на Кав­ка­зе, по до­ро­ге в Пер­сию, Пе­чо­рин встре­ча­ет­ся с Мак­си­мом Мак­си­мы­чем и офи­це­ром - ав­то­ром пу­те­вых за­пи­сок. На об­рат­ном пути из Пер­сии Пе­чо­рин уми­ра­ет.

Пре­сы­тив­шись сто­лич­ной жиз­нью, Пе­чо­рин на­де­ет­ся, что на Кав­ка­зе не будет места скуке. На Кав­ка­зе шла война. Герой не бо­ит­ся смот­реть смер­ти в глаза. Опять же перед лицом смер­ти че­ло­век не может лгать. По­это­му ис­по­ведь Пе­чо­ри­на аб­со­лют­но ис­крен­на.

4.  По­че­му герои мно­гих ран­них рас­ска­зов А. П. Че­хо­ва чи­нов­ни­ки?

Чи­нов­ник не был новой фи­гу­рой в рус­ской ли­те­ра­ту­ре, ведь чи­нов­ни­че­ство  — одно из самых рас­про­стра­нен­ных со­сло­вий в ста­рой Рос­сии. И в рус­ской ли­те­ра­ту­ре перед чи­та­те­лем про­хо­дят ле­ги­о­ны чи­нов­ни­ков  — от ре­ги­стра­то­ров до ге­не­ра­лов. У Че­хо­ва он (чи­нов­ник) об­ре­та­ет впол­не са­мо­сто­я­тель­ный со­би­ра­тель­ный образ, не­су­щий в себе мно­го­ли­кие черты сущ­но­сти, обо­зна­чен­ной по­ня­ти­ем «чин», в че­ло­ве­че­ском со­ци­у­ме.

Так в рас­ска­зах Че­хо­ва за­вер­ши­лась тема «ма­лень­ко­го че­ло­ве­ка»  — одна из силь­ней­ших тем рус­ской клас­си­че­ской ли­те­ра­ту­ры, вос­хо­дя­щая к Пуш­ки­ну и Го­го­лю, про­дол­жен­ная и раз­ви­тая До­сто­ев­ским. Ге­ро­я­ми про­из­ве­де­ний этих пи­са­те­лей были люди, низ­кие по со­ци­аль­но­му по­ло­же­нию, со­вер­шен­но раз­дав­лен­ные жиз­нью, но всеми си­ла­ми ста­рав­ши­е­ся про­ти­во­сто­ять не­спра­вед­ли­во­сти, ца­ря­щей в Рос­сии. Су­ще­ства обез­до­лен­ные и угне­тен­ные, эти «ма­лень­кие люди», дей­стви­тель­но, были до­стой­ны со­стра­да­ния, ли­шен­ные за­бо­ты и за­щи­ты го­су­дар­ства, «уни­жен­ные и оскорб­лен­ные» вла­стью вы­ше­сто­я­щих чи­нов­ни­ков.

И тут Чехов яв­ля­ет­ся не­по­сред­ствен­ным про­дол­жа­те­лем этой гу­ма­ни­сти­че­ской тра­ди­ции де­мо­кра­ти­че­ской рус­ской ли­те­ра­ту­ры, до­ста­точ­но ясно по­ка­зы­вая в своих ран­них рас­ска­зах все­вла­стие по­ли­цей­ско­го и чи­нов­ни­чье­го про­из­во­ла. У Че­хо­ва «ма­лень­кий че­ло­век»  — чи­нов­ник ста­но­вит­ся «мел­ким», вы­нуж­ден­ным пря­тать­ся, плыть по те­че­нию, по­ви­но­вать­ся усто­яв­шим­ся в об­ще­жи­тии при­выч­кам и за­ко­нам…

По сути, Чехов уже изоб­ра­жа­ет не ма­лень­ких людей, а то, что ме­ша­ет им быть боль­ши­ми  — он изоб­ра­жа­ет и обоб­ща­ет ма­лень­кое в людях.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям:

1.  Как «немая сцена» в фи­на­ле ко­ме­дии Н. В. Го­го­ля «Ре­ви­зор» свя­за­на с ос­нов­ным ее со­дер­жа­ни­ем?

Финал пьесы Н. В. Го­го­ля «Ре­ви­зор»  — не­обыч­ное и уди­ви­тель­ное яв­ле­ние в рус­ской дра­ма­тур­гии. Так на­зы­ва­е­мая немая сцена, ко­то­рой за­кан­чи­ва­ет­ся ко­ме­дия, сле­ду­ет после того, как жан­дарм… объ­явил о при­бы­тии в город на­сто­я­ще­го ре­ви­зо­ра. По­тря­сен­ные чи­нов­ни­ки за­сты­ли в ожи­да­нии не­ми­ну­е­мой рас­пра­вы. Го­род­ни­чий стоит стол­бом по­сре­ди сцены; почт­мей­стер пре­вра­тил­ся «в во­про­си­тель­ный знак, об­ра­щен­ный к зри­те­лям»; судья при­сел почти до земли и слов­но хотел ска­зать: «Вот тебе, ба­буш­ка, и Юрьев день!» Кто по­ра­жен, кто изум­лен, кто зло­рад­ству­ет,  — все чи­нов­ни­ки со­став­ля­ют весь­ма жи­во­пис­ную и вы­ра­зи­тель­ную груп­пу. И эту немую сцену, слу­жа­щую важ­ным за­вер­ше­ни­ем ко­ме­дии, и зри­те­ли, и кри­ти­ки, и ли­те­ра­ту­ро­ве­ды трак­то­ва­ли по-раз­но­му.

Сам Н. В. Го­голь го­во­рил, что немая сцена вы­ра­жа­ет идею «за­ко­на», при на­ступ­ле­нии ко­то­ро­го все «по­блед­не­ло и по­тряс­лось». То есть финал ко­ме­дии  — это мысль о на­сту­па­ю­щем воз­мез­дии. В. Г. Бе­лин­ский го­во­рил об огра­ни­чен­но­сти немой сцены, но боль­шин­ство кри­ти­ков со­глас­ны все же с ав­то­ром. Дан­ный Го­го­лем намек на тор­же­ство спра­вед­ли­во­сти уси­ли­ва­ет ощу­ще­ние тре­во­ги, стра­ха. Дей­стви­тель­но, страх, воз­ник­ший в на­ча­ле сцены, а затем бла­го­по­луч­но рас­та­яв­ший, когда чи­нов­ни­ки от­ку­пи­лись от «ре­ви­зо­ра» и успо­ко­и­лись, вер­нул­ся. Но те­перь чув­ство тре­во­ги воз­рас­та­ет мно­го­крат­но  — чи­нов­ни­ки ока­зы­ва­ют­ся в еще худ­шей си­ту­а­ции, чем в на­ча­ле пьесы. Ведь бро­сив все силы на уго­жде­ние Хле­ста­ко­ву, они так и не удо­су­жи­лись на­ве­сти в своих делах хотя бы внеш­ний по­ря­док.

Вот по­че­му по­яв­ле­ние на­сто­я­ще­го ре­ви­зо­ра при­во­дит ге­ро­ев к немой сцене.

2.  Что Вас при­вле­ка­ет в ли­ри­ке А. А. Блока?

Твор­че­ство Алек­сандра Блока  — ве­ли­ко­го поэта на­ча­ла XX века  — одно из самых при­ме­ча­тель­ных яв­ле­ний рус­ской по­э­зии.

Что же при­вле­ка­ет меня в по­э­зии Блока? Пре­жде всего, то, что все яв­ле­ния окру­жа­ю­ще­го мира и все со­бы­тия ис­то­рии, все пре­да­ния веков, на­род­ное горе, мечты о бу­ду­щем  — все, что ста­но­ви­лось темой пе­ре­жи­ва­ний и пищей раз­ду­мий, Блок пе­ре­во­дил на язык ли­ри­ки и пре­жде всего вос­при­ни­мал как ли­ри­ку. Даже сама Рос­сия была для него «ли­ри­че­ской ве­ли­чи­ной», и эта «ве­ли­чи­на» была столь огром­ной, что да­ле­ко не сразу вме­сти­лась в рамки его твор­че­ства.

Его ли­ри­ка стала силь­нее его са­мо­го. Это яснее всего вы­ра­же­но в его сти­хах о любви. Сколь­ко бы он ни твер­дил, что жен­щи­ны, ко­то­рых мы любим, кар­тон­ные, он во­пре­ки своей воле видел в них и звез­ды, чув­ство­вал в них не­здеш­ние дали, и  — сколь­ко бы сам ни сме­ял­ся над этим  — каж­дая жен­щи­на в его лю­бов­ных сти­хах со­че­та­лась для него с об­ла­ка­ми, за­ка­та­ми, зо­ря­ми, каж­дая от­кры­ва­ла про­све­ты в Иное, по­это­му он и со­зда­ет свой пер­вый цикл  — «Стихи о Пре­крас­ной Даме». Пре­крас­ная Дама  — во­пло­ще­ние веч­ной жен­ствен­но­сти, веч­ный идеал кра­со­ты. Ли­ри­че­ский герой  — слу­жи­тель Пре­крас­ной Дамы, ожи­да­ю­щий гря­ду­ще­го пре­об­ра­же­ния жизни.

3.  Образ ав­то­ра и его зву­ча­ние в поэме «Слово о полку Иго­ре­ве».

Ос­нов­ная мысль «Слова...»  — мысль о еди­не­нии рус­ской земли. Автор об­ра­ща­ет­ся к по­хо­ду Игоря для того, чтобы страст­но, до­ка­за­тель­но за­щи­тить эту мысль. Взгляд ав­то­ра вы­ра­жа­ет пре­жде всего ин­те­ре­сы Ро­ди­ны в целом, а не честь кня­зей. Так как по­буж­де­ни­ем Игоря к по­хо­ду была за­щи­та Ро­ди­ны, в по­хо­де князь про­явил му­же­ство, вер­ность брату в плену, автор «Слова о полку Иго­ре­ве» сла­вит князя, хотя и не при­вет­ству­ет его поход.

4.  Герой  — ха­рак­тер  — по­сту­пок в со­вре­мен­ной оте­че­ствен­ной прозе. (На при­ме­ре од­но­го из про­из­ве­де­ний.)

Тема может быть рас­смот­ре­на на ма­те­ри­а­ле про­из­ве­де­ний В. Рас­пу­ти­на («Уроки фран­цуз­ско­го»), В. Аста­фье­ва («Ва­сют­ки­но озеро»), тогда это будет раз­мыш­ле­ние о нрав­ствен­ных про­бле­мах, о том, что дви­жет ге­ро­я­ми в раз­лич­ных жиз­нен­ных си­ту­а­ци­ях.

Тема может быть рас­кры­та на при­ме­ре про­из­ве­де­ния о Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войны, тогда тема нрав­ствен­но­сти будет тесно пе­ре­кли­кать­ся с темой пат­ри­о­тиз­ма. При­ме­ром может быть по­весть Б. Ва­си­лье­ва «А зори здесь тихие…»

Борис Ва­си­льев сам во­е­вал, за­щи­щая ро­ди­ну в годы Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной Войны. Он был сви­де­те­лем всех ее ужа­сов, и смог прав­до­по­доб­но и де­таль­но вос­со­здать страш­ные мо­мен­ты того вре­ме­ни в своих кни­гах. Одна из них  — это ге­ни­аль­ное про­из­ве­де­ние «А зори здесь тихие…». В по­ве­сти рас­ска­зы­ва­ет­ся о по­дви­ге со­вет­ских жен­щин в годы войны. У каж­дой из де­ву­шек – ге­ро­инь по­ве­сти «А зори здесь тихие…»  — своя до­во­ен­ная судь­ба, свои ра­до­сти и тра­ге­дии. И хоть «война  — не жен­ское дело», они от­важ­но сра­жа­ют­ся за Ро­ди­ну во имя бу­ду­ще­го. Все де­вуш­ки тра­ги­че­ски по­ги­ба­ют от рук ве­ро­лом­ных за­хват­чи­ков  — фа­ши­стов. Борис Ва­си­льев в своей по­ве­сти со­здал образ на­сто­я­щих ге­ро­ев того страш­но­го и же­сто­ко­го вре­ме­ни.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.1. Ка­ко­во ав­тор­ское от­но­ше­ние к Фа­му­со­ву и в чем оно про­яв­ля­ет­ся? (По пьесе А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума».)

Гри­бо­едов, не имея воз­мож­но­сти вы­ра­жать свою по­зи­цию прямо (как это воз­мож­но в эпи­че­ских про­из­ве­де­ни­ях), ма­стер­ски ис­поль­зо­вал раз­лич­ные кос­вен­ные сред­ства. От­ри­ца­тель­ное от­но­ше­ние ав­то­ра к Фа­му­со­ву пе­ре­да­ет­ся при по­мо­щи са­ти­ри­че­ских средств. Одним из таких средств яв­ля­ет­ся ре­че­вая ма­не­ра героя. По со­ста­ву сло­варь Фа­му­со­ва очень раз­но­об­ра­зен. В его речи встре­ча­ют­ся на­род­ные слова и вы­ра­же­ния: страм­ни­ца, сени, чур­бан и т. п. По­па­да­ют­ся и ино­языч­ные слова: су­дарь, набат. Но ха­рак­тер­но, что в языке Фа­му­со­ва, пре­крас­но вла­де­ю­ще­го речью, нет слов, вы­ра­жа­ю­щих слож­ные ду­шев­ные пе­ре­жи­ва­ния, на­уч­ные по­ня­тия,  — это ука­зы­ва­ет на его не­вы­со­кий куль­тур­ный уро­вень. Фа­му­сов го­во­рит жи­тей­ским язы­ком. От­то­го в его син­так­си­се много раз­го­вор­ных вы­ра­же­ний и про­сто­на­род­ных обо­ро­тов речи: «ты пря­мой чур­бан», «из­воль-ка в избу», «не финти». Своей речью, ее сло­ва­рем и син­так­си­сом Фа­му­сов как бы же­ла­ет под­черк­нуть, что он рус­ский барин, не чуж­да­ю­щий­ся про­сто­на­род­ной речи. Это не­сколь­ко от­ли­ча­ет его от дру­гих пред­ста­ви­те­лей его об­ще­ства. Так ре­че­вой ма­не­рой Гри­бо­едов де­ла­ет еще более ярким прав­ди­вый образ Фа­му­со­ва, этого ти­пич­но­го пред­ста­ви­те­ля мос­ков­ско­го дво­рян­ства на­ча­ла XIX века. Не­при­я­тие Гри­бо­едо­вым Фа­му­со­ва и фа­му­сов­ско­го об­ще­ства по­ка­за­но на про­тя­же­нии всей пьесы, в том числе и в эпи­зо­де рас­про­стра­не­ния сплет­ни о су­ма­сше­ствии Чац­ко­го. Все герои знают, что этот слух ложен, но под вли­я­ни­ем об­ще­ствен­но­го мне­ния не толь­ко на­чи­на­ют ве­рить сплет­не, но и при­во­дят ар­гу­мен­ты, ее под­твер­жда­ю­щие. Гри­бо­едов счи­та­ет, что не­воз­мож­но из­ме­нить об­ще­ство, где об­ще­ствен­ное мне­ние за­ме­не­но сплет­ней. Все герои, ве­ря­щие сплет­не и рас­про­стра­ня­ю­щие ее, изоб­ра­жа­ют­ся ав­то­ром са­ти­ри­че­ски, в чем про­яв­ля­ет­ся не­при­я­тие им их по­зи­ций. Опи­са­ние ко­ми­че­ских по­ло­же­ний, в ко­то­рые порой по­па­да­ет Фа­му­сов, на­пол­не­ны ав­тор­ской иро­ни­ей. При­ме­ром может стать сцена раз­об­ла­че­ния. Фа­му­сов не­го­ду­ет, не стес­ня­ясь в вы­ра­же­ни­ях, ищет ви­но­ва­тых среди окру­жа­ю­щих, не при­зна­вая своей вины. Ему очень важно остать­ся на хо­ро­шем счету по служ­бе, по­это­му его так вол­ну­ют про­изо­шед­ший скан­дал в его доме. Все это не­при­ем­ле­мо для Гри­бо­едо­ва.

Ав­тор­ская по­зи­ция в ко­ме­дии вы­ра­же­на до­ста­точ­но полно и явно. Это об­лег­ча­ет про­цесс вос­при­я­тия про­из­ве­де­ния и оцен­ки его дей­ству­ю­щих лиц.

2.  Что Вас при­вле­ка­ет в ли­ри­ке А. А. Фета?

Образ при­ро­ды в по­э­зии по­мо­га­ет вы­явить и вы­ра­зить слож­ную, про­ти­во­ре­чи­вую ду­хов­ную жизнь че­ло­ве­ка, об­ре­чен­но­го вечно стре­мить­ся к сли­я­нию с при­ро­дой и ни­ко­гда не до­сти­гать его. Тема при­ро­ды ор­га­ни­че­ски свя­зы­ва­ет­ся у Фета с фи­ло­соф­ским осмыс­ле­ни­ем жизни. Фе­тов­ское вос­при­я­тие пей­за­жа пе­ре­да­ет тон­чай­шие ню­ан­сы че­ло­ве­че­ских чувств и на­стро­е­ний в их при­чуд­ли­вой из­мен­чи­во­сти:

Какая ночь! Все звез­ды до еди­ной

Тепло и крот­ко в душу смот­рят вновь,

И в воз­ду­хе за пес­ней со­ло­вьи­ной

Раз­но­сят­ся тре­во­га и лю­бовь.

Ве­сен­нее об­нов­ле­ние при­ро­ды по­рож­да­ет в душе ли­ри­че­ско­го героя не­яс­ные пред­чув­ствия сча­стья, взвол­но­ван­но­го ожи­да­ния любви.

Фет умел оче­ло­ве­чить при­ро­ду, на­хо­дить в ней от­звук своим на­стро­е­ни­ям и чув­ствам, тонко ощу­щал пре­лесть рус­ской при­ро­ды, любил кра­со­ту род­но­го пей­за­жа:

Сын се­ве­ра, люблю я шум лес­ной

И зе­ле­ни рас­ти­тель­ную сы­рость…—

Писал он в сти­хо­тво­ре­нии «Ита­лия»

Для ана­ли­за можно взять сти­хо­тво­ре­ния Фета: «Еще весны ду­ши­стой нега…», «Я при­шел к тебе с при­ве­том…», «Пер­вый лан­дыш» и др.

3.  Образ ав­то­ра и его зву­ча­ние в по­ве­сти Н. М. Ка­рам­зи­на «Бед­ная Лиза».

В духе сен­ти­мен­та­лиз­ма на­пи­са­но про­из­ве­де­ние Н. М.Ка­рам­зи­на «Бедна Лиза». Ти­пич­ным про­яв­ле­ни­ем сен­ти­мен­та­лиз­ма в по­ве­сти яв­ля­ет­ся от­ра­же­ние по­зи­ции про-све­щен­но­го дво­ря­ни­на, со­чув­ству­ю­ще­го го­ре­стям про­сто­го че­ло­ве­ка: с этой точки зре­ния до­воль­но де­мо­кра­тич­ны для сво­е­го вре­ме­ни слова ав­то­ра, зву­ча­щие в по­ве­сти: «и кре­стьян­ки лю­бить умеют». Лиза в по­ве­сти Ка­рам­зи­на вы­сту­па­ет в роли выс­ше­го нрав­ствен­но­го иде­а­ла. Лиза доб­рая, чест­ная, от­кры­тая, спо­соб­на лю­бить са­мо­заб­вен­но, от­да­ва­ясь чув­ству без остат­ка, она любит всем своим су­ще­ством, рас­тво­рив­шись в этой любви. Про­ща­ние с лю­би­мым для нее – про­ща­ние с самой собой. Имен­но по­это­му в сцене про­ща­ния автор го­во­рит, что де­вуш­ка про­ща­ет­ся «с душою своею». Имен­но жен­щи­не Ка­рам­зин пред­на­зна­чил вве­сти в рус­скую ли­те­ра­ту­ру такую важ­ную и опре­де­ля­ю­щую тему, как воз­вы­ше­ние че­ло­ве­че­ско­го духа через стра­да­ния. И, на­ко­нец, имен­но Ка­рам­зин опре­де­лил, что жен­ские об­ра­зы в рус­ской ли­те­ра­ту­ре будут вос­пи­та­те­ля­ми чувств.

4.  Тема любви в со­вре­мен­ной оте­че­ствен­ной по­э­зии. (На при­ме­ре сти­хо­тво­ре­ний од­но­го из по­этов по вы­бо­ру уча­ще­го­ся.)

Тема любви  — одна из веч­ных тем в ис­кус­стве и в ли­те­ра­ту­ре. До со­вре­мен­ных чи­та­те­лей до­хо­дят лю­бов­ные сти­хо­тво­ре­ния древ­не­гре­че­ских и древ­не­рим­ских ав­то­ров, со­здан­ные ты­ся­че­ле­тия назад. Эта тема, из­ме­ня­ясь и услож­ня­ясь с каж­дой новой ис­то­ри­че­ской эпо­хой, про­шла через века, и будет су­ще­ство­вать вечно в прозе и по­э­зии, му­зы­ке и жи­во­пи­си, до сих пор, по­ку­да че­ло­век умеет и может лю­бить.

Имя Ев­ту­шен­ко проч­но вошло в ли­те­ра­ту­ру про­шло­го сто­ле­тия. Его знают люди раз­ных по­ко­ле­ний, про­фес­сий, пред­ста­ви­те­ли раз­лич­ных куль­тур­ных и со­ци­аль­ных слоев. Но не толь­ко с дей­стви­тель­но ред­ким и силь­ным та­лан­том свя­за­на такая по­пу­ляр­ность поэта. Это поэт, все­гда пи­шу­щий от пер­во­го лица и пе­ре­да­ю­щий не­вы­ду­ман­ные, ре­аль­ные ис­то­рии. Тема любви для этого ав­то­ра имеет боль­шое зна­че­ние, ведь в любви, как в вол­шеб­ном зер­ка­ле, от­ра­жа­ет­ся ис­тин­ная сущ­ность че­ло­ве­ка. При этом тема любви, про­хо­дя через все твор­че­ство поэта, рас­тет и раз­ви­ва­ет­ся вме­сте с ним. Пер­вые про­из­ве­де­ния, такие, как «Ты боль­шая в любви...» и «Не по­ни­мать друг друга страш­но» про­пи­та­ны чув­ством не­до­ве­рия к про­ис­хо­дя­ще­му, бо­яз­ни того, что чув­ства, ис­пы­ты­ва­е­мые по­этом, ока­жут­ся не­ис­крен­ни­ми, на­иг­ран­ны­ми:

Не по­ни­мать друг друга страш­но  —

не по­ни­мать и об­ни­мать,

и все же, как это ни стран­но,

но так же страш­но, так же страш­но

во всем друг друга по­ни­мать.

Од­на­ко даже во вла­сти таких двой­ствен­ных, про­ти­во­ре­ча­щих друг другу ощу­ще­ний и бо­яз­ни при­чи­нить себе ду­шев­ную боль, ли­ри­че­ский герой с не­скры­ва­е­мой бе­реж­но­стью и вос­хи­ще­ни­ем от­но­сит­ся к своей воз­люб­лен­ной:

И, на­де­лен по­зна­ньем ран­ним,

я душу неж­ную твою

не оскорб­лю не­по­ни­ма­ньем

и по­ни­ма­ньем не убью.

Не­труд­но про­сле­дить сле­до­ва­ние тра­ди­ци­ям Пуш­ки­на в от­но­ше­нии к воз­люб­лен­ной: лю­бовь – это са­мо­по­жерт­во­ва­ние. В наше время не­про­сто со­хра­нить свет­лое чув­ство любви, по­кло­не­ния лю­би­мо­му. Об­ра­ще­ние к по­э­зии Ев­ту­шен­ко по­мо­га­ет нам на­учить­ся лю­бить ис­крен­не, са­мо­заб­вен­но, ис­пы­тав всю пол­но­ту и пре­лесть ве­ли­ко­го че­ло­ве­че­ско­го дара  — лю­бить.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.

По­яс­не­ние. Ком­мен­та­рии к со­чи­не­ни­ям

1.  Ка­ко­во ав­тор­ское от­но­ше­ние к Мит­ро­фа­ну? (По пьесе Д. И. Фон­ви­зи­на «Не­до­росль».)

В об­ра­зе Мит­ро­фа­на Фон­ви­зин по­ка­зал, как по­ро­ки, при­су­щие всему кре­пост­ни­че-скому об­ще­ству, ка­ле­чат души людей с дет­ских лет. Осуж­дая эти по­ро­ки, дра­ма­тург вы­став­ля­ет их но­си­те­лей на все­об­щее осме­я­ние. В этом со­сто­ит идей­но-ху­до­же­ствен­ная цен­ность ко­ме­дии «Не­до­росль», со­здан­ной в во­сем­на­дца­том веке, но со­хра­нив­шей свою ак­ту­аль­ность до наших дней. Герой Фон­ви­зи­на  — под­ро­сток, почти юноша, ха­рак­тер ко­то­ро­го по­ра­жен бо­лез­нью не­доб­ро­со­вест­но­сти, рас­про­стра­ня­ю­щей­ся на вся­кую мысль и каж­дое чув­ство ему при­су­щее. Он не­доб­ро­со­ве­стен в своем от­но­ше­нии к ма­те­ри, уси­ли­я­ми ко­то­рой он су­ще­ству­ет в ком­фор­те и без­де­лье, и ко­то­рую бро­са­ет в мо­мент, когда она нуж­да­ет­ся в его уте­ше­нии.

«По­зна­ния» Мит­ро­фа­нуш­ки в грам­ма­ти­ке, его же­ла­ние не учить­ся, а же­нить­ся смеш­ны. Но его от­но­ше­ние к Ере­ме­ев­не, го­тов­ность «за людей при­ни­мать­ся», пре­да­тель­ство ма­те­ри уже не вы­зы­ва­ют смеха: перед нами рас­тет дес­пот, не­ве­же­ствен­ный и же­сто­кий кре­пост­ник.

Мит­ро­фан ко­ры­стен и эго­и­сти­чен. В за­ви­си­мо­сти от смены за­ни­ма­е­мо­го лю­дь­ми по­ло­же­ния, ме­ня­ет­ся и от­но­ше­ния к ним Мит­ро­фа­нуш­ки. Он живет толь­ко по та­ко­му прин­ци­пу. Даже к соб­ствен­ной ма­те­ри он те­ря­ет ин­те­рес, лишь толь­ко у нее от­би­ра­ют власть.

Бла­го­да­ря герою Фон­ви­зи­на слово «не­до­росль» сде­ла­лось на­ри­ца­тель­ным обо­зна­че­ни­ем ло­ды­ря, ло­бо­тря­са и лен­тяя.

2.  Что такое по­э­ти­че­ское вос­при­я­тие при­ро­ды? (По ли­ри­ке А. С. Пуш­ки­на.)

По­э­зия  — это му­зы­ка слова. По­э­ти­че­ское вос­при­я­тие при­ро­ды от­ли­ча­ет стихи Пуш­ки­на, де­ла­ет ее по­и­сти­не кра­соч­ной, зву­ча­щей. При­ме­ром та­ко­го вос­при­я­тия можно счи­тать сти­хо­тво­ре­ние «Зим­нее утро». Ра­дост­ные, сол­неч­ные ин­то­на­ции, пре­крас­ный язык, яркие об­ра­зы  — сти­хо­тво­ре­ние мо­мен­таль­но под­ни­ма­ет на­стро­е­ние, на­стра­и­ва­ет на «свет­лый» лад.

В «Зим­нем утре» встре­ча­ют­ся и сли­ва­ют­ся во­еди­но две темы  — тема кра­со­ты при­ро­ды и тема любви. Ли­ри­че­ский герой будит свою воз­люб­лен­ную ран­ним зим­ним утром, чтобы та по­лю­бо­ва­лась на это чудо при­ро­ды, не про­пу­сти­ла ту кра­со­ту, ко­то­рую оно яв­ля­ет собой:

Мороз и солн­це; день чу­дес­ный!

Еще ты дрем­лешь, друг пре­лест­ный  —

Пора, кра­са­ви­ца, проснись…

Уже в пер­вой стро­фе от­чет­ли­во зву­чит тема любви. Бла­го­да­ря об­ра­ще­ни­ям, общей ин­то­на­ции мы чув­ству­ем от­но­ше­ние героя к его воз­люб­лен­ной  — неж­ное, вдох­но­вен­ное, тре­пет­ное. Как можно не лю­бить все это, не вос­хи­щать­ся этим, не пи­тать­ся си­ла­ми от таких кар­тин!

«Зим­нее утро» Пуш­ки­на про­ни­за­но оп­ти­миз­мом, лю­бо­вью к жизни и ко всем ее про­яв­ле­ни­ям. Поэт под­чер­ки­ва­ет, что род­ная при­ро­да под­дер­жи­ва­ет его героя, при­да­ет ему ду­шев­ные силы и же­ла­ние жить.

Таким об­ра­зом, на­зва­ние сти­хо­тво­ре­ния  — «зим­нее утро»  — пре­вра­ща­ет­ся в сим­вол: свет­ло­го на­ча­ла, ра­дост­но­го пе­ри­о­да, сча­стья.

3.  Роль внес­це­ни­че­ских пер­со­на­жей в ко­ме­дии А. С. Гри­бо­едо­ва «Горе от ума»

Ко­ме­дия «Горе от ума» на­пи­са­на в 1824 году. В это время в Рос­сии на­блю­да­ет­ся бур­ное раз­ви­тие об­ще­ствен­ной мысли и по­яв­ле­ние тай­ных по­ли­ти­че­ских об­ществ. Глав­ный герой ко­ме­дии  — Чац­кий  — пред­ста­ви­тель новых идей, вы­де­ля­ю­щий­ся на фоне пат­ри­ар­халь­ной Моск­вы, бо­я­щей­ся и не же­ла­ю­щей ни­ка­ких пе­ре­мен. Имен­но с этой Моск­вой бо­рет­ся Чац­кий. Гри­бо­едов изоб­ра­зил фа­му­сов­ское об­ще­ство, от­ра­зив при этом весь мос­ков­ский выс­ший свет. Боль­шую роль в пьесе иг­ра­ют и внес­це­ни­че­ские пер­со­на­жи. Они не по­яв­ля­ют­ся на сцене, од­на­ко имеют боль­шое зна­че­ние для рас­кры­тия ос­нов­но­го кон­флик­та пьесы. Их об­ра­зы мак­си­маль­но обоб­ще­ны. Ав­то­ру не ин­те­рес­на их фи­ло­со­фия, они за­ни­ма­ют его лишь как важ­ные при­ме­ты вре­ме­ни. На­при­мер, такие герои как г. N. и г. В., за­ин­те­ре­со­ван­ные лишь в рас­про­стра­не­нии спле­тен. Чац­кий шутит, вы­сме­и­ва­ет свя­щен­ные нормы жизни фа­му­сов­ско­го об­ще­ства. Зна­ме­на­те­лен в дан­ном кон­тек­сте мо­но­лог Чац­ко­го «В той ком­на­те не­зна­ча­щая встре­ча…»

Итак, в «груп­пе из два­дца­ти лиц» от­ра­зи­лась вся преж­няя Москва, ее ри­су­нок, то­гдаш­ний ее дух, ис­то­ри­че­ский мо­мент и нравы.

4.  Что более всего по­ра­зи­ло Вас в рас­ска­зе Ан­дрея Со­ко­ло­ва? (По рас­ска­зу М. А. Шо­ло­хо­ва «Судь­ба че­ло­ве­ка».)

Шо­ло­хов одним из пер­вых на­пи­сал о стой­ко­сти рус­ско­го че­ло­ве­ка, ко­то­рый в аду фа­шист­ско­го плена оста­вал­ся не толь­ко че­ло­ве­ком, но и бор­цом. «Судь­ба че­ло­ве­ка»  — ис­пол­нен­ное под­лин­но­го гу­ма­низ­ма про­из­ве­де­ние о людях, по­бы­вав­ших в плену. В те­че­ние мно­гих во­ен­ных и по­сле­во­ен­ных лет счи­та­лось пре­ступ­ле­ни­ем, что со­вет­ский воин не успел за­стре­лить­ся, когда его брали в плен. Быв­ших плен­ных за­ча­стую пре­сле­до­ва­ли и на ро­ди­не. Рас­сказ Ан­дрея Со­ко­ло­ва обо всех ис­пы­та­ни­ях, вы­пав­ших на его долю, по­ра­жа­ет чи­та­те­ля. Каким же му­же­ством, стой­ко­стью и не­че­ло­ве­че­ским об­ла­да­ни­ем на­де­лен был герой, вы­сто­яв­ший и с че­стью вы­дер­жав­ший все ис­пы­та­ния. Под­лин­ным гу­ма­низ­мом про­ни­за­на и ис­то­рия усы­нов­ле­ния Ан­дре­ем Со­ко­ло­вым маль­чи­ка-си­ро­ты.

5.  О со­чи­не­ни­ях на сво­бод­ную тему можно по­смот­реть на от­дель­ной стра­ни­це: пе­рей­ти.